Своя чужая жена - Марика Крамор

Я бы хотела попробовать себя в другом направлении.

И Долохов был первым, кто поддержал меня. Он вообще всегда интересовался моими успехами, неважно, на каком поприще.

У нас с ним сложились очень тёплые и доверительные отношения. Крепкие, как я думала на тот момент, хоть мы и были вместе не столь долгое время.

Я думала о нём постоянно. Мне казалось, что на нём свет сошёлся клином. Душа пела рядом с ним. Никогда раньше ни к одному мужчине я даже отдалённо не чувствовала ничего подобного.

Наш первый секс окончательно пронзил в самое сердце. Казалось, Коля привязал меня по максимуму.

В один из вечеров мужчина был более настойчивым, а его прикосновения — более откровенными и интимными. Когда уже стало понятным, что дело идёт к близости, я начала нервничать. Всё-таки ухаживал он безумно красиво. Но я слишком боялась, что после секса волшебство между нами развеется, а я без этого уже не смогла бы. Я почему-то дико страшилась, что та невесомая ниточка между нами не станет крепче.

— Возьмём её с собой, — Коля привёз меня к себе домой (не в первый раз, я бывала у него и раньше) и через некоторое время настойчиво потянул в спальню, вытащив из огромного букета роз один цветок.

— Зачем?

Когда мы вошли в спальню, у меня захватило дух. Свет был выключен, но пространство, усыпанное лепестками роз, освещали многочисленные свечи, расставленные вокруг огромной кровати.

— Увидишь, котёнок.

До сих пор помню горячее мужское дыхание и тот трепет, который поселяли в душе уверенные, ласковые прикосновения.

До сих пор бежит дрожь по телу, когда я вспоминаю, как Коля обрисовывал языком очертания ушной раковины, а его руки нежно скользили от талии вниз, медленно, чувственно, задирая подол. Мужчина стал выталкивать воздух из лёгких напряжённо и тяжело.

До сих пор помню, как медленно и чувственно Долохов расстёгивал молнию платья, лаская языком оголенное плечо.

Ещё немного, и я осталась в одном белье, а Коля был обнажён только наполовину. В душе и сейчас будто бы цветёт то чувство, когда собственная нагота смущает, краска заливает щеки, а бархатный мужской взгляд завораживает, бросает в пучину порока и пожирает меня, поглощая полностью, порабощая.

Я чувствовала, как нежные лепестки касались моего живота.

— Она же колючая, — Коле я доверяла безгранично, слова были скорее вопросом, для чего он вытянул розу из букета.

— На ней нет шипов. Я лично перепроверил.

Он наступал на меня, медленно оттесняя к кровати. Весом собственного тела заставил опуститься на прохладные простыни. Слишком поздно я поняла, что и на кровати можно заметить нежные лепестки. Сердце свело от неизведанного чувства. Какого-то щемящего, искреннего и болезненного. В тот момент мне вдруг стало страшно потерять этого человека.

Он продолжал распалять меня шелковистыми прикосновениями к шее, груди, потом и между ног… Проводил розой по животу, а я выгибалась ему навстречу.

Коля не останавливался, вырисовывая очертания белья.

Роза всё также плавно скользила по коже. Вверх, между грудей. И выше, лаская подбородок.

Когда лепестки коснулись губ, сердце защемило. Со мной такого никогда не происходило. Я первый раз испытывала подобное. Это всё было неописуемо. Невообразимо. Дикий восторг.

— Расслабься, котёнок, — прозвучал тихий шёпот в полумраке.

Я подчинилась и тут же почувствовала, как Коля коснулся губами ключиц и жадно двинулся ниже. Его руки плавно исследовали очертания моей фигуры.

Когда мужская ладонь накрыла трусики, я поняла, что нужно было предупредить раньше. Мягко пленила его пальцы, и мужчина позволил отвести правее свою руку.

Роза уже одиноко валялась в стороне.

Наши взгляды скрестились, а мужской — успел опалить меня, таким был тёмным и непроницаемым. Долохов потянулся к моим губам и остановился в лёгком касании.

— Коль, я хочу тебе сказать, — я не нервничала, нет, в своём выборе была полностью уверена, просто волновалась чуть-чуть. — Я…

— Девственница, — спокойно продолжил за меня, выдохнув трепетное слово прямо мне в губы.

— Да, — ответила настороженно, попытавшись разглядеть что-то в глубине карих глаз. Но ничего, кроме желания, нежности и привычной уверенности, я там не нашла. — Ты первый.

Задела носом кончик его носа.

— Не беспокойся. Я уже понял, — проговорил, как само собой разумеющееся.

— Да?

— Да. Просто расслабься и ни о чём не думай. Я сам всё сделаю, котёнок.

Я знала, он будет нетороплив и аккуратен, а не набросится, как голодный зверь.

Самый первый мой раз Коля сумел сделать не просто ярким и чувственным. Это было волшебство. Настоящее волшебство между нами. Он был так нежен, так ласков, что у меня щемило сердце от каждого прикосновения. Я мечтала поскорее почувствовать его в себе, в полной мере ощутить его страсть и желание. Стать его женщиной и полностью принадлежать этому мужчине не только душой, но и телом.

Те сексуальные впечатления и эмоции сложно описать словами. Я будто улетала в другую вселенную, растворялась в том моменте, мечтая, чтобы всё это длилось как можно дольше. Я рассыпалась в мужских руках на маленькие частички и в каждой внутри — его имя.

В ту ночь он позволил себе единственную резкость. На выдохе громким шёпотом выдавил из себя:

— Пиздец, как сильно я тебя хочу, Аль…

Я тоже хотела… хотела сделать ему приятное, погладить, поласкать его рукой. Я мечтала на самом деле впервые физически почувствовать мужское возбуждение. Каково это?

Смело дотронулась до члена, медленно проводя по коже подушечками пальцев.

На ощупь он был гладкий, тёплый и твёрдый. Но Коля отчего-то накрыл рукой мою ладонь и мягко отвёл в сторону.

— Котёнок, я еле держусь, не усложняй мне задачу, потому что сегодня всё для тебя.

Это «сегодня» я запомнила навсегда. Да, конечно, так медленно и мучительно-нежно у нас было и позже, но волшебство, которое поселилось в моей душе по отношению к Коле, зародилось именно тогда.

У всех, наверное, бывает по-разному, но я не почувствовала боли,