Повелитель песков - Шэрон Кендрик

– Меня тоже, – прошептала она.

Они начали целоваться так, словно делали это впервые в жизни. Хотя для Франчески так оно и было, потому что она не могла себе даже представить, что поцелуй может быть настолько прекрасен. Она обвилась руками вокруг его шеи и прильнула к нему всем своим телом, следуя эротическому танцу, исполняемому их языками. Он застонал и прижался к ней еще сильнее. Она чувствовала, как сильно напряжена его плоть, и от этого ее тело пылало все более невыносимым желанием.

С огромным трудом он оторвался от ее губ и заметил удивление в ее глубоких глазах.

– Чтото не так?

– Не здесь. Я хочу, чтобы все было правильно.

Правильно. Это слово прозвучало одновременно официально и интимно, и она почувствовала растущее возбуждение, когда он взял ее за руку и повел в спальню, посередине которой стояла огромная кровать.

– Давай наконец избавимся от чертовой одежды!

Сердце Фрэнки забилось еще сильнее, когда его губы снова коснулись ее губ. Какаято часть ее все еще сопротивлялась из страха, что он передумает и снова остановится, пытаясь не потерять самоконтроля. Но знакомые ей нотки нервозности на этот раз кудато исчезли.

– О да, Захид, – прошептала она. – Пожалуйста!

Стремительным движением, сопровождающимся нежной улыбкой, он сорвал с головы платок и перед ней появились его иссинячерные волосы, которые ей так не терпелось узнать на ощупь.

– Подними руки, – сказал он дрожащим голосом.

И куда подевались все ее сомнения? Не выдержали конкуренции со страстным желанием. Она выполнила его просьбу, и он смог снять с нее тунику и брюки одним молниеносным движением. Она понимала, что ее совершенно обычный комплект нижнего белья вряд ли будет соответствовать его ожиданиям и что в этот самый момент она должна почувствовать неловкость и неуверенность. Но в его взгляде читалось такое восхищение тем, что он увидел перед собой, что она внезапно почувствовала вспышку гордости и моментально забыла о том, что белье было куплено на распродаже в дешевом магазине.

Он поспешил избавиться от собственного наряда, и Фрэнки немного смутилась, поняв, что под шелковой мантией, с шелестом упавшей к его ногам, не было ничего надето. Ее щеки вспыхнули еще ярче, когда ее взгляд упал на его могущественное мужское достоинство, свидетельствовавшее о его сильнейшем желании.

– Тебе нравится то, что ты видишь? – прошептал он.

Она не нашла в себе сил ответить и лишь кивнула. Наверное, ей стоило признаться, что сравнивать ей было не с чем. Тело Захида было прекрасно.

– Захид… – Она закрыла глаза, позволяя ему снять свое нижнее белье и не оставить больше ни одного барьера между их жаждущими друг друга телами.

– Ммм…

– Это словно…

Его пальцы описывали круги вокруг ее груди, нежно дразня стремящиеся навстречу его рукам соски.

– Словно что? – пробормотал он. – Словно мы вдруг нашли рай на земле?

– Да, да. Именно так! О! О!

Теперь ее грудь ласкали его губы, а пальцы гладили живот и постепенно спускались вниз, туда, где тепло превращалось в раскаленный жар.

Фрэнки ожидала, что смутится, когда его руки оказались там, где она так сильно желала их ощутить, но как можно чувствовать смущение, находясь на небесах? Должна ли она прикоснуться к нему в ответ? Чего может мужчина, подобный Захиду, ожидать от своей любовницы?

Она потянулась пальцами к его плоти, которая на ощупь оказалась одновременно похожей на шелк и сталь, но он быстро убрал ее руку, словно застав мелкого воришку на месте преступления.

– Нет, дорогая, – прошептал он, целуя поочередно каждый ее пальчик. – Не в этот раз. Ты так сильно возбудила меня, что я боюсь не справиться. Я словно познаю все заново в твоих объятиях. Если ты еще раз прикоснешься ко мне, все закончится.

Внезапно он осознал, что никогда до этого момента не позволял себе быть столь откровенным с женщиной. И тут же в его голове пронеслась другая мысль, заставившая его потянуться к комоду возле изголовья и достать презерватив, который он тут же надел.

Он скользнул по ее телу, касаясь возбужденным членом ее промежности, все еще не решился приступить к действию, не сказав ей то, что должен был сказать. Он понимал, что его слова могут испортить мгновение счастья и все разрушить, но иначе поступить не мог.

– Франческа…

Она широко распахнула глаза, ужаснувшись, что он все еще может передумать.

– Что?

– Сейчас не слишком подходящее время для подобного разговора, но, если я буду откладывать, может быть слишком поздно.

– О чем речь?

– Ты… ты ведь не думаешь, что наши отношения могут перейти в нечто постоянное? Потому что это абсолютно невозможно. Ты понимаешь это?

Фрэнки внимательно всмотрелась в его серьезное лицо, с горечью осознавая, что он не зря выбрал именно этот момент. Подобное заявление не оставляло у нее никаких сомнений на счет его истинного к ней отношения. Но это ничего не меняло.

– Конечно нет. Я просто хочу…

Чего она хочет? Почувствовать то, что чувствовали другие женщины? Разделить наслаждение с мужчиной, которого всегда обожала? Может, стоит открыть ему самый сокровенный свой секрет?

И что тогда? Вдруг он остановится? Так оно и случится. Интуитивно она это понимала, а она привыкла доверять своему шестому чувству.

– Чего ты хочешь, Франческа?

– Я хочу… тебя.

– И ты меня получишь. – Его губы встретились с ее губами, а его пальцы раздвинули ее бедра, готовя ее увлажненную ложбинку к своей плоти. – Получишь меня прямо… сейчас.

Он ворвался в нее – и чтото говорить было уже слишком поздно. Это произошло прежде, чем Захид смог осознать, что происходит, прежде чем разрозненные куски сложились в целостную картину. Тонкий барьер. Небольшое препятствие на пути в столь желанное влажное ущелье заставило его издать громкий стон. Легкий вскрик боли, слетевший с губ Франчески, подтвердил самые худшие его подозрения, но все равно было уже слишком поздно, а момент ярости растворился во всеобъемлющем желании.

– Захид! – тихо простонала она, крепко прижимаясь к нему.

– Просто расслабься, – глухо, но решительно сказал он, продолжая двигаться в нарастающем темпе. – Следуй инстинктам.

– О, Захид…

Таких ощущений в его жизни еще не было, хотя для него это стало настоящей проверкой силы воли. Снова и снова он не позволял наступить своему оргазму, пребывая в решимости, что первый раз должен запомниться ей как прекрасный опыт.

Ее голова металась из стороны в сторону по подушкам, с ее губ начали слетать все более громкие стоны, и когда наконец Захид почувствовал, что двигаться внутри все сложнее, он приподнялся, чтобы увидеть все как можно лучше. Он увидел, как изогнулась ее спина и как изменилось ее лицо, когда с губ сорвался крик наслаждения.