Дара. Наследие волчицы - Лила Каттен

Глава 16

Алан

Становится сложней уходить от Дары. В этом и волнение и просто желание быть рядом. Трогать живот, ощущать наших детей и ее саму.

В голове уже четко укрепилась мысль о том, что я стану отцом. Как впервые возьму своих сына и дочь на руки. Представляю, какими волчатами они будут. Уверен, дочь станет похожей на свою мать. Такой же ласковой как моя Дара будет. Сын впитает в себя силу и мудрость, которой я буду его обучать и показывать в каждом шаге и поступке.

Я благодарю предков за этот подарок. Подарок в виде моей истинной и детей.

Именно поэтому я ухожу сегодня.

Прощаться с моей любимой снова было тоскливо. Я слышу ее зверя, успокаиваю ее. Только бы слышала. Только бы понимала, что нельзя ей сейчас наружу.

Пришел на окраину нашей территории. Дилан и отец уже были там. Нас встретил Арон. Обернувшись в своих зверей, мы рванули вперед к его дому. Через двадцать минут непрерывного бега остановились недалеко и, одевшись в подготовленную одежду Соней, вошли в их поселение.

Прогулочным шагом, так как молодежь еще гуляла, дошли к его дому.

— Соня, — кивнули все и прошли в подвал, где сидел пленник.

Словно почувствовав приближающиеся события, он стал тревожным.

К сожалению, ничего с его сознанием так и не поменялось.

Плана особого не было. И мы пришли его освободить.

Так как близятся роды Дары, нам нужно заранее расшевелить врагов. Потому что потом мы будем уязвимы с маленькими детьми. Сейчас есть еще время узнать о них и попробовать решить раз и навсегда с ними вопрос. Не хочу и думать о том, что они планируют для того, чтобы отнять… сына!

То, что враги клюнут на эту уловку, мы были уверены. Жаль, что в итоге так долго ждали, ведь надеялись выпытать у него хоть слово. Но тщетно.

— Что происходит.

Парень дернулся и попятился назад к стене. Упершись в нее, заскулил и упал на колени.

Арон применил свою Альфа-силу против него дезориентируя. Цепи спали с его рук. Затем мы влили в него одну веселую штуку, которая на время, а нам надо, по сути, не так много, он забыл обо всем, что было в последний год.

Мне в этом помогла Сиа. К Саше идти не могли, Кирэна, естественно, тоже отпала. Никто вопросы не задавал и хорошо. Не до них сейчас.

Пока Колин был в отключке, мы дождались тишины в поселении и унесли его к границе с другой стаей. Пока обессиленный, он не сможет сразу прийти обратно, сделать оборот. Самочувствие ему в этом не поможет.

Справившись с этим, мы втроем вернулись на свою территорию, попрощавшись с отцом Дары.

— Думаете, что-то из этого выйдет? — спрашиваю брата и отца, вышагивая по тропинке леса.

— Все равно других вариантов не было, — спустя время отвечает отец.

— Когда Коби возвращается, кстати?

— Сказал, что через две-три недели.

— Отлично. Нам не помешает и его сила.

— Согласен, — кивает Дил.

— Алан, иди домой. Присмотри за своей женой и матерью. Мы останемся на посту.

— Хорошо. И… спасибо.

Они оба хлопают меня по плечу и разбегаются в разные стороны. Я же быстрым шагом прихожу к дому и остаюсь в нем до утра.

Дара просыпается с моим появлением. Но быстро закрывает глаза в моих объятиях. Дети еще недолго толкаются в ее животе под моей ладонью и итоге затихают.

Не смыкая глаз я прислушиваюсь к каждому шороху за окном. Страх за свою семью давно перевоплотился в какую-то дополнительную и яростную силу. Видимо, я просто устал за них бояться. Пришло время выпустить этот гнев. Гнев за то, что посмели думать, будто могут угрожать и остаться безнаказанными за это. Я не пощажу никого и никогда.

Дара

— Нужно было остаться тебе дома, — снова возмущается мать Алана, идя впереди и рассматривая каждый куст в поисках нужных трав.

— Все в порядке, Лиана.

На самом деле живот стал невероятно большим и делает это прямо на глазах. Не знаю, каким образом внутри помещаются сын и дочь, но носить их с собой становится все сложней. И все же, прогулки мне нужны. Стоит просидеть на месте больше положенного, тело начинает ломить. К тому же этого требуют и дети, и мой зверь. Ей важен запах леса, так она более-менее успокаивается.

— Когда сын проснется, он будет ругать меня за это, — в отчаянии она останавливается, намекая на то, что мы можем развернуться и уйти обратно к дому.

— А я скажу, что это было мое решение, — трогаю женщину за плечо и показываю направление рукой.

— Он тебя слишком любит и переживает.

— Как и я его. Но он порой сходит с ума, вам ли не знать, — мы обе улыбаемся и повернув идем дальше.

— Этому есть объяснение.

— Скоро все закончится. Я верю ему и знаю, что стая моего отца будет бороться за нас.

— Надеюсь, до этого не дойдет.

— И я.

Мы погружаемся в молчание, потому что, усугубляя тему, слишком расстраиваемся. Мы женщины, созданы для любви и совершенно не понимаем, зачем нужны войны и смерть, которая, итак, неотъемлема в конце нашей жизни.

— Нашла, — восторженно говорит Лиана и останавливается. — Посмотри какой огромный куст, — она указывает рукой на куст с белыми цветками чем-то похожими на колокольчики, но это точно не они. В центре торчат желтенькие такие, тонкие ниточки.

— Это белая златоглазка, — поясняет. — Странное название, но то, что она творит, выше любой медицины. Если ее соединить в отваре розы и колючего ямса, то получишь тонизирующий напиток. А стоит высушить цветки и добавить в чай, то она успокоит.

— Ого, и это все один цветок?

— Именно. Травы, при правильном использовании творят чудеса. Но без медицины совсем тоже никак.

Она поставила плетеную корзинку на землю и принялась аккуратно срывать «добычу».

— Я прогуляюсь немного.

— Дара, я тебя прошу…

— Далеко не отойду, честное слово. Да и куда мне с таким богатством, — обхватываю живот.

Она улыбается, задержав внимание на выпуклой части моего тела, и кивает.

Дохожу до обрыва и разумно сторонюсь его. Рядышком останавливаюсь. Вспоминаю, как Алан меня тут настиг. Не забываю о чужаке. Хотя какой же он чужак? Только если для меня самой.

Малыши начинают активно пинаться. Сначала я улыбаюсь, но потом чувствую в ладонях жжение. Оно не делает больно мне самой, оно просто