Человек для зверя - Каролина Веста

— У оборотней есть что-то вроде своей религии, — пояснил Харитонов. — Луноликая богиня, что подарила нам наши способности и самое сокровенное «пару». «Пара» — идеально подходящий партнёр по физической совместимости.

— И такое есть?

— О да, но это приравнивается к легендам. Хотя отец и мама как раз и являются «парой». Так что это не такое редкое явление. Так вот, возвращаясь к нашей истории, мама выполнила свою месть. Хотя в процессе она всё же влюбилась в отца. Плюс их волки почувствовали связь. Хотя мама была очень упрямой и была готова выйти замуж за другого. Только вот отец был не так прост. В их первую ночь вместе, он укусил её. Поставил метку. И если у обычных оборотней это метка принадлежности, но она не вечная, то если тебя укусила «Пара», то ты уже не сможешь быть ни с кем другим.

— То есть он буквально привязал её к себе, — с ужасом посмотрела на Максима Кэролайн.

— В каком-то смысле да. Мама ещё долго злилась и ругалась с отцом, но он в итоге смог доказать ей, что он подходящий ей мужчина. Ему пришлось сильно измениться и постараться ради неё.

— Не хочу быть грубой, но твой отец мне уже не нравится, — сложила руки на груди Кэрол и неодобрительно сощурилась. Максим довольно рассмеялся. Он был уверен, что девушка так отреагирует. Честно говоря, он и сам не понимал своего отца. Почему он так поступил? Для Макса это было слишком жестоко и ужасно. С другой стороны, этот поступок идеально отражает характер отца. Он был таким и со своими детьми.

— На самом деле он не так плох… временами, — они оба рассмеялись последней ремарке от Макса. Дальше дорога прошла в беседах о хобби, погоде и других не слишком глубоких тем. Харитонов наслаждался обществом Кэролайн, не важно о чём они говорили.

Через пару часов случилась первая остановка. Всем нужно было отдохнуть, размяться и поесть. Они остановились в придорожном кафе. Кэрол сразу же выбралась из машины, радостно потягиваясь. Всё-таки несколько часов в машине, особо не двигаясь, это тяжело. Максим и сам с удовольствием размялся, вдыхая свежий воздух. Вторая машина также остановилась рядом. Илья сразу же как вышел наружу, устремился к Максу. Его выражение лица было очень недовольным и Харитонов уже догадывался о чём тот будет говорить.

— Я так не могу, — сразу же схватил Максима за плечи Илья. — Клянусь, в конце нашей поездки останется в живых только один. Или я, или он.

Звучало очень драматично. Харитонов бы и рад отмахнутся, но понимал, что в итоге это выйдет всем им боком. Как минимум, Елизар и Илья точно подерутся. А у них и так проблем хватало. Кэролайн с интересом наблюдала за ними со стороны.

— Я тебя понял. Можешь поменяется с Леном местами или пусть Елизар к нам садится, — с тяжелым вздохом согласился Макс. Илья на радостях полез обнимать своего друга. Харитонов попытался отодвинуться, но вскоре смирился и дал себя обнять. Затем на радостях Илья ещё потрепал Кэрол по голове и довольный ушёл покупать еду.

— Творит черте что, — недовольно проворчал Максим.

— Да ладно, дай ему порадоваться, — рассмеялась девушка. Затем она аккуратно дернула оборотня за рукав толстовки. — Пошли тоже поедим. Я проголодалась и в туалет хочу.

— Конечно, — кивнул Максим, и они пошли в кафе.

Оно было не большим. В основном были маленькие столики и всего пару побольше. За один из которых вся группа и села. Кэролайн и Виктор отошли в туалет, пока остальные заказывали поесть. Харитонов глубоко задумался над тем, что хотела бы попробовать девушка. Ему хотелось порадовать её после столь долгой поездки. Он остановился на супе пюре из грибов и десерте в виде чизкейка. Ему от чего-то казалось, что ей это понравится. Мужчины все в основном заказали себе мясные блюда. Все были очень голодными. Когда Вик и Кэрол вернулись к столу, почти всю еду уже принесли.

— Я заказал на свой вкус, надеюсь не прогадал, — сказал Максим Кэрол, когда она села подле него. Она посмотрела на блюдо перед собой и кивнула.

— Если честно, я почти всеядно, так что всё хорошо. Спасибо.

Сначала все кушали в тишине. Было даже слегка неловко. Макс ощущал, что ребятам интересна Кэролайн. Они чувствовали его отношение к ней и теперь внимательно приглядывались, оценивали. Но это была не оценка как девушки, а скорее, как подходящей для их вожака пары. Харитонова это раздражало. Сначала он пытался терпеть, но оно быстро иссякло. Илья сразу это заметил и завёл легкую беседу ни о чём, чтобы отвлечь внимание. Однако и это не сработало, Вик решил взять на себя задачу расспросить Кэролайн.

— Я Виктор, не думаю, что нас знакомили, — представился он, несмотря на недовольство Макса.

— Кэролайн, — она пожала протянутую руку.

— Да, мы знаем, — он обворожительно улыбнулся. — Максим про тебя ничего нам не рассказывает, — Харитонов чуть не зарычал от злости, вовремя сдержался. Не хватало ещё Кэрол напугать. — Поэтому думаю нам всем интересно, насколько много ты знаешь.

— Вик, — одернул его Макс. У него даже зрачки стали вертикальными. Волк внутри рычал и был готов броситься на Виктора. Его успокоило бережное прикосновение к руке. Кэролайн с уверенностью посмотрела на него, показывая, что всё в порядке. Волк внутри Харитонова тут же сел смирно, как по команде и стал размахивать хвостом в разные стороны, ожидая внимания девушки. Удивительно насколько послушным он становился рядом с ней.

— Я знаю об оборотнях, — все кроме Макса и Ильи напряглись. — И знаю, что вы оборотни. У меня есть опыт общения со сверхъестественным. Я знаю, что мы все попали в трудную ситуацию, и чтобы всё исправить нам нужно на какое-то время затаится дома у Максима.

— Ты нас не боишься? — впервые за всё это время подал голос Лен. Он был высокий и очень мягкий, нетипичный для мужчины.

— Нет, не боюсь, — и Кэрол ни капли не врала. Себя она боялась намного больше. Парни тут же расслабились после её слов. Они чувствовали, что она сказала правду.

— А как ты узнала об оборотнях? О сверхъестественном? — теперь уже абсолютно без напряжения общался Елизар. Ему было любопытно узнать, как всё произошло. Кэролайн улыбнулась так, словно общалась не со взрослым мужчиной, а с ребенком.

— На самом деле, у меня есть особы силы, — даже её объяснение звучало, как сказка для детей. — Я могу чувствовать и видеть,