Умри со мной - Ана Фогель

В каком бы плачевном положении я ни находилась, удовлетворение физических потребностей подняло мне настроение против моей воли.

Я о голоде.

Перед тем как вывести меня на прогулку, Колдер настоял на том, чтобы я поела. Это было сложно, но издеваться над своим организмом ещё дольше я не могла.

Теперь я дышу влагой и растворяюсь в изумрудной зелени леса. Я наслаждаюсь присутствием живого человека рядом с собой. Даже если этот человек мой похититель. Последнее время – всё время – я только и делала, что отталкивает людей. Это я умею делать лучше всего. И вот она я. Абсолютно одна.

Но сейчас его рука рядом с моей, и я позволяю себе представить, что её держит он, а не металл, снова душащий моё запястье. Мечты тем и хороши, что они нереальны. Будь это правдой, я бы уже всё испортила.

– Чёрт, здесь плохо ловит сеть. – Колдер нарушает первобытную умиротворённость.

– В этом и смысл.

– Донеси это до Кэтрин в следующий раз. Ах да, – он театрально вспоминает, – следующего раза не будет.

Я закатываю глаза.

– Это уже не страшно и даже не смешно. Просто отпусти меня или убей.

На какое-то мгновение мне кажется, что затихает всё живое. И я. Деревья вдруг смешиваются с небом, а я оказываюсь на земле. Колдер оказывается надо мной. Он всегда надо мной. Линии его лица больше не рисуют надменную безмятежность. Они ожесточились. В глазах пылает огонь ненависти, словно я кислород, подпитывающий его.

– Я уже однажды говорил о твоём остром язычке, – каждая буква – натянутый нерв. Он смыкает руку вокруг моей шеи. – Нужно понимать, что слова имеют последствия.

Хватка настолько крепкая, что кажется, будто на мне ожерелье из его пальцев. Среди океана воздуха, мне начинает не хватать его.

– Я готова нести за них ответственность, – хриплю я.

– Глупая девчонка, – с отвращением выплёвывает Колдер и ослабляет свою хватку. Он ложится рядом со мной.

Что-то не так. Лёд внутри меня тает. Бежит солёной водой по щекам. Влажный холод покрывает мою холодную кожу росой. Серые тучи висят так низко, что я почти ощущаю их тяжесть. Наверно, именно так и выглядело бы моё тело, если бы Колдер довёл дело до конца. Я бы медленно остывала, лёжа на мокрой траве.

Вдох. Выдох. С каждым разом Колдер дышит спокойней. Каждый раз он подавляет в себе зверя, который рвётся меня убить.

Почему?

– Почему ты сдалась? – спрашивает Колдер эхом на мой немой вопрос.

– Вы не дали мне шанса убежать.

– Я не об этом. Ты сдалась ещё задолго до нас.

– Это тебя точно не касается.

Я никому об этом не рассказывала. Я даже себе не позволяла оценить весь масштаб своих ментальных повреждений. Я просто старалась об этом не думать, давая дням плавно перетекать друг в друга.

– Ну же. Иногда незнакомцу довериться проще. Скажем, это будет твоя исповедь перед смертью.

Я слышу нотки издевательства в его голосе. Но не злые. Воздух из моих лёгких паром вырывается наружу, издавая смешок.

– Заткнись. – Свободной рукой я пытаюсь шутливо ударить Колдера, но он перехватывает мою руку и тянет на себя. Я вскрикиваю от неожиданности. – Что ты?..

Я слышу смех, понимая, что он мой лишь через несколько секунд. Я оказываюсь на нём сверху, его губы так близко к моим, что единственной правильной вещью кажется поцеловать его.

Находиться в таком положении слишком хорошо, поэтому я пытаюсь вырваться. Его рука ожидаемо прижимает меня крепче к себе.

– Впервые слышу твой смех, – сообщает Колдер, глядя на меня искристыми глазами. – У тебя красивая улыбка.

Я бы хотела свалить это на действие травки, но его взгляд абсолютно ясный. Свежий воздух почти полностью отрезвил его.

– Окей, а вот это уже страшно.

– Что? Ты боишься комплиментов?

– Да, потому что никогда не знаешь, что за ними скрывается. Особенно если это откровенная лесть, как сейчас.

На этот раз Колдер позволяет мне слезть с него, и мы неуклюже встаём на ноги. Я тут же устремляюсь в сторону дома, потому считаю, что появляющаяся неловкость скоро испортит нашу прогулку. И потому что я очень замёрзла.

– Ты моя заложница, но это не значит, что я не могу оценить твою красоту. Наоборот, я бы даже мог ей воспользоваться.

Всё рушится. Я падаю вниз и уже чувствую ожидаемую боль. Мне говорили, что я красива. Гейб говорил. И он даже воспользовался этой красотой. И всё. Наверно, её достаточно только для этого.

Я ничего не отвечаю на комментарий Колдера. Если на несколько минут я позволила себе представить, что мы в других обстоятельствах, всё так или иначе приходит к одному концу.

Молчание длится недолго. В нескольких метрах от сетевой ямы, сигнал снова начинает ловить и телефон Колдера разрывается от оповещений. Парень внезапно врастает в землю. Меня дёргает назад.

– А Кэтрин не может подождать, пока мы не доберёмся до дома? – раздражаюсь я. Свободную руку я прячу в карман куртки, но та, что в наручниках уже превратилась в лёд.