Дочь врага - Кэти Свит

Глава 31. Тимур. Знакомство с дочерью

Вот последнее я сказал зря. Ее зрачки расширились, Кристина крепче прижала к себе Ясю, напуганную моим тоном. Ну не идиот?! Конченый дебил!

Делаю шаг к ней, она два от меня. Хотела еще, да помешал подоконник.

— Крис, прости, — поднимаю руки вверх в примирительном жесте. — Дурак.

— Ты совсем не изменился, — вижу, как дрожат ее пальцы. — Я думала… но нет!

— Ты не права, маленькая. Я очень изменился, и ты знаешь это. Зачем лгать? Мы с ней похожи, — еще раз внимательно разглядываю малышку. — Установить отцовство документально не составит труда, — тяну руки к малышке и обращаюсь к ней. — Иди ко мне, — та отрицательно мотает головой и прячется у мамы в волосах. — Ясь, — сокращаю расстояние между нами троими, глажу крошку по спинке. — Иди к … — подбираю слова. — К дяде на ручки, — и она разворачивается, смотрит умными глазками и тянется маленькой ладошкой. Подставляю колючую щеку. Ясе щекотно, она заливается задорным смехом. Пользуясь, моментом забираю ее у напряженном матери. — Вот так. И совсем не страшно, — у самого сердце в груди выдает фигуры высшего пилотажа. — Ну ка мама, посмотри на нас, — улыбаюсь Кристине. — Мы похожи.

— Нет, — гнет свою линию упрямая женщина. — Раз уж поменять тебя не удастся, просто сделай хорошо свою работу, Тим. Артур собирайтесь, мы едем к моему отцу! — толкнув меня плечом Крис оставила меня с ребёнком наедине. — И мне все равно, как вы влезете в мою машину! Хоть верхом, вам не привыкать!

Ну вот и Медведю досталось. Ничего, лохматый не обидчив, особенно на женщин. Это мужику можно в морду дать, а тут проще понять, принять и простить. Успокоится, сама поймет, что была не права.

— Я заберу, — как только за ребятами закрылась дверь ко мне подбежала обеспокоенная няня моей дочери.

— Не надо, — с уколом ревности фыркнул на женщину. — Пойдем, покажешь, что у тебя есть из игрушек? — вновь отдал все свое внимание Ярославе. Девочка радостно кивнула.

— Ей скоро спать, — Тамара Андреевна не отстаёт от нас ни на шаг.

— А мы тихонечко поиграем, — подмигнул ей и уселся на пол рядом с расстеленным для ребенка одеялом.

Яся показала мне все: кукол, развивашки, даже карандаши и разрисованный ими альбом. Когда все утрясется, и она подрастет, отдам в художку. Улыбнулся собственным мыслям. Девочка потёрла кулачками глазки и сладко зевнула.

— Она спит в кроватке или на руках? — спросил у Тамары Андреевны.

— В кроватке, — няня с подозрением на меня посмотрела.

— Вы позволите мне ее уложить? — решил не нагнетать и без того напряженную атмосферу.

— Попробуйте. Тимур, а вы правда отец нашей малышки? — решилась спросить она.

— А что? Незаметно? — поднял крошку на руки, уложил в кроватку. Яся так устала от новых впечатлений, что без проблем сама положила голову на подушку с нарисованными мультяшными слониками.

— Укладывайте, — не стала отвечать Тамара Андреевна.

Я сел рядом, просунул руку между деревянными прутиками. Дочка тут же крепко вцепилась в мой палец, а я тихо зашептал колыбельную, откуда-то всплывшую в моей голове:

Баю-баю, за рекой

Солнце скрылось на покой,

А у Ясиных ворот

Зайки водят хоровод.

Заиньки-заиньки,

Не пора ли баиньки?

Вам под осинку,

Ясе на перинку.

Откуда во мне это? Столько тепла и нежности просыпается рядом с уснувшей крошкой. Вместе с ним накрывает обида за то, что меня лишили нескольких лет ее жизни. Я не видел первых шагов, не слышал первого слова. Дочка заворочалась, и я вновь стал читать ей колыбельную, как стихотворение, петь отродясь не умею.

В прихожей щелкнул замок и комнату наполнил аромат духов моей женщины. Она с изумлением смотрит на нас с Ясей, а по лицу вижу, что поездка прошла неудачно или же не так, как она надеялась.

— Не договорились? — прошептал, поднимаясь на ноги.

Глава 32. Крис. Переговоры

-Отец! Сними запрет с партии! Это лекарство нужно детям. Они не проживут без него ни дня, - мой голос становится тише и тише с каждым новым словом, надежда на спасение умирает, разбиваясь на мелкие осколки о бесчеловечность родного отца.

Мы находимся в доме, где прошло моё детство. Где из любящего и заботливого папы мужчина, сидящий передо мной, превратился в сурового и безжалостного отца.

Кабинет, расположенный на втором этаже знания, погружен в лёгкий полумрак. Стеллажи с коллекционными изданиями книг практически не разглядеть, равно как и портрет, висящий по центру. А жаль. Я бы хотела ещё раз взглянуть на маму и бабушку.

-Кристина, - холодный взгляд, деловой тон, мурашки по коже. - Мне сегодня звонил Петр Михайлович, - открывает коробку с сигарами, достает одну, проводит под носом, с шумом вдыхает. - Говорит у тебя охрана появилась, - крутит табачную палку в руках, берет ножницы.

-Появилась, - настороженно отвечаю, тщательно слежу за своей реакцией. Киреев-коршун. Он сканирует собеседника и чувствует, когда тот врёт. - Это запрещено? - пытаюсь перевести неловкую тему в другое русло, я отлично знаю, куда он ведёт.

-Запрещено? - странные нотки юмора в голосе наводят на меня панический страх. Но отец делает вид, что этого не замечает. Он отрезает кончик сигары, продолжает крутить ее в руках.

-Насколько я знаю, то нет, - продолжаю упрямо стоять на своем.

- Да! - громкий удар кулаком по столу заставляет подпрыгнуть от неожиданности. Отец больше не сдерживает своего гнева. - Ты связалась с Тимуром Селеховым! - не своим голосом орет мужчина, его лицо покраснело от ярости. Ненависть к деловым конкурентам перешла на новый уровень. Она буквально сбивает с ног! Я до сих пор