Толстяк для Барби - Наталья Дёмина

Павла затрясло. Он сжал в руке телефон Оксаны.

— Надо срочно избавиться от улики. Буду всё отрицать. В конце концов это ещё доказать надо, что её в подвале закрыл именно я. Так. На работу я теперь точно не пойду. Напишу начальнику, что возникли семейные проблемы. Он мужик нормальный, понятливый.

Павел набрал номер Степана.

— Здорово! — произнёс Павел.

— Ну, здорово, — как-то недружелюбно отозвался мужчина.

— Что там по телефончику? Есть прогресс?

— Прогресс есть, да ещё какой, — хмуро ответил Степан. — Не ожидал я, что Василий с такими уродами водится. Не звони мне больше. На тебя ориентировка уже вышла.

— Степан! — отчаянно закричал Павел. — Мне очень надо узнать…

Но в ответ ему были только длинные гудки.

— Трусы! Негодяи! Мерзавцы! Ни на кого в этой жизни рассчитывать нельзя! Хотя…

Он быстро отъехал от здания офиса, размышляя, что необходимо срочно избавиться и от своего телефона, и от телефона Оксаны.

Мужчина свернул в проулок. Ему повезло, у мусорного бака стоял мусоровоз. Павел выключил оба смартфона, выскакивая из машины. Он успел выбросить гаджеты в мусорный бак в самый последний момент.

— Эй, мужик, куда лезешь! — воскликнул человек в форме компании по вывозу городского мусора.

Павел сделал шаг назад и внимательно смотрел, как содержимое бака исчезает в закрытом кузове мусоровоза.

«Придётся пока залечь на дно, — решил мужчина. — Есть только один человек, который может принять меня сейчас».

Он вздохнул, бросил машину и направился на автобусную остановку.

Часть 43

Всю дорогу до заветного дома Павел был не в своей тарелке. Ему повсюду мерещились подозрительные личности, которые будто следили за ним. Он даже вышел за две остановки до нужной ему, чтобы проверить, есть ли за ним след.

«Кажется у меня уже паранойя», — ругал себя мужчина поднимаясь по лестнице, прислушиваясь к каждому шороху в подъезде.

— Павел? — удивилась блондинка с пышной грудью и тонкой талией. Она была в коротеньких шортиках и простой футболке.

Мужчина беспардонно оттолкнул её и быстро вошёл в квартиру.

— Я какое-то время поживу у тебя, — разулся он и по-хозяйски прошёл на кухню. — Есть хочу, — крикнул красавице.

— Павел, — наконец молодая женщина отошла от первоначального шока, — ты ушёл от жены?

— Нет, — он открыл холодильник. — У тебя одни йогурты. А я мясо хочу.

— Подожди, — подошла она к нему. — Я ничего не понимаю.

— А тебе и понимать ничего не надо. Твоё дело любить и ублажать меня.

— Да, но… — стушевалась она.

— Никаких «но»…

Он закрыл дверцу холодильника и обнял молодую женщину.

— Машенька, всё что касается разговоров — это не твой конёк. У тебя хорошо получается быть Шахерезадой в постели.

— Я не сказочница.

— Ты моя сказочница.

Павел наклонился и приник губами к губам Марии. Она застонала и закинула руки ему на шею. Но тут случилась оказия, которая ранее никогда не происходила с мужчиной: поцелуи женщины не вызывали у него желания.

«Это всё стресс, — думал он. — Сейчас мы переберёмся в спальню и всё будет как надо. А после страстных минут, которые мы разделим, я и попрошу её о небольшом одолжении. Она всегда твердила, что любит меня, вот и дам ей возможность доказать это».

Парочка целуясь, лаская и раздевая друг друга, уверенно двигалась в сторону спальни. Обнажёнными они рухнули на кровать.

Но…

Чудо не произошло. Павел всё ещё был не готов, хотя очень желал.

Маша подумала, что мужчина нуждается в дополнительной стимуляции, но и она потерпела неудачу.

Злой Павел вскочил с постели и надел трусы.

— Милый, — замоталась в простынь женщина, — у тебя что-то случилось?

— Случилось! Из-за Ленки я даже мужчиной себя почувствовать не могу.

— Не понимаю, причём тут твоя жена?

— Куда тебе, с твоими-то куриными мозгами.

— У меня нормальные мозги!

— Мне только бабы, которая будет лекции читать, не хватало для полного счастья!

— Павел, — ахнула Маша, — ты никогда не был таким агрессивным.

— Привыкай, — хмыкнул он.

— Не хочу.

— Тогда ты должна мне помочь, — он подошёл и сел рядом с ней на кровать.

— Как?

— Ты должна сказать, что я всю ночь и это утро был с тобой.

— Кому сказать? Я ничего не понимаю.

— Тебе и не надо ничего понимать, и знать.

— Но…

— Скажу одно. От меня сбежала Ленка. А мне надо алиби. Понимаешь?

— Алиби?

— Ты её… Боже мой!

— Не придумывай. Я даже не знаю где она.

— Тогда…

— С какой-то её знакомой произошёл несчастный случай. А у меня нет алиби. Я был дома. Один.

— Понимаю.

Мужчина улыбнулся и потянулся к Маше, целуя её губы, скулу, шею, грудь… Теперь он чувствовал, что всё у него получится.

«Закреплю результат, — улыбался он. — Довольная и счастливая женщина — самая доверчивая и послушная».

Часть 44

Павел лениво потянулся в постели. Он чувствовал себя расслабленно. Казалось, что всё, что произошло вчера и сегодня утром, — это дурной сон. На какое-то время мужчина забыл обо всех своих невзгодах и проблемах.

«Всё-таки это отличная идея, — думал он, совсем разомлев, — приехать к Машке. С ней хорошо и приятно. Жаль, что она не из тех баб, которые будут дома сидеть и борщи мужу варить. Таким красавицам надо показывать себя. Быть в центре внимания. Хотя, как любовница, она — просто огонь. Темпераментная, вспыльчивая кошечка. Изобретательная и без комплексов, не то что Ленка. Уверен, Мария много раз порадует меня, пока я буду гостить у неё».

Но, как говорится: человек предполагает, а бог располагает…

А началось всё с мелочи, на которую жена Павла давно не обращала внимания и молча исправляла, убирая за ним…

Мужчина встал с постели, оделся и направился в туалет. Он по привычке не поднял ободок сиденья унитаза, а потому обмочил его. Не спустил воду из бачка. Вымыл руки, благо раковина, кран, мыло и полотенце были в наличии.

— Что у нас на обед? — улыбаясь вошёл он на кухню.

— Яичница и травяной чай, — ответила Маша, ставя на стол подгоревшую яичницу глазунью, а сама погрузилась в изучение каких-то файлов на ноутбуке.

— Что это? — брезгливо поморщился Павел. Он-то решил, что женщина покинула постель, чтобы приготовить ему что-нибудь особенное и вкусное, как это делала обычно его жена. А оказалось, что Маша ушла поработать над текстами. Она работала редактором в каком-то женском журнале. Павлу это было совершенно неважно и неинтересно, поэтому он даже не знал его названия.

— Еда, — не отрывая глаз от экрана ответила Мария.

— Еда? — недовольно поковырял он вилкой в яичнице.

— Не нравится? — спросила она,