Порочный Торн - Ким Лорейн

— Почему? Какая тебе от этого польза?

— Никакой. Но это помогает очистить совесть. Ведьмы никогда не были опасны, пока мы не начали их уничтожать. Мой отец хотел взять их под свой контроль. Он хотел создать армию силы, и это происходило от магии, которой могли владеть ковены. Они не были готовы помогать. Поэтому мы взяли их в заложники, заставили творить для нас заклинания, пока их разум не был сломлен. Затем мы убили их и оставили тела у дверей их лидеров. Это был порочный круг, и с тех времён на моих руках слишком много крови.

— Ты… вы сломали им мозги?

— И не горжусь этим. Мой отец наслаждался, ему нравилась видеть, как они близки к концу здравомыслия. Он показал им их самые большие желания, предложил свободу, дал всё, что они хотели, только для того, чтобы разрушить созданную.

— Он говорит как настоящий принц, — говорю я с едким сарказмом.

— Ни без причины я не испытываю чувства вины за то, что убил его.

— Ты убил его? — Я не могу поверить, что он убил собственного отца, но опять же, я едва его знаю. Может, он так постоянно делает.

— Я убил его прежде, чем он смог убить меня. Прежде чем он смог прийти за тобой. Как только он поймёт, кто ты, ничто его не остановит.

Я хмурюсь. Меня здесь никто не знает, за исключением Сары и Сайласа.

— Что ты имеешь в виду?

— Он знал, что ты моя. Ты пахнешь мной, моей кровью. Теперь, когда мы сблизились, наши сердца бьются в унисон.

— Подожди. Связаны? — Я дрожу от холодного ночного воздуха и обхватываю себя руками, пытаясь согреться. Сайлас подходит ближе, протягивая руки, как будто собирается обнять меня.

— Нет. Не прикасайся ко мне, — говорю я, отступая слишком быстро. Маленький каменный полуостров, на котором мы стояли, внезапно перестаёт существовать позади меня, и я падаю.

Я испуганно вскрикиваю, но Сайлас хватает меня за руку и поднимает на ноги, прежде чем я падаю в воду.

— Осторожнее, ведьма.

Ощущение его пульса под моей ладонью успокаивает. Я не знаю почему, но потом приходит осознание. Тот момент в доме, что мы провели, занимаясь любовью, безумный момент, когда мы разделили кровь. Теперь мы связаны вместе не проклятием, а судьбой.

— Ты действительно связал нас?

— Да. Твоя кровь бесполезна для других, запятнана нашей связью. Никто не заберёт то, что принадлежит мне.

— Нужно было спросить.

Он ухмыляется.

— Я спросил.

— Нет.

— Да. Я просил тебя быть моей, а я стану твоим. Я предложил свою кровь. Ты согласилась.

— Я не знала, на что подписываюсь. Вечная связь с вампиром Блэкторн.

— Можно рассматривать это как бонус. Ты думала, что получаешь вампира. Но получила мятежного принца.

Я закатываю глаза к небу и бормочу:

— Богиня, помоги.

— Ты не обязана оставаться со мной. Мне будет больно отпускать тебя, но я могу, если это тебе нужно. Другие вампиры не тронут тебя, что делает мир безопаснее для тебя, но тебе больше не придётся меня видеть. — В этих словах столько боли, потери и трепета, и, честно говоря, мысль о том, что я никогда больше не увижу его, заставляет что-то болеть в моей груди.

Черт бы всё это побрал. Я не понимаю, почему судьба так поступила со мной.

— Когда мы выберемся из этого, если вернёмся в наше время, мы должны выяснить, как разорвать нашу связь. Я не могу прожить жизнь, привязанной к другому существу. Это не…

Я замолкаю, не зная точно, как объяснить ему, как жил мой ковен. Чистота в родословной кажется такой странной. К чему она? Я чистокровная ведьма, как и Тру, и у нас свои проблемы. Она едва может наскрести магии, чтобы сотворить простое исцеляющее заклинание, в то время как мои способности непредсказуемы и сильнее, чем должны быть. Этого мы и пытаемся достичь чистотой? Я сомневаюсь в этом.

— Это не?..

— Не то, что я должна сделать.

Однако он всё ещё не отпустил меня. Он обнимает меня, его глаза прикованы к моим, напряжённые и окрашенные тоской.

— Кто говорит, что ты должна делать? По-моему, ты выглядишь сильной, умной женщиной. Разве ты не должна принимать такие решения?

— Да. Но именно этот выбор привёл меня сюда. Меня чуть не повесили за колдовство и помощь Блэкторну.

— Повезло тебе.

— Что? — Я начинаю сдавленно смеяться.

— Ты выжила и нашла то, чего не дано большинству существ.

— Что же?

— Того, кто будет заботиться о тебе вечно. — Сайлас напрягается, держа меня на руках, задержав дыхание, пока осматривает линию деревьев, скрывающих нас от вида на деревню. — Разберёмся с этим позже. Они приближаются.

Глава 19

Сайлас

Натали замирает, округлив глаза, а сердце колотится со скоростью колибри. Я напугал её. Черт возьми.

— Кто приближается? — спрашивает она, впиваясь пальцами в мою руку.

— Кэшел и другие. Я их слышу.

И чувствую их грёбаный запах. Запах застарелого пота, страха и болезни. Одна из этих женщин больна. Настолько больна, что умрёт в течение года, от петли палача или нет.

— С ними всё в порядке? Мы можем их вытащить?

Кэшел появляется из темноты, как кошка, крадущаяся к добыче. Его глаза светятся в отражении луны и делают его похожим на дикаря. Две ведьмы следуют за ним, обе бледные, с темными кругами под глазами, но с выражением благодарности на лицах. Они сидят вместе на упавшем бревне, тяжело дыша, от них исходит усталость. Кэшел даже не смотрит на них. Он сосредоточен на женщине в моих объятиях. Мой кузен опасен, смертельно опасен, и мне не нравится, как он пялится на мою Натали.

— Ты нашёл себе настоящую красавицу, Сайлас. Даже если она ведьма.

— Может, если выйдешь из-под контроля отца, сможешь найти свою. — Не сдерживаюсь я. Все эти годы ему было легко. Средний сын, у которого нет ответственности, и правление не тяготит его. Он бесцеремонен практически во всём, кроме одобрения отца. Это он воспринимает всерьёз.

— Каллум у отца под каблуком. Он говорил, что считает Ингрид из Норвегии своей парой? Ледяная принцесса.

Натали усмехается.

— Как бы ни было неприятно прерывать семейную встречу, но нас только что чуть не убила банда бешеных, управляемых вампирами людей. Они не позволят нам так легко уйти.

Я сплетаю наши пальцы вместе, не желая отпускать Натали.

— Они не тронут тебя.

Кэшел смеётся и прислоняется к