Ставка на тебя - Анастасия Ридд

class="p1">Ну почему он такой сексуальный? Почему в нем так много мужского? Почему игнорировать его бьющую через край харизму так сложно? Почти невозможно. Самое ужасное в этом всем то, что он прекрасно знает, какое воздействие оказывает на женщин. И на меня, подозреваю, тоже. Но если он думает, что я без вопросов запрыгну к нему в койку, как окружающие его девицы, то он сильно ошибается. На подобный шаг меня могут толкнуть только глубокие чувства, которых к Крестовскому я никогда испытывать не буду.

– Хорошо, – выдавливаю из себя, после чего обхожу мужчину стороной и забираюсь на высокий барный стул. – Пусть будет ты.

Если Стас и удивлен моим внезапным согласием, то вида не подает. Коротко кивнув, ныряет в холодильник и достает бутылку воды без газа, после чего опускается на соседний стул.

Молчание длится недолго, и первым его нарушает Стас.

– Если быть честным, я бы не стал смущать тебя нарочно, Александра, – делает большой глоток воды, указывая пальцем на настенные часы. – Три часа ночи. Не спится?

– После некоторых событий у меня появились проблемы со сном, – парирую я спокойно. На этот раз в интонациях моего голоса нет вызова – я просто констатирую факт. И это не остается незамеченным моим спутником.

– Было бы странно, если бы они не появились, – отзывается мужчина, снова прикладывая горлышко бутылки ко рту. – Но ты должна знать, что рядом со мной тебе ничего не угрожает.

– Наверное, то же самое говорил волк, заманивая в домик Красную шапочку, – иронично произношу я.

В глубине глаз Крестовского вспыхивают озорные искорки, а губы растягиваются в широкой улыбке, которая заставляет мои внутренности совершить очумевшее сальто.

– Я не хочу завтра сидеть целый день дома, – резко перевожу тему, смущенная его реакцией.

– Этого и не будет. Поедешь со мной в офис.

– Зачем?

– Чтобы не сидеть целый день дома, – этот нахал использует мои же собственные слова против меня.

– Ты забыл спросить, хочу ли я ехать в твой офис, – сохраняю внешнее спокойствие, но чувствую, что внутри зреет протест. Меня раздражает его уникальная способность решать все за других людей, даже не ставя их в известность. Но идти на серьезную конфронтацию я сейчас, наверное, не готова – не хочется нарушать и без того шаткое перемирие.

– Я бы сказал тебе, но нужна была пауза, чтобы ты остыла. Выезжаем в девять, – пару секунд он задумчиво разглядывает мое лицо, потом его взгляд спускается вниз по шее и падает на мое обнаженное плечо.

Места, на которые он смотрит, начинает покалывать. Я судорожно тяну носом воздух. Почему-то теснее сжимаю бедра.

Не говоря ни слова, Крестовский поднимается со стула и выкидывает пустую бутылку в мусорное ведро. Больше не взглянув на меня, он бросает безразличное «спокойной ночи» и скрывается за дверью кухни.

Только оставшись одна, я облегченно выдыхаю. Но электрическое напряжение, которое я ощущаю между собой и этим мужчиной, сохраняется до тех пор, пока я не смыкаю глаз в своей постели и не проваливаюсь в глубокий сон без сновидений.

***

Несмотря на бессонную ночь, утром просыпаюсь точно по будильнику, который поставила накануне. Сегодня я, как и обещала, должна поехать с Крестовским в офис. С трудом представляю, что я буду там делать, пока он будет работать, но все же это лучше, чем провести день в четырех стенах. Даже если эти стены такие шикарные, как те, что меня окружают.

Принимаю душ, сушу волосы и убираю их в низких пучок, чтобы не мешались, даже наношу легкий макияж – сегодня мне отчего-то хочется быть привлекательной не для кого-то, а для себя. А вот на выборе одежды подвисаю. Не знаю, что будет уместно в офисе. Есть ли там какой-то особенный дресс-код? Не буду ли я выглядеть там белой вороной? В конце концов, решаю надеть джинсы с белой рубашкой, а вместо привычных кроссовок – туфли на каблуках. Не очень удобно, но зато эффектно. И образ сразу смотрится элегантнее.

Со Стасом я сталкиваюсь на кухне. К этому моменту я уже сделала себе чашечку кофе и тост и теперь медленно потягиваю ароматный напиток, глядя на просыпающийся за окном мегаполис.

– Доброе утро, – здоровается он вежливо, лениво оглядывая меня с ног до головы.

Я делаю то же самое – смотрю на него, отмечая мужественное свежевыбритое лицо, чуть влажные после душа волосы и деловой костюм, который смотрится на нем даже лучше, чем на голливудских актерах. Удивительная у него, конечно, способность – так круто выглядеть в классической одежде.

– Привет, – отзываюсь я. – Сделать тебе кофе?

Он удивленно вскидывает брови и дарит мне одну из своих умопомрачительных ленивых улыбок.

– А я думал, ты не хочешь быть моей домработницей, – припоминает наш разговор двухдневной давности в его квартире в Калининграде.

– Чашка кофе не превратит меня в домработницу, – парирую я, щелкая кнопку на кофемашине. – Но на большее я бы на твоем месте не рассчитывала.

– Поживем-увидим, Саша.

– Ты ожидаешь слишком многого от оставшихся восьми дней, – оставляю последнее слово за собой, но удовлетворения почему-то не испытываю. То ли тому виной ироничная усмешка стоящего напротив мужчины, то ли необъяснимый спазм желудка, который случается, стоит мне подумать, что два дня в обществе Стаса уже позади.

***

Офис строительной компании Крестовского расположен недалеко от его квартиры. По московским меркам – вообще рядом. Потому что на автомобиле мы едем едва ли десять минут.

– У меня совещание, – сразу предупреждает Стас, стоит нам зайти в его кабинет. – Я буду в конференц-зале напротив.

– А мне что делать?

– Что хочешь. Располагайся здесь, – кивком головы указывает на уютную лаунж зону в углу кабинета. – Я попрошу секретаря, чтобы она принесла тебе блокнот и карандаши.

Его слова застают меня врасплох. Как-то я не ожидала, что Крестовский вспомнит про мои художественные амбиции и предложит занять себя рисованием. Впрочем, почему бы и нет?

Буквально через две минуты после того, как Стас скрывается за дверью конференц-зала, в кабинет входит секретарша Лена с принадлежностями для рисования.

– Может быть, чай или кофе? – предлагает она сдержанно, но карие глаза при этом мечут молнии.

Неужели еще одна поклонница, Крестовского? Бедняжка. Очевидно, что Стас ей не по зубам. Я