Линия судьбы - Бьюла Астор

Через несколько минут красный «феррари» остановился перед элегантным домом. Пораженная красотой, Сэлли вошла вслед за Джошем в прекрасный холл, а затем в просторный бесшумный лифт. Апартаменты Джоша были на самом верху. Роскошные апартаменты!

Через секунду они оказались внутри. Сэлли просто разинула рот от восхищения.

— Поразительно. Я даже не представляла себе, что ты так живешь!

Сэлли не смогла сдержать свое восхищение. Она огляделась вокруг себя.

— Все просто потрясающе!

— Тебе здесь нравится?

В его тоне не слышалось ложной скромности.

Сэлли увидела его улыбку и засмеялась.

— Как здесь может не понравиться? — Она вошла вслед за ним в великолепно обставленную гостиную. Здесь прекрасно сочетались классическая старинная мебель и модерн. Она подошла к окну, откуда открывался великолепный вид на парк. Потом повернулась к Джошу и улыбнулась: — Хочу сказать тебе, что потрясена!

— Рад, что тебе здесь нравится. — Он внимательно смотрел на нее. — Я тебе уже не раз повторял, что снимаю шляпу перед твоим вкусом!

Сэлли не смогла сдержать улыбки.

— Это только потому, что он совпадает с твоим.

Потом она добавила, чтобы немного поддразнить его:

— Я часто говорила тебе об этом.

Джош улыбнулся ей в ответ.

— Да, ты права! Кажется, раньше нам было о чем поговорить. У нас было так много общего.

Говоря так, он, не отрываясь, смотрел ей в глаза. У Сэлли сильно забилось сердце. Я его знаю гораздо дольше, чем остальных своих знакомых, подумала она. Он — часть моей жизни. Мы просто неотделимы друг от друга. Этот вывод заставил ее улыбнуться светлой улыбкой, но с оттенком горечи. Она не отводила своих глаз от глаз Джоша.

— Может, судьбой нам предназначено постоянно колоть друг друга? — предположила она.

Она сказала это так спокойно. Джош утвердительно кивнул головой.

— Возможно. — Он все еще не отводил от нее глаз. Потом подошел к звонку на стене. — Мне кажется, нам стоит выпить кофе, прежде чем мы займемся чем-нибудь еще, — сказал он, позвонив в колокольчик.

Как он искусно избегал открытых намеков! Ему, видимо, тоже не хотелось портить возникшее между ними согласие. Но, тем не менее, Сэлли вдруг стало как-то не по себе. «Чем-нибудь еще» означало визит в лавку сувениров — ей все-таки удалось уговорить его сходить туда. Она напомнила себе, что у нее нет причин волноваться. Теперь ей осталось совсем немного — доказать, что она действительно невиновна.

Через секунду появился слуга средних лет. Он шагал совершенно бесшумно.

— Вы звонили, сэр?

Когда он обратился к Джошу, Сэлли едва удержалась от улыбки. Этот человек, дворецкий Джоша, являл собой классический тип дворецкого! Более характерного дворецкого просто не существовало на белом свете!

— Пожалуйста, Роберт, принеси нам кофе. — Джош быстро взглянул на Сэлли. — Но, может быть, ты предпочитаешь чай?

— Нет, я с удовольствием выпью кофе.

Сэлли подошла к обитому золотой парчой креслу у окна и села в него. Но сразу же пожалела об этом. Оно было таким мягким и глубоким, что она просто утонула в нем.

Сэлли выпрямилась, когда Роберт ушел, а Джош снял пиджак и небрежно бросил его на спинку дивана.

— Так где же находится эта лавка? — спросила она, пытаясь вылезти на поверхность из моря мягких подушек. — Она недалеко отсюда? Нам придется ехать или идти?

На секунду у него опасно потемнели глаза и в них вспыхнул мрачный огонек. Сэлли пожалела, что начала сейчас этот разговор. Ей было так приятно, что они разговаривали по-дружески. Но он уже вполне овладел собой и, опять улыбаясь, ответил:

— Если идти пешком, то десять минут, если ехать на машине, то двадцать. В Лондоне постоянные пробки.

Сэлли в ответ улыбнулась ему, ей понравилось, что он пытается развлечь ее. Так что пока между ними все было в порядке. Она попыталась поудобнее сесть в предательское кресло и с интересом оглядела комнату.

— У тебя здесь собраны такие любопытные картины! — сказала она Джошу. Как только она вошла в комнату, сразу же обратила внимание на это. — Ты получил их от своих родителей?

Джош уселся в кресло напротив Сэлли. Но он отнюдь не утонул в нем, напротив, золотая парча кресла выгодно подчеркивала его смуглую, благородную красоту.

Он ответил ей ровным голосом:

— Я ничего не унаследовал от своих родителей. Ничего, кроме долгов!

Сэлли все вспомнила и покраснела до корней волос. Она не знала деталей — они ее совершенно не касались, — но она вспомнила, как ее мать рассказывала, что когда умерли родители Джоша — они погибли во время лодочных гонок — они оставили ему огромные долги. Несмотря на то, что они вели жизнь богатых бездельников, они были по уши в долгах!

— Извини, ради бога. — Сэлли сочувственно посмотрела на него. — Это не мое дело, я задала вопрос, не подумав!

Но, казалось, Джоша это совсем не беспокоит. Он пожал плечами, расстегнул запонки и закатал рукава.

— Не имеет значения. Меня это не волнует! Это случилось довольно давно, я уже оправился от шока, — добавил он с кривой усмешкой.

Но в его нарочито-небрежной усмешке Сэлли отметила нюанс горечи. У нее защемило сердце. Этот оттенок горького сожаления она часто отмечала у него, когда он упоминал о своих родителях. И так было почти всегда. Даже когда он был еще мальчиком. Растроганная Сэлли в свою очередь улыбнулась ему, хотя в воздухе чувствовалась какая-то неловкость.

— Да, конечно, — почти робко заметила Сэлли.

— Кроме того, в отличие от тебя я почти не знал своих родителей. Я, конечно, любил их, но всю жизнь они были для меня таинственными незнакомцами. Они всегда куда-то уезжали. Я очень редко видел их.

Говоря это, Джош взял фотографию в серебряной рамке, стоявшую на маленьком столике. Но фотография была повернута обратной стороной к Сэлли. Видимо, это фото его родителей, решила Сэлли. Джош мельком посмотрел на фото и снова поставил его на место.

Он улыбался.