Продавец крови - Мария Устинова

Но постепенно ко мне потеряли интерес. Бородач задремал за столиком, а пара ребят попрощались с черноволосой женщиной, и ушли. Алена с восклицанием «Так вот, а потом он…», повернулась к подруге.

Черноволосая подошла к стойке и нагловато оттерла меня в сторону, хотя места хватало. Барменша как-то сразу притихла в ее присутствии и кинулась выписывать счет.

С близи я дала ей хорошо за тридцать — на смуглой коже были морщины. Носогубные складки достаточно глубокие, чтобы понять — эта женщина про разглаживающие кремы не слыхала. Темные глаза смотрели без агрессии, спокойно, но видно, что я ей не нравлюсь.

Она бросила на стойку несколько купюр. Мешковатая ветровка скрывала фигуру, но по костлявым рукам было заметно какая она худая.

— Не видела тебя раньше, — заметила она. — Как звать?

— Яна, — сообщила я. — Недавно приехала.

Женщина протянула руку.

— Надя.

Я ответила рукопожатием и ощутила, какая у нее тонкая и сухая кожа. Рука оказалась крепкой. Когда я услышала голос — сильный, но тихий, накинула ей еще пару лет.

Надя наклонилась ко мне, словно хотела поделиться секретом, и произнесла:

— Слушай, сестрица, окажи любезность — свали отсюда.

— Что? — удивилась я.

— Вали, — без улыбки повторила охотница.

Я была уверена, что она из наших. Обычно посетители не выгоняют друг друга из кафе, при полном бездействии персонала.

Здесь происходит что-то странное. Пока меня не было, все неузнаваемо изменилось. Но если я не собираюсь устраивать пальбу, лучше уйти.

Я расплатилась за кофе и молча покинула негостеприимное кафе. Села в «мерседес» и отрегулировала зеркало, чтобы видеть вход в полуподвал.

Около двенадцати народ начал расходиться.

Сначала ушла черноволосая Надя, потом бородатый охотник. Ждала я не их — это крепкие орешки, не расколешь.

Барменша появилась через полчаса — закрыла дверь и пошла по тротуару, весело помахивая сумкой. Пока я выруливала с неудобной парковки, ее узкая спина уже покачивалась в конце переулка.

Я поравнялась с ней и опустила боковое стекло.

— Подвезти?

Алена мазнула по мне взглядом и усмехнулась.

— Да пошла ты, — заявила девчонка и ускорила шаг.

Ничего себе. Я притопила газ и с пробуксовкой догнала ее.

— В чем дело? — зарычала я.

— Не нравишься ты мне, — ответила она. — И вообще я тебя не знаю. Катись давай.

Я подумала, не остановиться ли, и не надавать ли хамке по шее, но лень было связываться. Алена, кажется, забавлялась ситуацией, пухлые губы кривились от усмешки.

— У меня всего несколько вопросов. Давай поговорим, я возмещу неудобства, — я нажала на тормоз и помахала в окне кошельком. — Если хочешь, можем орать на всю улицу. Или все-таки сядешь в машину?

Алена тоже остановилась, хмуря гладкий лоб.

— Ладно, — вдруг согласилась она, обошла «мерседес» и плюхнулась на пассажирское сиденье.

Глава 17

Я съехала на обочину и остановилась под фонарем. В салоне сразу посветлело, и я не стала включать верхний свет.

На лице Алены не было ни беспокойства, ни любопытства — она походила на фарфоровую статуэтку, холодную и равнодушную.

Я начала издалека:

— Давно здесь живешь?

— Об этом хотела поговорить? — фыркнула она и расслабленно съехала по сиденью. Взгляд заинтересованно скользнул по салону. — Хорошая тачка… Кафе хочешь ограбить?

— Что за глупости? — хмыкнула я. — С чего ты взяла?

— Что тут брать, — Алена сделала постное лицо. — Парни сразу сказали, что приперлась охотница со стволом за пазухой и что-то вынюхивает.

— Поэтому вы на меня окрысились?

Алена скользнула по мне пренебрежительным взглядом. «Нужна ты нам больно» — читалось на лице.

Она вытащила из кармана пачку ментоловых сигарет и предложила мне.

Я покачала головой.

— Днем там была? В «Визите»?

Алена чиркнула зажигалкой и сосредоточенно выпустила идеально прямую струйку дыма. Вместо того чтобы ответить на вопрос, она с вызовом смотрела на меня, языком ощупывая уголок открытого рта. Распущенная мимика — будь я мужиком, решила бы, что меня пытаются склеить.

— Хватит выеживаться, раз согласилась, рассказывай. Я ведь ничего сложного не спросила? Ты была там?

— Да была, была, — она отвернулась. — Целыми днями там торчу. Живу в подсобке.

— Не можешь снять квартиру?

— Как раз оттуда поперли, — Алена скучающе смотрела сквозь лобовое стекло. Я заметила, как дрожит рука, держащая сигарету. Из-за этого дым неровными кольцами плыл по салону. — Так что тебе надо?

Я хотела показать фотографию Феликса, но вспомнила, что отдала ее Чернову. Как не вовремя.

— К вам сегодня заходил вампир, — напомнила я. — Невысокий, лысый и уродливый. Я хочу знать, зачем. Ответишь — получишь деньги.

Алена чуть вздернула изящную бровь и кривовато улыбнулась. Она смотрела куда-то далеко, в конец переулка. Только подрагивающий уголок губ выдавал эмоции, она скрывала то ли усмешку, то ли нервный тик.

— Зачем он тебе? — спросила она.

— Военная тайна. Я по лицу вижу, ты что-то знаешь, — я открыла кошелек и добавила еще немного к предлагаемой сумме. — Вот, так лучше? Ты ведь узнала его, правильно? Зачем он приходил?

Алена вдруг разозлилась и схватилась за ручку двери.

— Да пошла ты! Засунь свои деньги, знаешь куда!

Я перехватила ее руку и сжала пальцы.

— Стой! Я городской охотник. Ты должна остаться.

— Ты? Городской охотник? — на ее лице отразился нешуточный страх. — Чего тебе надо?

Перемена была такой мгновенной, что я замешкалась. Когда это я успела прослыть чудовищем? Никаких ужасов за собой не помню… Может, она беспокоится не за себя?

— Он приходил к тебе? — заподозрила я. — И что он хотел?

Алена справилась с собой и рывком высвободила руку. Я думала, она выскочит из машины, но охотница сидела, съежившись в комок. Постепенно страх проходил, и она стала уверенной: выпрямилась на сиденье, одернула помятую блузку.

Алена сунула в рот еще одну сигарету и долго прикуривала. Я ее не торопила. Уголек ярко вспыхивал в темноте.

— Ну что могут хотеть вампиры? — вздохнула она.

— Продаешь ему кровь? С каких пор скупщик лично договаривается с каждым донором?

— Я особенная, — усмехнулась она. — Думаешь, я тебе что-то скажу? Ни черта я не скажу.

— Ты его боишься?

— До колик. Я себе не враг. Так зачем он тебе?

— Расскажи, что о нем знаешь.

— Мало. Я его просто кормлю. Говорит, у меня кровь вкусная.

— Была у него дома?

Она упрямо покачала головой. Понимать можно было по-разному.

— Только в одной комнате. В гостиной. Он не любит приводить к себе, — Алена хихикнула. — Я же не Светка, не могу с книжкой полночи сидеть, пока ему не приспичит. Я для него слишком активный кусок мяса.

— Светка — это кто?

— Ты ее сегодня видела