Обмани меня еще раз - Валентина Элиме

Ева

‒ Ты сегодня совсем другая, ‒ мы с Даниилом идем по парку, которая уже почти полностью растеряла всю свою красоту.

Он, узнав о том, что я имею в своем распоряжении свободные от работы дни, настоял на встрече. Не скрою, мне и хотелось увидеться с ним, но ненужные вопросы, которые могли последовать от него, меня пугали.

Но все-таки он смог меня уговорить. Даниил встретил меня около парка, и теперь мы шли бок об бок, стараясь не смотреть друг другу в глаза, но изредка все равно поворачивали голову в сторону собеседника.

‒ Отпуск творит чудеса, ‒ знал бы он, как я его выпросила. ‒ Я и не помню, когда вот так спокойно гуляла по городу, наслаждаясь природой. И, главное, тишиной и спокойствием. Хоть и считаюсь в отпуске, все равно вздрагиваю на каждый телефонный звонок. В голове начинаю прокручивать ходы наперед, словно я играю в шахматы, как я быстрее могу добраться до больницы, словно я участвую в гонке со смертью за жизнь. И каждая моя ошибка будет стоить баснословно дорого.

‒ Может, стоит тогда вообще выключить телефон? ‒ он остановился возле маленького мостика и облокотился на перила.

‒ Не вариант, тогда меня изнутри будет поедать чувство вины. Это еще хуже, чем совершить ошибку. Ошибку можно постараться исправить, научиться и быть готовым ко всему. Твоя вина же, как лишний груз за спиной, вечно будет с тобой, как бы ты не старался избавиться от нее или забыть о ней. Не получится.

Я тоже подошла к перилам и стала наблюдать за совсем маленькой речушкой.

‒ Сказочные у нас работы, ‒ и Даниил фыркнул. ‒ Новый день и новые преодолимые задачи. Помню, пару лет назад я взялся за дело, на первый взгляд, безнадежное. Моего клиента обвиняли в том, чего он не совершал, по его словам, но доказательств не было. Я и сам засомневался, ведь многие детали указывали на его вину, но что-то внутри меня заставило упорно искать доказательства его непричастности. И я нашел! Нет ничего лучшего, когда ты смотришь в глаза тому человеку, с которого снимают обвинения. Такой шквал эмоций и чувств… Это не описать никакими словами, ‒ и мужчина замолчал, скорее всего, на короткое время возвращаясь в тот самый момент, когда это происходило, наслаждаясь давно забытыми чувствами. Он даже закрыл глаза.

‒ И самое главное, что ты не стал идти на поводу косвенных деталей и в конце оказался прав. В самом начале карьеры я боялся всего двух вещей: виновного отпустить на свободу и засадить за решетку человека, который ничего не совершал. Наверное, этого боятся все адвокаты, что только выпустились из университета и еще не вкусили всех жизненных угощений. За одно дело, иногда, столько всего выслушиваешь. И тебе надо скрупулезно надо разбираться, где ложь, а где, все-таки, правда. Иногда, конечно, бывает, заносит и меня. Взять хотя бы те выходные. Я был зол и уверен в том, что и ты причастна ко всему тому, что там устроил отец. Но потом, конечно, выяснилось другое. И я рад, что мои обвинения в твой адрес тогда не оправдались.

‒ Мне бы не понравилось находиться за решеткой, ‒ я переключила свое внимание на него и понимала, что он хочет что-то мне сказать.

‒ Твой отец звонил, ‒ он слегка повернул голову в мою сторону, я не стала прятать свои глаза. ‒ Хотел убедиться, что не я был причиной твоих переживаний. И он был рад узнать о том, что я ни причем, и что это я провожал тебя домой в тот день. Он сильно переживает за тебя. Больше всех на свете. И я тоже беспокоюсь. Ты стала другая…

Он закончил говорить, но мы продолжали смотреть друг другу в глаза. Даниил искал правду, у него на языке вертелось кучу вопросов, это читалось в его взгляде. Ему хотелось раскрыть все мои тайны, которые я так усердно пыталась прятать ото всех. Это привело бы к очередной волне боли для меня.

‒ Я знаю. И спасибо тебе за все, ‒ я мило улыбнулась ему и аккуратно каснулась его плеча, тем самым выражая ему свою благодарность. ‒ Папа иногда слишком усердствует в заботе обо мне. Я справлюсь во всем, не маленькая же. И мне не впервой, тем более, у меня есть такой хороший друг, как ты. Скоро все образумиться и я стану прежней.