Женщина отца - Ксения Богда

– Может, скрепим наше перемирие ужином в ресторане?

Там у Антона появилась бы возможность в спокойной обстановке начать задавать ненужные вопросы. Да и ноги уже от каблуков гудели так, что хотелось поскорее избавиться от этого орудия пытки.

– А может, пиццу и ко мне? Или курочку-гриль? Тут на соседней улочке классную курочку готовят.

Антон поперхнулся и громко рассмеялся. Видимо, мой голос звучал настолько жалко, что машина моргнула фарами, и Антон снова исчез в салоне.

– Садись уже, курочку-гриль, блин. Надо же…

Он все ещё посмеивался, и я не смогла сдержать ответной улыбки.

– Вот тут направо, – я тыкала пальцем в нужные повороты, и через минуту машина остановилась возле знакомой вывески, – вот тут, тормози.

Я застонала от одной мысли, что снова нужно куда-то тащить свое тело.

– Сиди, страдалица, пойду сам возьму.

– Нет, – это прозвучало слишком громко и вызвало удивление на лице Антона, – просто ты выберешь не то.

Чем дольше мы разговаривали, тем более бессмысленным казался мне этот диалог.

– А что, нужно ещё какую-то определенную курицу-гриль?

Я закатила глаза и заставила-таки себя выкатиться на улицу.

– Естественно, в выборе важно многое. Это и степень прожарки, и толщина корочки, и цвет.

Я рассуждала под громкое фырканье парня, и сама улыбалась как идиотка. На мое счастье, в маленьком помещении с умопомрачительными запахами не было народа. Я глянула на часы и обрадовалась. До закрытия заведения оставалось пятнадцать минут, а значит, мы ещё и на скидку попали.

– Добрый вечер, чем могу помочь?

Я просканировала небольшой выбор куриц, и мой взгляд зацепился за нужную.

– Вот эту, пожалуйста.

Поджаристую тушку уложили в бумажный пакет, и Антон шикнул, когда я полезла в сумку за деньгами. Глаза зло сверкнули, и я краем глаза заметила улыбку продавца.

Наконец мы добрались до моей квартиры и с несвойственным для двух человек шумом завалились в коридор.

– Первым делом курочка, – пресекла попытку Антона ухватить меня за талию, – я очень голодная.

– Ты помешана на курицах, ты знала?

– Ха-ха, я просто забочусь о своем желудке. А сейчас он требует, чтобы я не просто поела, а утолила зверский голод. Так что давай освобождай дорогу голодной даме.

Я не узнавала себя. Мне было легко в компании Антона и хотелось постоянно шутить и хихикать, как влюбленной дурочке. Рука замерла на полпути к шкафчику с посудой, и я тяжело сглотнула. Влюбленной? Неужели?

Глава 17

Антон

Не узнавал в игривой и смеющейся девчонке, что была передо мной, ту Лику, к которой привык. Такая она мне нравилась больше, хотелось шутить и смеяться вместе с ней. А сейчас я с наслаждением наблюдал, как она жадно поглощала свою курицу и жмурилась от удовольствия. Чутье подсказывало, что она не так проста, как хочет казаться, и я с удовольствием разгадал бы её загадки.

Мы быстро расправились с едой, и Лика направилась мыть посуду. На улице загудела сигнализация, и я на автомате подошел посмотреть, что происходило за окном. А потом обернулся и оперся о подоконник, наблюдая за суетящейся девушкой. На неё были крохотные шортики, словно надеты специально, чтобы разбудить во мне зверя. Майка облегала аккуратную грудь, длинные волосы струились по спине, вызывая в моих пальцах зуд. С каким-то ненормальным наслаждением я каждый раз зарывался в них и погружался в её ротик.

Член моментально налился кровью, разгоняя по венам жажду обладать этой девчонкой здесь и сейчас.

–Мальвинка.

Сам не знаю, почему начал её так называть. Но вот эти пепельные волосы и голубые глаза вызывали у меня такую ассоциацию.

Лика удивленно приподняла бровь и посмотрела в мою сторону. Переступил с ноги на ногу, чтобы хоть как-то облегчить напряжение в штанах.

– Подойди.

Голос понизился от нахлынувшей жажды. Но сейчас я меньше всего хотел разбираться в себе, просто желал, чтобы эта девчонка сейчас оказалась прижатой к моему напряженному телу. Лика с опаской сделала шаг навстречу, но я никогда не отличался терпеливостью и, сделав выпад, притянул её к себе. Лика удивленно охнула, распахнув глаза, и уперлась крохотными кулачками в грудь, разжигая внутри меня огонь. Не знаю, как она это делала, но я терял контроль над своими животными инстинктами и сейчас просто хотел содрать с неё эти тряпки и погрузиться во влажные складки на всю длину.

– Знаешь, что я хочу?

Девушка покачала головой, не отводя взгляда. Закусила губу, вырвав из меня рык.

– Что?

Её шепот ударил по перепонкам. Я сжал кулаки, чтобы ещё какое-то время сдерживать свои животные порывы. С каждой секундой зверь внутри меня одерживал верх над хладнокровность и требовал подчинить.

– Хочу оттрахать тебя так, чтобы ты завтра, садясь на свою прекрасную попку, вспоминала обо мне.

Щеки Лики покрылись румянцем, и это окончательно послало меня за грань. Развернул её к окну. Девушка оперлась о подоконник. А я сорвался с цепи. Впился зубами в трепещущую жилку на шее, испытывая непередаваемый кайф от того, что она выгнулась навстречу. От её стона, прокатившегося раскаленной лавой по венам.

Ликина попка вплотную прижалась к моему стоящему члену. Я пробегал поцелуями по влажной коже, ощущая дрожь Мальвинки. Внутри меня уже вовсю рычал и скалился мой внутренний зверь, требуя взять и подчинить, и я не отказал ему.

– Смотри в окно. Представь, что все прохожие видят, чем мы тут занимаемся.

Я нес какую-то херню, но с удовольствием отмечал, что Лика реагирует как надо. Вот она сжала бедра, пытаясь скрыть возбуждение. Вот её пальцы сильнее впились в поверхность подоконника. Я видел в отражении стекла каждое её движение. Быстро расправился с её одеждой. Во рту скопилась вязкая слюна при виде округлых ягодиц и тонкой талии, которую при желании можно было обхватить одной рукой.

– Расслабься, малышка. Что бы ни случилось, не отпускай этот подоконник.

Лика удивленно распахнула глаза, поймав мое отражение.

– Кивни, если поняла.

Она медленно повиновалась и дала мне зеленый свет. Пересчитал её позвонки, пока спускался в аппетитной попке. Член уже рвался в бой, но я мысленно попытался приструнить его. Сейчас я хотел попробовать эту девчонку на вкус. Вылизать каждую каплю смазки и погрузиться в эти набухшие складки языком. А потом…

Аккуратно раздвинул стройные ножки и секунду смотрел, как влажная плоть покрывается смазкой. В очередной раз сглотнул слюну и пробежался языком