Сломанный лёд - Мария Карташева

– Тонечка, вы идите, поставьте чаю нам. – отослала она домработницу.

– Что случилось? – Ксения села напротив Натальи.

– У отца неприятности на работе. Какая-то проверка из министерства, не знаю в чём дело, но точно знаю, что недосчитались наркотических веществ. Трясут всех, а его в особенности. Он же в последнее время и. о. главного. – мать покачала головой и вздохнула. – Как он не хотел занимать эту должность, но ведь уговорили же. И похороны эти ещё, он до сих пор отойти не может от поведения Киры. Я помню Киру ещё девочкой, мы же одногодки. Такая скромная, приятная, а что с ней стало. Конечно, она на витаминах своих да БАДах состояние сделала, но не может оставить ни Петю, ни память о нём в покое. Хотя без него она так и осталась бы средней руки медиком.

Ксения кивком поблагодарила домработницу за чай и рассказала матери о случившемся с Алисой.

– Она совсем не в себе, что ли? – Наталья развела руками. – Я ей позвоню, она оставила мне номер свой. Я ей скажу.

– Мама, что ты ей скажешь? Будет только хуже. – Ксения взяла мать за руку. – Алиса пока поживёт у меня, Кира укатит в свою Америку и всё успокоится. Это она сейчас не знает, какие ещё гадости натворить. Тебе сейчас о папе впору позаботиться.

– Папа, да. Очень мне его состояние не нравится. А как Игорь? – Наталья вскинула глаза на дочь. – Он против Алисы не будет? Они вроде не ладят.

– Не будет. – твёрдо сказала Ксения. – Я с ним договорюсь.

***

Словно последний выдох зимы пронёсся по городским улицам, и весенний вечер вдруг окунулся в облако колючего снегопада. Ксения стояла у окна в ординаторской и смотрела как стрелки парковых улиц, видных отсюда, проваливаются в белую мглу. Так и в её жизни, ещё некоторое время назад всё было ясно и понятно, а сейчас закружило, завьюжило ненастьем.

– Здравствуй, – услышала она знакомый голос от двери.

Ксения обернулась и увидела Веслава. Мужчина держал в руке куртку и напряжённо смотрел на неё.

– Привет. – она была рада ему. – Дежурства здесь – скука смертная, – сказала она и улыбнулась. – не то что на прежней работе, – с грустью в голосе добавила она, – у Латанина.

– Ты же уже закончила на сегодня? – Веслав подошёл к ней.

– Да, – Ксения посмотрела на часы, – уже закончила. Ты лучше меня это должен знать, ты же расписание составляешь.

Дверь в ординаторскую распахнулась, и в помещение стремительно вошла Тюльпанова Ольга.

– Привет, ребятушки! – она подскочила к Ростовичу и поцеловала его в щеку. – Поздравляю!

– С чем? – Ксения удивлённо посмотрел на Тюльпанову.

– Ксения, невежливо не знать, когда у начальства день рождения. – Ольга достала из сумки небольшую коробку, украшенную яркими лентами. – И хоть я сегодня всю ночь буду охранять покой этого пустого отделения, – она многозначительно замолчала, – я приготовила подарок. И буду крайне признательна, если вы, Веслав, сходите за шампанским, и мы вместе отпразднуем ваш праздник.

Веслав покрутил коробочку в руках, кивнул Ольге, посмотрел на Ксению и сказал:

– Ольга, вы на работе, и пусть даже пока у нас нет своих пациентов, вы можете принести пользу в других отделениях. Шампанское вам нельзя. А вот Ксения отдежурила, и её я хочу пригласить отмечать эту дату, которая должна была пройти незамеченной для всех. Всего доброго. – Веслав открыл ящик своего стола и, не проявив интереса к содержимому, убрал подарок. – До завтра.

Ксения быстро ретировалась за дверь, потому что не могла без смеха смотреть на Ольгу. По лицу женщины прокатился нервный румянец, она часто задышала, и глаза сузились до щёлок. Ничего хорошего это не предвещало. Следом за Ксенией появился Веслав, он взял девушку под руку и тихо сказал:

– Бежим. А то мне в голову прилетит что-то тяжёлое.

Вскоре они оказались на улице, ветер разыгрался не на шутку, он словно наждаком чистил улицы, стёкла машин и домов. Запоздавший снег острыми краями резал по глазам, набивался в уши и путался в волосах.

– Я же сегодня без автомобиля. – Веслав взял Ксению за талию и притянул к себе. – Пойдём кутить, Ксёна?

– А почему Ксёна? – девушка повернулась к нему.

Веслав остановился и взял её лицо в свои ладони.

– На моём языке тебя могли бы звать Ксёна. – он посмотрел ей в глаза, потом наклонился и долго целовал стылыми губами, закрывая её от ветра. – Как бы я хотел быть бесчестным. – выдохнул он, когда, наконец, нашёл в себе силы оторваться от неё. – Я уже мечтаю, когда приедет твой муж. – он рассмеялся и, взяв её за руку, потащил за собой. – Поехали, поехали, я забронировал нам место в моём любимом ресторанчике. Это как возвращение домой, его держат мои друзья.

Весь вечер они смеялись, Ксения слушала о его детстве, о том, почему он выбрал эту профессию, о красиво цветущих польских садах по весне, о его бесконечной родне, о том, что у него есть дочь, но с матерью её они разошлись давно. Потом подошли его друзья. А дальше был перебор блюд, вин, десерты, кофе, музыка, танцы – всё слилось в единый круговорот счастья. Оттого что сделал Игорь ей даже не было больно, наоборот, ей было легко, ей не придётся делать выбор. И это было волшебство! Когда они наконец ненадолго остались вдвоём, и Ксения мирно лежала у него на плече, она вдруг достала из сумки свой телефон, открыла галерею снимков и показала одну из фотографий Веславу.

– Что это? – удивился мужчина.

– Это сейчас мой муж отдыхает со своей любовницей в отпуске. – просто сказала девушка. – Так что мы не будем ждать, когда он вернётся. – Ксения посмотрела ему в глаза.

– Откуда у тебя это? – нахмурился Веслав.

– Провиде́ние, наверное. – пожала плечами девушка. – Поехали к тебе!

Веслав молча встал, взял сумку девушки в руки, скоро попрощался с друзьями, и они вышли в ночь, где ветер расчистил небосвод с сияющими кристаллами звёзд.

***

Алиса дремала и вдруг почувствовала, что рядом кто-то есть. Она открыла глаза и увидела тревожное лицо Анатолика.

– Ты чего? – спросила она.

– Я только узнал, что случилось. – чуть севшим голосом проговорил он.

– Привет. А с тобой-то что? – она приподнялась на локте.

Она не узнавала своего друга, в одночасье ставшего кумиром тысяч женщин. Светлые волосы висели какой-то паклей, кожа была сероватого оттенка, а в глазах плескалась бездонное море тоски.

– Так! Творческий кризис. – махнул он рукой, и на девушку накатила тяжёлая волна перегара.

– Толя, ты обалдел, какой кризис? Ты пьяный, что ли? – Алиса