Дара. Наследие волчицы - Лила Каттен

— Гектор Франко?

— Мне нравится. Звучит сильно и могущественно.

— Согласен. Отец будет в восторге.

— Я в этом уверена.

— Поедем домой?

— Хорошо.

Позволяю ему вывести меня из нашего дома и посадить в машину. Но сам Алан задерживается, отвечая на звонок. Его эмоции до этого прекрасные и радостные сменяются тревогой. Что-то не так.

Он садится в машину и командует пристегнуться.

— В чем дело? Кто это звонил?

— Мой отец. Он сказал, что Саша исчезла. И Арон сообщил об исчезновении Кирэны.

— Предки… — вырывается из меня, и я хватаюсь за дверную ручку, когда он выворачивает руль и направляет машину к поселению.

Глава 18

Мы едем очень быстро. Машину порой кидает на поворотах, но я не прошу его медлить, потому что внутри зреет буря. Что-то надвигается. То, что внесет большой хаос в нашу жизнь.

Мне становится так страшно, что я проваливаюсь куда-то в себя и пропускаю момент, когда у меня начинают подтекать воды.

— Милая… Посмотри на меня, — слышу, как Алан зовет и пытается вытащить.

— У меня воды отходят, — тут же говорю, стоит моему сознанию всплыть на поверхность.

— Сейчас, погоди… мы почти приехали.

Я ощущаю его потерянность. Ощущаю страх.

На самом деле мне не лучше. Мы не ждали так рано. Хотя знали, что это, скорее всего, так и произойдет.

— Почему так рано? Почему сейчас…

Его вопросы хаотичны. Нервы сдают, и он бьет по рулю припарковав машину перед домом.

Но как только мы открываем двери машины, я слышу крики. Детские.

— Предки… я выглядываю со своего места и вижу, что малыши бегут врассыпную к главному дому.

— Алан, — доносится голос Дарена. — На клан напали с северной стороны. Наши пошли в ответную атаку, ты должен… — остаток речи проходит в тумане, потому что живот сводит в сильном спазме, и я стону от боли.

— У Дары начинаются роды… Я…

— Я ее отвезу, — слышу голос Коби. — Ты лидер, ты воин, Алан. Ты их обучал. Я отвезу твою жену и вернусь сразу же.

— Нет.

— Алан, — голос альфы стал жестким, и все умолкли.

Никто не пререкается с альфой. Даже если ты его сын.

— Отец, я не могу.

— Можешь, — подаю голос, и он оборачивается ко мне растерянный моим заявлением.

«Ты должен, милый мой. Ты должен остаться с кланом. Я доверяю твоему брату. Твоя мать нужна женщинам и детям. Я справлюсь. В клинике все схвачено. Я быстро восстановлюсь и буду с детьми. Прошу… Оставайся здесь», — взываю к нему мысленно, чтобы никто не слышал наш разговор.

«Я не могу тебя оставить, — подходит и садится у моей открытой двери, гладит живот и борется с самим собой. — Я обещал и тебе и детям!»

«И ты сдержишь обещание. Клан — наш дом. Ты должен защищать их. А потом вернешься ко мне и к детям».

Постаралась улыбнуться спокойно. Кажется, у меня вышло.

«Я люблю вас», — трогает мой живот и целует в губы, обжигая силой.

«Мы увидимся очень скоро».

— Коби, пообещай мне, что не оставишь их. Что останешься с ними до конца. Убедишься, что они в безопасности, прежде чем уйти.

— Клянусь.

Алан убегает за моими вещами, кладет их на заднее сидение, куда и меня переводит, чтобы я не сидела, а лежала, и снова прильнув к моим губам, закрывает дверь.

Мы отъезжаем максимально быстро. В голове хаос. Я стараюсь сосредоточиться на дыхании, но и ловить Алана в подсознании.

Благо Коби молчал большую часть дороги. И как только мы выехали за пределы городка, на моей очередной схватке прибавил газ.

— Скоро все закончится.

— Не очень скоро должна признать. Это лишь начало.

— Ты так думаешь. Волчицы рожают быстрей обычных женщин.

— Неужели? — поддержать разговор оказалось полезным, особенно с мужчиной, который ничего не понимает в деторождении.

— У меня двойня, Коби. Может, ты и прав, но поверь каждая минута кажется адом и растягивается. Из одной вдруг рисуется три. И так далее. А прошло всего двадцать минут.

— Двадцать семь, — уточняет и смотрит на меня в зеркало заднего вида.

Его улыбка впервые кажется настоящей их всех, что я видела в отношении меня.

— Спасибо тебе.

— Ты мне не доверяешь.

— Это было до того, как ты вернулся. Сейчас все…

— Ты имеешь на это право, Дарина. Поверь я… — его фраза обрывается, потому что он отвечает на входящий звонок. — Да… Едем… Хорошо…

— Это Алан?

— Нет, — голос тихим стал и мне это показалось странным.

— Тогда кто? Лиана? Дарен? Дилан?

— Я знаю, что мне предстоит что-то похуже изгнания, но… Ты должна меня понять, — говорит и сворачивает на грунтовую дорогу.

— Господи… Нет… Что ты вытворяешь, — пытаюсь сесть, но мне снова становится больно, что приходится пережидать схватки.

— Не нужно. С тобой все будет в порядке, обещаю.

— Ты не… не можешь мне это обещать, съехав непонятно куда. Эта тряска мне делает больно. Предки… Что ты вытворяешь? М-м-м…

— Просто дыши и… не волнуйся.

Машина тормозит. Он вылезает из авто и на его место садится…

— Только не это, — голова начинает болеть от хаоса. — Он был уверен, что ты не враг. Он доверял тебе… Вам обоим.

— Я знаю, принцесса Дара, — отзывается Сиара и заводит двигатель.

— Все в порядке? — спрашивает ее Коби, пересевший на пассажирское сидение.

— Да. Все готово, не будет никаких проблем.

— Что вы оба задумали? Алан вас обоих убьет… Он вас растерзает за предательство.

— Спокойно, милая. Тебе нельзя нервничать…

— Заткнись, дрянь… Я так и знала, и мне жаль, что он в тебе так сильно ошибся.

На это девушка ничего не отвечает. Поэтому в салоне автомобиля наступает полная тишина, которая через десять минут прерывается моим болевым стоном.

Тряска заканчивается через какое-то время. Дорога снова становится ровной. Но длится это не больше пятнадцати минут, и мы снова трясемся.

Когда машина останавливается и Сиара с Коби вылезают, я напрягаюсь. Во мне есть силы, разумеется, но убежать я вряд ли смогу. Это навредит и мне и детям. Но я не имею ни малейшего понятия, что ждет нас впереди.

Дверь открывается и Коби помогает выбраться наружу. Я оказываюсь напротив большого дома, построенного из огромных бревен.

Здесь три этажа, загороженная территория и тишина.

— Что это за место?

— Дара, просто пошли внутрь.

Я ощущаю странную энергию. Она приправлена чем-то знакомым. Еле уловимым. Меня сбивает с мысли еще несколько запахов. Все отлично маскируется и только на пороге