Дочь врага - Кэти Свит

Глава 28. Крис. Шкода

Меня пробирает истерический смех, я хохочу и никак не могу остановиться. Слезы из глаз, колики в животе, болящие щеки, я прочувствовала на себе весь спектр ощущений.

Стоит только успокоиться, сделать пару глубоких вдохов, как в памяти снова всплывает ошарашенное лицо недожениха, непрекращающиеся угрозы в мой адрес и то, как ловко Тимур выгнал его прочь.

-Тим, Петр похож на рака! Выпученные глазища, красное лицо, - несу полнейшую чушь, но не могу остановиться. От смеха уже начинаю икать.

-Детка, прошу, давай вернёмся в здание, - мой защитник напряжен и встревожен, но я за истерикой не понимаю причины. Меня просто распирает от хохота. Невозможно остановиться.

Тим обнимает меня за талию, крепко прижимает к себе и спешным шагом уводит с парковки.

-Синьор помидор! - врастаю в асфальт ногами, поднимаю палец наверх и снова начинаю безудержно смеяться.

-Крис, убираемся отсюда, - Тим цедит сквозь стиснутые зубы, чуть ли ни поднимает меня и уносит прочь.

Несколько стаканов воды, пара таблеток успокоительного, умывание холодной водой сделали свое дело. Я успокоилась.

Меня посадили на диван, сунули в руки кружку с мелисовым чаем, всех обеспокоенных сотрудниц попросили уйти. В кабинете остались лишь я и Тимур.

-И часто у тебя такое бывает? - с тревогой в голосе спрашивает мужчина, садясь на корточки передо мной.

-Первый раз, - говорю еле слышно, пытаюсь прийти в себя. Стыдно-то как! Сквозь землю хочется провалиться.

-Хреново, - бережно кладет свои ладони поверх моих. Взгляд падает на обручальное кольцо.

-Тим, не надо, - пытаюсь отстраниться, но мужчина не даёт. - Ты женат! - пытаюсь достучаться до здравого смысла. Судя по его поведению, у меня не выходит. Он продолжает нагло меня соблазнять!

-А тебя хотят выдать замуж, - давит на больную мозоль.

-Это другое! - в груди вспыхивает праведный гнев. - Не будет этого брака! - меня снова начинает трясти. Делаю глоток чая, несколько глубоких вдохов. Помогает. - Тимур, - обращаюсь к мужчине максимально холодно. - Тебя дома ждёт жена, - пытаюсь достучаться до его мозга. - Вы клялись друг другу в любви и верности, в счастье и в горе, - начинаю перечислять все, что помню из супружеской клятвы. Тим снова начинает закипать.

-Крис, детка, мой брак ничего не значит, - подносит мою руку к своим губам, покрывает её лёгкими поцелуями, моё сердце раненой птицей бьётся в груди.

-Тим, - шепчу, с трудом удерживая слезы. - Не надо, - выдергиваю свою руку, ставлю кружку на стол, отхожу к окну. Меня душат сомнения и страхи, но я ничего не говорю. Молчу.

Благодаря вмешательству Громова, мой отец быстро узнает чья Яся дочь. Не заметить их внешнее сходство просто невозможно! И если раньше он смотрел на внучку и не понимал почему её не может полюбить и принять в семью, то теперь и подавно вычеркнет малышку из жизни. Не только из своей. Из моей тоже.

Страх липкими щупальцами пробирается в самые потайные уголки души. Мне до невозможности тошно! А ещё поставщики с лекарством для больных детей снова подвели со сроками и мне надо срочно что-то решать, иначе несколько семей, обратившихся ко мне за помощью, потеряют своих детей из-за моих передряг в личной жизни.

Как же это ужасно! Знать, что ты прав, но из-за влияния "из вне" не в состоянии что-либо доказать.

Сердце разрывается на части, как только представлю матерей. Я даже знаю поименно детей, кто не проживет и недели, если лекарство не придет в срок. Как после этого мне дальше заниматься благими делами?

Подрываюсь с места, быстрым шагом направляюсь к столу, открываю компьютер и начинаю писать претензию. Я должна добиться растаможки препаратов! Я смогу спасти малышей!

-Крис! - Тим перехватывает мою руку, когда я вылетаю из кабинета в опен-спейс. - Далеко без меня собралась? - спрашивает без тени юмора.

- Поехали! - говорю на эмоциях, я настолько взвинчена, что меня аж всю трясёт. - Мне нужно на таможню!

Глава 29. Крис. Суровая реальность

Тимур наотрез отказывается пускать меня за руль. Видите ли ему не нравится моё эмоциональное состояние! Аррр!

Ну я не виновата, что очень зла! Мой отец вместе со своим дражайшим Петром Михайловичем сделал все, чтобы мои подопечные остались без необходимых для жизни лекарств. Психую, плюхаюсь на сиденье, громко захлопываю пассажирскую дверь.

-Детка, ты как вкусно злишься! - Тимур нагло подмигивает. Засранец! - Так и съел бы тебя целиком, - продолжает донимать меня, а я завожусь ещё больше.

-Подавишься, - шиплю, скрещиваю руки на груди и упрямо продолжаю смотреть вперёд.

Тим наклоняется вплотную ко мне, врывается в личное пространство, я вновь забываю как нужно дышать. Он так близко, что я могу рассмотреть каждую морщинку, каждый волосок на двухдневной щетине, руки так и чешутся, чтобы дотронуться до неё. Усилием воли заставляю себя оставаться на месте. Все слишком запуталось.

-Тимур! Прекрати нарушать моё личное пространство! - шиплю на него, легонько толкаю в плечо, за что он меня тут же втрамбовывает в кресло, застегивает ремень безопасности. Снова чувствую себя глупо. Он всего лишь собирался позаботиться, а я уже насочиняла.

Обветренные губы накрывают мои, Тим вновь заявляет свои права. Я плавлюсь под его мощным напором, чувства к Громова сминают выставленные баррикады и обосновываются в центре груди. Громкий стон вырывается наружу, Тим гасит его поцелуем, ещё немного и мы оба потеряем контроль.

-Тим, - рвано дышу. - Прекрати, - прошу его, с трудом разрываю поцелуй. - Нам ехать пора, - внутри всё горит. Этот засранец снова пробуждает неуместные рядом с ним желания.

Мужчина останавливается, закрывает глаза, я кладу свои руки на его грудь, чувствуя под ладонями быстрое биение сердца. Внутри все трепещет. Так страшно разрушить этот момент!