Лу за гранью свободы - Марианна Красовская

Команда вяло выражала своё одобрение.

— Помните, я говорил, что бочка ярранского рома, что спрятана в трюме, оставлена на чёрный день? Я ошибался! День нынче солнечный! Горо, выкатывай!

Вот теперь матросы заревели куда радостнее.

— И ещё: я привёл колдунью. Или принцессу, не знаю еще. Пока не уверен, на что она способна, но кто тронет ее хоть пальцем или скажет ей дурное слово — того я повешу. Без суда и следствия. Ясно?

— Но капитан, бабы на корабле всегда были общими, — жалобно проблеял кто-то из команды.

— А эта принцесса — ничья. Ясно? Пока ее ценность неизвестна, конечно. А вдруг нам досталась вторая Ясноглазая?

Поднявшийся ропот выражал сомнение и надежду. Лу сглотнула. А вдруг нет? Вдруг от неё не будет никакой пользы? И что тогда? Байд отдаст ее команде?

12-2

Пока, впрочем, у Лу была эфемерная защита от всех этих… дикарей. И дикарок, потому что ей показалось, что женщины смотрят на неё даже жаднее и жёстче, чем особи мужского пола. Кроме той толстой поварихи, которая молча качала головой. Именно она подошла к Лу и погладила ее по рукаву:

— Деточка глупая, куда ж ты вляпалась! Такая чистенькая, такая нежная! Тебе бы мужа хорошего и детишек растить, а туда же — летать да счастья искать! И сколько я таких видела, а все одним кончается — вон, курвы эти тоже мечтали стать капитаншами. А стали корабельными шлюхами.

— Заткнись, старая, — огрызнулась одна из «курв». — На тебя просто никто залезть не может, на жире поскальзываются, вот ты и завидуешь.

— Небось молодая-то была, так сама в своей койке через ночь ночевала! — поддержала ее вторая. — Все старые блудницы молодым о святости толкуют.

— Вы мне тут Лори не задирайте, — тут же вмешался Байд. — Расстроите ее, а потом вся команда крысиные хвосты вылавливать из пересоленного супа будет! Сами же первые завоете. И только попробуйте Лу хоть пальцем тронуть, выкину за борт. Шлюх на любом острове полно, а колдунья у нас одна.

— Жаль, — прямо в лице девушке усмехнулась та, что помоложе. — Я уж хотела с ней одежкой поменяться. Новая, красивая.

— Свою постирай, — прошипела Лу, шарахнувшись в сторону. — И сама помойся, воняешь.

— Зубастая, да? Ну это не надолго. Капитан наш с бабами не церемонится. Это он пока тебя бережёт, а потом выпьет досуха, и тогда уже посмотрим, кто кого покусает.

В голове Лу лихорадочно вертелись мысли. Она нащупала шокер в кармане и заставила себя успокоиться. Надо отсюда убегать, это однозначно. Но куда? И как? У неё и вправду есть немного времени: осмотреться, разобраться в этом мире. Не из тех она девиц, которые чуть что — сразу в сопли. Ей хотелось верить, что она сильная и смелая. А значит — справится.

К тому же — Двери. Найдёт Дверь и уйдёт. Куда угодно. Главное — найти.

— По местам, лентяи ублюдочные! Тяни канат! Отчаливаем!

Лу машинально отметила, что на Земле говорят «отдать концы». Тут все не так, все по-другому. Огляделась потерянно, не зная, куда себя деть. Расставила широко ноги, чтобы не упасть, когда корабль задрожал под ногами.

— Не стой, как мачта, — толкнула ее Лори. — Пошли со мной. Ты совсем без вещей, что ли? Ну дела. Я покажу тебе корабль.

Показала. На “Буревестнике” был кубрик на корме, гальюн на носу и камбуз посередине. Там же были салон, капитанская каюта, закуток для кока. Ещё одну каюту, поменьше, делили помощник капитана и почему-то Громила Джанно.

— Да он просто бешеный, — пояснила мне Лори. — И никому не позволяет трогать свои вещи. Я думаю, его в рабстве держали, у него на спине шрамы, видела?

Нет, Лу не видела. Не разглядывала так пристально. Но верила. Шрамы? Рабство? Вот — это ее альтернатива кораблю.

— А где спят… ну, барышни эти? И остальные матросы?

— Внизу, в трюме. Там койки. У них вахты, койки общие там, кто какую занял, тот там и уснул.

— А я?

— Ну, тебя вниз нельзя. Они ж не выдержат. Всех-то капитан за борт не выкинет. Так что можешь в капитанскую каюту попроситься. А можешь со мной на полу спать, в тесноте да не в обиде. Но тогда и на камбузе помогать будешь.

— Я согласна, — быстро сказала Лу, опасаясь, что Лори передумает. — А помыться где можно? И мне бы штаны постирать, грязные. Валялась я.

Повариха посмотрела на нее… странно так, насмешливо.

— Как там тебя кэп назвал? Принцесса? Все понятно с тобой.

Лу ее не поняла, но судя по состоянию одежды команды, стирать тут не любили. Мыться, видимо, тоже. Кажется, ей нужно забыть о ежедневном душе. Боже, она точно заболеет и умрет!

— Ну хоть руки тут перед едой моют? — умоляюще взглянула она на повариху.

— Не замечала, — пожала та полными плечами. — Ладно, пойдем. И вот что я тебе посоветую: куртка у тебя дивная, такого тут не видели. Продай ее кому-нибудь, а хоть бы и Энрико, помощнику капитана. Все равно отберут. А он тебе одеяло достанет из запасов да еще что-нибудь.

Лу закивала. Идея была здравая. Ей нужна смена одежды, а куртка из искусственной кожи все равно долго не протянет. Да и сильно она отличается от местных нарядов: блестящая, с пластиковыми нашивками, большими карманами, косой молнией от правого плеча до левого бедра. Девушка любила свою одежду, куртку было жалко. Но это всего лишь вещь.

— Кто тут Энрико?

Невысокий тощий мужичок с внимательными черными глазами предложение оценил. Куртка ему понравилась.

— Одеяло, чистую рубашку, полотенце и мыло дам, — сказал он. — А если расскажешь, почему капитан без сапог, добавлю миску и ложку.

— А вилки нет? — тоскливо спросила Лу. — И иголки с ниткой.

— Вилку ей! Ишь, принцесса какая. Допустим, есть. Что предложишь взамен?

Лу пошарилась по карманам. Бумажные платки, упаковка мятных конфет, автомобильные перчатки. Перчатки? Из прочного синтетического материала, закрывающие ладонь и часть пальцев, поношенные (еще со времен такси) и очень удобные. Их было даже жальче, чем куртку. Но…

— Вилка. Медная, — зачарованно пробормотал Энрико. — И…

— И защита, если меня будут обижать.

— Не если, а