Мирра. Сердце Зорры - Александра Аливари

— Значит, им можно пользоваться?

— Верно. Но для начала надо разобраться, как именно. Для этого потребуется время, а пока необходимо придумать, куда его спрятать.

— Зачем его прятать? Кто будет копаться в моей комнате?

— Возможно, никто, а возможно, кто-то заинтересуется запахом мощной магии, спрятанной в этой вещице.

— Ты имеешь в виду лирронов?

— Ты же не думаешь, что я работаю здесь один? — усмехнулся в ответ Зима. — Если бы не твоя способность, природу которой я, кстати, еще не разобрал, ты бы даже не догадалась о моем присутствии.

— То есть любой лиррон может приходить и шарить у меня в комнате?! — возмутилась я.

— Конечно, нет. Но предосторожность никогда не бывает лишней. Я поставлю щит от непрошеных гостей на твою комнату.

— Никакого личного пространства. Если бы я вас не видела, даже не догадывалась бы, что повсюду рыщут любопытные мохнатые любители чужих артефактов, — недовольно проворчала я.

— Ну-ну, успокойся, мы всего лишь работаем и решаем бытовые вопросы. Давай спрячем артефакт на всякий случай.

— Но куда? — Я развела руками, оглядывая свою крохотную комнатку. — Здесь нет никаких укромных мест.

— Придумал! — подпрыгнул пушистый. — Я гений.

— Ну же, гений, говори скорее.

— Спрячем медальон вот здесь! — воскликнул лиррон, плутовато ухмыльнувшись, и указал на мою грудь.

— Что? — попятилась я. — Куда ты собрался его засунуть?

— Глупая, что ты себе напридумывала. Тебе просто нужно надеть артефакт на себя, вот и все. Самый надежный тайник — у всех на виду.

— Ты уверен? А вдруг владелец объявится?

— В таком случае ты просто-напросто вернешь ему вещицу. Скажешь, что нашла. Это чистая правда. Ну давай же! Надевай его скорее.

— Не нравится мне все это, — недовольно протянула я, но все же послушно застегнула цепочку на шее.

Медальон тяжело качнулся и внезапно начал теплеть.

— Ой! — вскрикнула Из.

— Что-то не так! — запаниковала я и попыталась расстегнуть цепочку. Артефакт продолжал нагреваться, и жар от него уже становился обжигающим.

— Что происходит?! — засуетился вокруг меня Зимфаил.

— Эта магия вплетается в твою ауру, и я ничего не могу сделать! — обеспокоено затараторила Из.

— Ай! Жжется! Не могу расстегнуть цепочку, — я крутилась на одном месте, пытая содрать с себя злополучный медальон.

— Подожди немного, это пройдет. Наверное, артефакт просто подстраивается под нового хозяина.

— Ты мне об этом ничего не говорил. Какая еще настройка? Я же не настоящая, а временная хозяйка!

— Ну, побудешь настоящей, большое дело! — наткнувшись на мой полный ярости взгляд, пушистый предатель запнулся и быстро добавил. — Временной, я имел ввиду временно. Ну как? Уже не жжется?

Я ощупала продолговатый корпус и с облегчением обнаружила, что он вернулся к нормальной температуре самого обычного украшения.

— Кажется, нет.

— Ну вот видишь, не стоило так паниковать, — улыбнулась во все сто мелких клыков пушистая зараза.

— Временная хозяйка, говоришь, предатель несчастный, — грозно наступала на лиррона я.

— Мирра, спокойно. Этот артефакт тебе пригодится. Я же как лучше хотел.

— Ты специально все это провернул, чтобы я его надела, да? Позволь спросить, зачем? — в моем голосе звенела неприкрытая ярость.

— Тебе нужна дополнительная защита. Мало ли что может произойти в таком опасном месте, как академия. Тут студенты буйные, профессора злющие, лес за окном темный-темный, — бормотал лиррон, примирительно подняв лапки.

— Во что ты меня втянул, а? Я тебя спрашиваю, интриган ты пушистый!

— Ну зачем же сразу обзываться, — насупился лиррон, скосив глаза в сторону двери.

— Даже не думай, поймаю и повыдергиваю весь мех в самых неподходящих местах! — я почти загнала негодника в угол, но он успел воспользовался лирроновским трюком с исчезновением. Раздался легкий хлопок, и мелкий предатель испарился.

— Ну попадись ты мне, — я потрясла кулаком в воздухе.

— Я больше не чувствую никакой опасности от медальона, — успокаивающее проговорила Из, — не могу сказать точно, но твоя аура немного изменилась, к ней что-то прибавилось, наверное, это магия медальона.

— Этого мне еще не хватало.

Тяжело вздохнув, я плюхнулась на кровать и устало прикрыла глаза.

Глава 9

Настало пятничное утро. Белые прядки распущенных волос танцевали причудливый танец, повинуясь воле прохладного ветерка, который врывался в открытое окно. Облокотившись на подоконник, я с жадностью вдыхала теплый запах осеннего леса.

Задумчиво выводя пальцем узоры на деревянной поверхности, я продумывала детали плана. Завтра наступят такие долгожданные выходные, а это значит, что большая часть обитателей академии разъедется по домам. Я же не планировала возвращаться в поместье, не рискуя встречаться с разгневанным моей выходкой родственником. Фокус с сонными каплями дядя Генри так просто мне не простит. Но зато я могла посвятить все время учебе и поискам брата.

Единственное, что портило радужное настроение с утра, это предстоящая боевая подготовка. Я была вовсе не против физических упражнений, к ним я была привычна. Но занятие вел декан Дамиано, который одним своим видом выводил меня из себя. Я винила его во всех своих бедах, а именно в том, что за мной как приклеенный ходил второкурсник, способный довести до бешенства кого угодно.

Я все еще не могла привыкнуть к навязчивому обществу Дана. Эм тоже была не в восторге от его присутствия. По ее словам, подобный типаж парней ей был неприятен: душа компании, любимец девушек и отличник. Все в Дане было просто идеально. И это до зубовного скрежета раздражало.

Мы с подругой умудрялись избегать общества назойливого парня за завтраками и обедами лишь благодаря другому, не менее назойливому типу — Аштону. Я не могла, не кривя душой сказать, что и его компания была мне по душе. Но с присутствием Аштона я сумела смириться. Как с неизбежным злом. Лохматым и высокомерным.

Внутри, грозя перелиться через край, капля за каплей скапливалось раздражение. Я медленно, но верно подходила к опасной грани. Из это чувствовала и старалась отвлекать меня разговорами, как могла. Но ее непринужденная болтовня нисколько не помогала, даже наоборот. Постоянное жужжание голоса в голове заставляло отчаянно искать одиночества. А теперь еще целое занятие с этим противным, высокомерным, невыносимым…

Я сделала глубокий вдох и попыталась вернуться в состояние умиротворения, в котором находилась все утро. Мне срочно нужно было помедитировать. Окунуться в благословенное ничто. Мы с бабушкой часто практиковались, чтобы при необходимости состояние абсолютного спокойствия приходило легко.

Бабушка была моим самым суровым надзирателем и самым замечательным наставником. Благодаря ей я многое могла и была физически вынослива. Я не боялась боевой подготовки — ударов партнеров по спаррингу и порой жестких падений. Они всегда присутствовали в моей