Дракон мятежной королевы - Екатерина Вострова

– Мое имя – Киара! – не выдержав, Кая запустила книгу, которую все еще держала в руках, прямиком в зеркало.

Он двадцать с лишним лет отравлял ее жизнь, и теперь, когда она думала, что больше его уже не увидит, – пришел снова?!

Стеклянная поверхность взорвалась тысячей осколков, разлетевшихся по всей комнате.

– Ну и зря, так от меня не избавиться. Мне кажется, от твоих эмоций я только крепну. Смотри, могу даже странички листать, Киса…

Книга про ритуалы, упавшая на пол и раскрывшаяся на середине, действительно начала сама по себе перелистываться, шелестя страницами.

– Киара! – выкрикнула она.

Внутри поднялась неясная волна, проходя сквозь тело и выплескиваясь наружу. Она была камнем, от которого расходятся круги по воде. Кая чувствовала, как буквально взорвала привычное течение времени и пространства, испуская невидимые магические волны.

Все это случилось в одно мгновение. Что-то просто щелкнуло в голове, сплетаясь с ее невысказанным желанием избавиться от навязчивого духа. И тут же накатила огромная усталость.

Глаза сами собой закрывались, руки и ноги налились свинцовой тяжестью, и даже дышать стало нестерпимо сложно.

Девушка сделала несколько шагов к кровати, не зная, сумеет ли до нее дойти. Как же она сегодня устала. Длинный, безумный день.

Последнее, что Кая помнила, это как она упала на подушки и закрыла глаза.

– Что там у тебя? – Голос двоюродного брата заставляет вздрогнуть.

Маленькая девочка с черными косичками вскидывает голову. Она думает, что в этом закутке между постройками ее никто не заметит. Но сейчас, оглядываясь по сторонам, понимает, что сама загнала себя в угол.

Ее друг, Филип, подарил ей сладкие камушки – маленькие разноцветные леденцы в банке. Но они были такими красивыми, так переливались на солнце, что деочка уже давно сидит и просто любуется ими.

– Что там, я тебя спрашиваю? – смеется Стивен.

– Это мое, – упрямо бормочет Кая, пряча стеклянную банку за спину.

– У тебя нет ничего своего, ты живешь в моем дворце! – мгновенно вспыхивает принц и кивает обступившим его дружкам. – Отнимите у нее.

Кая пятится. Она загнана в угол. Что может сделать хрупкая девочка против нескольких парней старше себя? Они легко врывают банку из ее рук и бросают принцу.

– Красивые, – недобро улыбаясь, говорит Стивен.

Он высыпает себе на ладонь несколько штук, а остальную банку, размахнувшись, ударяет о стену.

Стекло разлетается на мелкие осколки. Конфетки рассыпаются, подпрыгивая, как маленькие мячики, блестящие на солнце.

– Это тебе за то, что не ответила сразу, – хмыкает принц, закидывая леденцы с ладони себе в рот.

Кая жадным взглядом провожает летящие в рот брата конфеты.

– Чтоб ты подавился! – с чувством желает она, а в глазах слезы беспомощности.

И Стивен действительно давится, сдавленно кашляет. Дружки стучат ему по спине, но все без толку. Глаза принца выпучены от страха, он пытается вдохнуть, но не может.

– Ведьма! Она ведьма, она прокляла его! – кричат его подручные.

Кто-то из них уже убежал звать на помощь взрослых.

Кая в ужасе. Это и правда сделала она? Но она не хотела… что бы так…

«Что делать?» – она ведь еще даже толком не колдует.

Но дружки Стивена ничего не делают, лишь растерянно стоят вокруг своего главаря с круглыми испуганными глазами и бледными лицами. Надо сделать хоть что-то.

Девочка не умеет лечить, но отчаянно желает помочь. Ее руки дрожат. Прикусив губу и зажмурившись от страха и безысходности, она прикладывает ладонь к животу принца и направляет магический импульс. Даже руну не складывает.

Но этого оказывается достаточно – Стив вздрагивает, а в следующий момент наконец выплевывает злосчастные конфеты.

Вот только появившийся рядом Хранитель магии, едва заметив Киару рядом с принцем, сразу же хватает девочку за ухо и тянет за собой.

– Эй, я ничего не сделала! Пустите! – оправдывается она, надеясь вырваться. – Скажи ему, Стивен…

Хранитель переводит взгляд на принца:

– Ваше Высочество?

Тот молча поднимается, вытирая губы тыльной стороной ладони. Он выглядит неуверенно и все еще напуган, но, переглянувшись со своими дружками, выдает почти без запинки:

– Накажите ее. Она пыталась меня проклясть.

Киара резко села на кровати и открыла глаза. Сердце колотилось в груди.

«Это просто сон. Я уже не ребенок. Я выросла и могу за себя постоять».

Распахнув веки, она обнаружила перед собой Амоа, который сидел в кресле.

– Что ты здесь делаешь? – После сна голос не слушался, пришлось прокашляться и повторить вопрос.

– И тебе добре утро, госпожа, – с усмешкой произнес он, закинув в вальяжном жесте ногу на ногу.

Это своеобразная месть? Вроде как «пыталась меня соблазнить, так на тебе ответ»? Кая поморщилась, вспомнив вчерашние слова, что он хочет ее, и его полубезумный соблазняющий шепот о какой-то там власти.

– Я не разрешала тебе приходить в мои покои, – с трудом поднявшись, Киара схватилась за голову, когда в глазах на несколько секунд потемнело.

Который уже час? Еще рано? Или ее просто побоялись беспокоить?

– Как ты вообще двери открыл? Они были заперты сильной руной.

– А где же мне еще было ночевать, по-твоему? – хмыкнул Амоа. – Ты не озаботилась выделением мне отдельных апартаментов.

Кая помянула про себя Бездну, подходя к зеркалу. Вернее, к тому месту, где оно должно было быть. Из множества разбитых кусков на нее смотрели десятки, если не сотни, ее отражений.

Точно… ритуал, ее связь с истоком. По-хорошему, Киаре теперь даже спать с ним надо в одной постели, чтобы подпитываться от связи и не чувствовать себя настолько разбитой по утрам. Но ощущать себя коварной соблазнительницей – это одно, а отдавать инициативу – совсем другое. Хочет он ее… как же!

Некстати вспомнилось, как вчера она отпугнула еще живого Стивена от посягательств на свое тело, пустив тому легкий разряд в пах. Интересно, Амоа бы такое понравилось?

Эти мысли вызвали неожиданную улыбку. Ох, а еще же и принц вчера вечером объявился. Или это ей все-таки приснилось? Хотя зеркало разбито… Или Кая разбила его до того, как услышала принца?

Вчерашние воспоминания мешались, наслаивались одно на другое.

Бездна! Надо поскорее умыться и привести себя в порядок, выпроводив перед этим внимательно следившего за ней нианца, нервировавшего одним своим присутствием.

А впрочем… Какое ей вообще дело до него? Успокоился, принял соответствующее положение вещей – и слава Создателю. Ей же меньше проблем.

– Позови слуг, – холодно приказала Киара. – В конце коридора есть комната для них, там всегда кто-нибудь дежурит.

– И зачем тебе слуги? – меланхолично спросил он, не двинувшись с места.

– В каком смысле? – От подобной наглости Кая впала в ступор.

Вместо ответа Амоа взмахнул рукой, и, подчиняясь его воле, осколки зеркала вдруг поднялись в воздух, кружась в