Удобная жена - Виктория Волкова

- Мне сообщили о ее выходке в холле. Это недопустимо. И я поставлю в известность главного врача. Если ты из-за нее…

- Меня действительно ждет Пухлиян, - вздыхаю я, смаргивая подступившие слезы.

- Или из-за мужа? — снова давит пытливым взглядом Алиса.

- Я хочу развестись с ним, - выпаливаю я на одном дыхании. Трудно держать все в себе.

Надо хоть с кем-нибудь поделиться. - У нас фиктивный брак, - впервые в жизни сообщаю постороннему человеку главную тайну Сарматовых и Милютиных.

- Деньги, блин, - понимающе кивает Алиса. Сходу понимает о чем идет речь.

- Поезжай, - вздыхает нехотя. — Но если ты передумаешь, Николь, всегда можешь вернуться. Мы просто порвем заявление. Я жду тебя обратно, девочка, - печально улыбается она мне. — И хочу пожелать удачи. Она тебе пригодится.

- Спасибо, - выдыхаю порывисто. Подскочив, бегу обниматься. И упав на высокую грудь начальницы, всхлипываю как маленькая. - Я тоже никуда не хочу ехать, - признаюсь как на духу. – Но у меня нет выбора. Марк меня не отпустит.

- А ты его любишь? — чуть отстранившись, добродушно спрашивает Алиса.

- Да, - признаюсь как на духу. - Всю жизнь его только и люблю. Но это игра в одни ворота. Он не любит меня. Только мои деньги…

- Поезжай, - крепенько обнимает меня Алиса. — Если ты дорога ему, найдет способ вернуть. А если нет, строй свою жизнь сама. В любом случае, я желаю тебе счастья, Николь.

- Спасибо, - лепечу, вытирая слезы. — Пойду отработаю последний день, - усмехаюсь печально.

- Почему-то мне кажется, ты никуда не уйдешь, - шутливо морщит нос зав.отделением. А когда я хочу возмутиться, добродушно машет отманикюренной лапкой. — Вот и проверим мою чуйку.

«Меня увольняют сегодняшним днем - вернувшись к себе в кабинет, отправляю сообщение адвокату.

«Я так понял, что вам надо побыстрее уехать. Мне Марина объяснила».

«Да, желательно в ближайшие дни».

«Тогда можем сегодня встретиться у нотариуса. Вы оформите доверенность на ведение дел и отдадите мне заявление о разводе. А я буду представлять вас в суде и держать в курсе событий».

«Отлично» - отправляю сообщение я и, закончив прием, на всех парах мчусь в нотариальную контору.

- Я бы хотела еще составить завещание, - бойко сообщаю толстой пожилой женщине.

Сколько себя помню она сидит в кресле нотариуса и не меняется. Такой же была и десять лет назад.

- Сделаем, Николь Николаевна, - по-домашнему улыбается мне. И через несколько минут протягивает разноцветные бланки.

- Читайте внимательно.

Пробегаю глазами по черным строгим буквам, чуть расплывающимся на ярком листе.

Вроде все правильно. По одному документу я доверяю господину Боброву представлять мои интересы в суде, а по второму - в случае моей смерти все мое имущество достается бабушке и Есении.

- Все верно, - киваю и, набравшись смелости, ставлю подпись на каждом. Следом выводит автограф нотариус и ставит печати.

Сразу же, в приемной передаю доверенность высокому красивому блондину, моему нотариусу, и словно пробка из-под шампанского выскакиваю на свежий воздух.

Все! Дело сделано!

Еще только одиннадцать часов, а я уже все успела! Уволилась, наняла адвоката. Теперь осталось только купить билеты и забрать ключи у Джо.

Супер план! Ощущение, будто я несусь по трассе на всех скоростях и везде попадаю на зеленый свет. От куража даже дух захватывает. И самое главное, мой драгоценный муж не обрывает телефон. Спит еще наверное, или передумал.

«Так и проспать свое счастье можно» - хихикаю весело. Задрав голову, всматриваюсь в голубое по-весеннему небо. Любуюсь белыми облачками. Скоро весна! И новая жизнь.

- Джо, - звоню своему бывшему опекуну. — Мне нужно с тобой встретиться.

- Это обязательно? — тянет он лениво. — Я хочу загород уехать на выходные.

- Я не займу у тебя много времени, - восклицаю запальчиво. — Но нам с тобой надо сегодня поговорить.

- Как скажешь, девочка, - невесело усмехается он. - Если вопрос не терпит до понедельника, то приезжай. Я дома еще час-полтора. Потом уеду.

- Я буду! — заверяю поспешно. И по дороге от нотариальной конторы до дома Сарматова покупаю билеты на самолет.

Бинго! В этом тайме выиграла я.

Глава 20

- Ты хорошо все продумала? — строго спрашивает меня мой опекун. Хоть уже формально Джо не несет за меня никакой ответственности, но другого отца у меня нет. О папе Коле остались, конечно, воспоминания. Каждый эпизод на вес золота. Отец подбрасывал меня на руках, катал на качелях и таскал плечах. Я маленькая была. Помню его. Большой веселый человек с ямочками на щеках. У Есении даже этого нет.

Зато все эти годы рядом был Джо. Устраивал в школу. Нанимал репетиторов. Выбирал предметы для более глубоко изучения. Решал в какой лагерь я поеду летом и сколько языков мне предстоит выучить в совершенстве. А когда я болела, сам договаривался с врачами и требовал от них точного диагноза и гарантий.

Это к Джо я приходила за помощью, когда меня учительница гнобила в школе. И мой строгий, вечно занятой опекун просто встал и поехал к директору.

- Я хочу знать, - заявил тогда совершенно спокойно. - Если Николь не дотягивает, мы с нее спросим, а если преподаватель принижает ребенка из-за своих комплексов, то я переведу девочку в другой класс или в восьмую гимназию.

Вопрос решился. Учительницу уволили, а я на всю жизнь запомнила, кто мой главный защитник.

- Николь. Я задал тебе вопрос, - напоминает о себе Джо. Он сидит, чуть развалившись за обеденным столом. Немного усталый, немного ленивый мужчина. Расслабленный и домашний. Чинно разрезает омлет. Отправляет в рот маленький кусочек и строго на меня смотрит.

— Ты все хорошо продумала. Косяков потом не будет?

- Да какие косяки! - отмахиваюсь я, потянувшись за пирожком. И по привычке докладываю все подробности. - Меня пригласил Пухлиян в аспирантуру. Буду ходить на занятия в универ и жить в нашей квартире. Там пешком можно пройти до лечебного корпуса.

Может, найду подработку..

- Зачем? — выпаливает Милана, стреляя в меня любопытным взглядом.

- Хороший вопрос, - добродушно усмехается Джо. — Зачет, дочка, - указывает на Миланку столовым ножом. И девочка от похвалы отца расплывается в улыбке. Я ее понимаю. Слово Георгия Сарматова дорогого стоит, а похвала тем более. Мы пьем чай в белоснежной