Ты не чужая - Ребекка Уинтерз

Она глянула на него с укором.

— Я... не хотела тебя расстраивать. — Ее зеленые глаза молили о понимании. — Я пыталась сказать, что хорошо бы мы с тобой все же пошли в кино.

Она так печально сказала об этом, что он понял: она говорит то, что думает. Смягчившись, Кэл сказал:

— Я тоже хотел бы, но у нас будут и другие вечера. Ты заметила, что Анни так и просияла от радости, когда мы ей предложили понянчиться с Тайлером?

— Она мне сказала, что больше всего на свете хочет ребенка.

— Рэнд тоже. Как головокружение?

— Все так же.

— Во всяком случае, не хуже?

— Нет. Спасибо, что сидишь со мной.

Кэл едва сдержался.

— А где еще мне быть?!

— Да, я понимаю, такой уж ты человек. — Дрожь в голосе, комплимент, которым она его одарила, остро напомнили ему прежнюю Диану. Он мигом подавил гнев. — Кэл, я боюсь. Вдруг это серьезно? На следующей неделе придут из социальной службы на заключительную проверку. Если обнаружится, что я больна, они не отдадут нам Тайлера. Если это случится, я умру. Не давай им отнять его у меня! — Ее мольба перешла в панику.

— Этого не случится, Диана, — убеждал он.

— Ты обещаешь?

— Клянусь...

— Миссис Ролинз... — Нужно же было доктору Фару выбрать именно этот момент! — Доктор Харкнесс хочет, чтобы мы взяли у вас анализы. Вам придется выйти, мистер Ролинз.

— Не уходи далеко! — закричала она, когда Кэл повернулся, чтобы выйти.

У него забилось сердце. Ее поведение так отличалось от того, что она демонстрировала месяц назад, что он сам себе не верил.

— Ни в коем случае. Я буду ждать в приемной.

Выйдя в регистратуру, он позвонил Аннабелл и сообщил новости. К ней уже присоединился Рэнд. Они с готовностью согласились посидеть с ребенком, сколько потребуется. Кэл может ни о чем не беспокоиться.

Сердечно поблагодарив друзей, он повесил трубку и вышел на свежий воздух.

Июнь в этом году стоял жаркий. Кэл любил лето. В воздухе пахло жасмином. Все напоминало ему о Диане. В теле нарастала боль желания.

В этот момент он готов был примириться с мыслью, что память никогда не возвратится к ней. Но он не вынесет, если у нее что—то серьезное. Как он будет жить, если с ней что-то случится?

Проехало несколько машин «Скорой помощи» с мигалками. Они напомнили ему, что она упала в нескольких метрах отсюда и это падение непоправимо изменило их жизнь.

Не желая копаться в прошлом, Кэл вернулся, страшась узнать, что же обнаружил доктор Фар. Дианы в кабинете не было. Он сел и стал ждать; беспокойство все нарастало.

Прошло томительных сорок пять минут.

— Мистер Ролинз? Хорошо, что вы здесь. Ваша жена скоро вернется, а пока у нас есть время поговорить.

Те же самые слова доктор Фар сказал Кэлу месяц назад. Значит, с Дианой произошло что-то ужасное. Он встал, со страхом ожидая заключения врача.

— Это связано с травмой головы? Может быть, ей нужно было лежать в постели, когда я забрал ее домой? Если у нее возникли осложнения, я хочу знать всю правду, какова бы она ни была.

— Мистер Ролинз... Осложнения есть, но не вследствие падения. Делать рентген, думаю, не понадобится. Скажите, она хоть что-нибудь вспомнила за это время? — спросил врач.

— Нет, кроме имени Тайлера — ничего.

— Тогда вот что еще скажите. Когда в последний раз вы имели сексуальные отношения с женой? Это важно, потому что, как она говорит, вы не спали вместе с тех пор, как вы забрали ее из больницы.

— Да, — согласился Кэл, пытаясь понять, к чему этот разговор. — В последний раз мы занимались любовью в то злосчастное утро.

— Почти пять недель назад.

—Да.

— Вы предохранялись?

— Нет. Диана очень хотела ребенка.

— Понятно. Что ж, теперь все сошлось.

Брови Кэла взлетели вверх.

— Что сошлось?

—Тошнота у вашей жены могла быть вызвана целым рядом причин. Перед рентгеном мы хотели убедиться, что все остальное исследовано, и взяли анализ мочи. Тест положительный. Она беременна.

«Беременна...»

Это было как гром среди ясного неба...

— Моя жена беременна? — недоверчиво переспросил он.

—Да.

Кэл тряхнул головой.

— Вы уверены? Не может быть ошибки?

Доктор Фар улыбнулся.

— Ставлю свой диплом. У нее отличное здоровье. Теперь у вас есть объяснение всему — и тошноте, и головокружению.

— У нас будет еще один ребенок? Это невероятно!

— Еще один?

— Да. Мы взяли мальчика, которого она тогда нашла. Он будет наш, как только закончится процедура усыновления.

Врач покачал головой.

— Чего я только не видал, но жизнь всегда полна неожиданностей. В прежние беременности у вашей жены были подобные симптомы?

— Нет. Никогда.

— Тогда понятно, почему вам сразу не пришло в голову такое объяснение. Если будет и утренняя тошнота, это может быть хорошим признаком, что ребенка она не потеряет.

Сердце Кэла сделало болезненный толчок.

— Почему вы так думаете?

— Так говорил наш профессор по гинекологии, когда я был еще студентом. Он, правда, делал оговорку, что это сказки старых мамушек, и все же предупреждал: в сказке — истина.

Новости становились все лучше и лучше.

— Диана знает?

— Пока нет. Я хотел сначала поговорить с вами, потом обсудить с ее гинекологом. Учитывая ее историю болезни, его нужно информировать немедленно.

— Совершенно с вами согласен. Это доктор Лео Браун.

— Ну, легендарная фигура! Вот что я вам скажу: когда увидите жену, успокойте ее, но ничего не сообщайте. Я встречусь с доктором Харкнессом, потом позвоню Брауну. Когда вернусь, общая картина будет мне ясна, и тогда вы сами расскажете жене.

Доктор Фар поздравил его и вышел за дверь.

Ошеломленный Кэл так и остался стоять посреди комнаты. Настроение было приподнятое, но он не смог бы выразить его словами. У них с Дианой уже есть сын. Теперь она беременна. Два малыша за год. Это кое-что!

«Значит, она его не бросит».

— А вот и мы, — сказал санитар, вкатывая кресло с Дианой, а затем помогая ей дойти до кушетки.

Он ушел, и Кэлу потребовалось огромное самообладание, чтобы не сгрести жену в объятия и не выпалить потрясающую новость.

— Ну как, головокружение прошло? — Стараясь говорить ровным голосом, он заставил ее лечь.