Портрет Дори-Анны Грей - Наталья Владимирова

Надежды дойти до финиша первой я не теряла. Подумаешь, небольшая задержка. С кем не бывает. По моим подсчетам мы не сильно отставали. В прошлые года гонки заканчивались примерно через два часа после начала. То есть у нас в запасе было сорок минут. А согласно таблоиду на санях мы входили сейчас в первую сотню участников, причем с каждой минутой приближаясь не только к конечной цели поездки, но и к первому месту.

Ямы и завалы лесным сушняком — разве это преграда к победе? Мы уже в первой половине сотни!

Мы выбрались на самые главные и крутые горы Бескрайних. Почти вертикальные склоны, глубокие обрывы. И мы на десятом месте!

Заснеженная долина нас встретила девственно-чистыми нетронутыми сугробами, лишь кое-где исполосованными полозьями соперников.

— Последнее испытание, — услышала я голос Яромира в наушниках шлема.

Самое сложное. Дороги нет, нужно выбрать собственные координаты. Если ехать по накатанному снегу, то первыми точно не стать. А прокладывая собственную дорогу, легко угодить в ловушку.

Яромир сбавил скорость и вбил свои координаты в систему.

— Держись правее, — сообщил он мне, — слева много деревьев, а, значит, могут попасться прикрытые снегом пеньки или валежник.

— Хорошо.

Но нам попалось другое.

За очередным холмом мы чуть не столкнулись с перевернутыми санями. Их полозья погнулись и переплелись с толстыми ветвями дерева, бок с намалеванным драконом дал трещину, сквозь которую виднелся ярко-голубой шлем водителя.

В другой стороне разбитый в серебристые щепки валялся остов вторых саней. От них шел сизый дымок. Похоже, авария случилась совсем недавно. Что произошло с экипажем, я боялась даже подумать. Всюду примятый снег от ударов. Это сколько же раз их перевернуло?

Яромир затормозил, и я, не дожидаясь остановки машины, выпрыгнула из саней. Парень к моему удивлению не стал ругаться, а поспешил за мной.

— Если мы не поможем, то им грозит переохлаждение, — все же объяснила я свой поступок.

— Да, — согласился Яромир, — или что посерьезнее. — Он кивнул на повисшего на ветвях ели человека.

— Ты невероятно хорош в ловле падающих. Давай, я залезу на дерево и нагну ветку, а ты поймаешь его внизу? — предложила я.

— А как же твой живот?

— Какой живот, когда люди могут умереть!

Уже не дожидаясь согласия парня, я метнулась к ели и, окинув взглядом сучки и ветви, принялась быстро карабкаться наверх. Если бы не отличное освещение вездесущих прожекторов и новогодней иллюминации, которой, кажется, обмотали все Бескрайние горы, вряд ли у меня вышло бы так быстро. Однако, я — молодец, и первый пострадавший спустя пару минут оказался в руках Яромира.

— Клади его к нам в сани на пол, все не на снег, — передала я по связи, спускаясь с ели.

Далее мы взялись за синие сани.

— Я приподниму с одного края, а ты посмотри, что можно сделать, — решил Яромир.

Я не просто посмотрела, а сумела залезть в тот зазор, что оставил для меня напарник. В потемках под санями видимость была отвратительной. Тусклый свет попадал лишь сквозь пробоину в боку. Водитель оказался прижатым к покореженному креслу огромной щепой дерева. Я ахнула от ужаса — приподнимая и опуская сани обратно мы могли навредить ему. Но если бы вовсе не полезли, то от собственной тяжести машина грозила осесть в любой момент и насадить человека на острый конец пенька, как бабочку на иглу.

— Что с тобой? — переполошился снаружи Яромир.

— Я в порядке! — поспешила отозваться. — Это водитель. Его прижало суком. Пожалуйста, не предпринимай ничего, пока я не скажу.

Первым делом я уперлась ногами в осколок дерева. К счастью, он оказался гнилым и быстро поддался, свалившись в бок. Если бы не ремни безопасности, туго прижимавшие водителя к креслу, человек действительно мог напороться на опасный пенек.

Далее наощупь отстегнула пострадавшего. Освобожденный от ремней безопасности, он повалился на меня. Подхватив, я положила водителя на землю. Снять шлем с него не пыталась — только время терять. Поэтому, отогнув ворот, добралась до шеи в надежде нащупать пульс в яремной вене. Неприлично, ну да никто не видит.

— Живой, — с облегчением сообщила Яромиру. — И, кажется, не особо пострадал. А напарника здесь нет.

— Хорошо. Я приподниму борт, вылезай.

Разумеется, оставить бесчувственного человека под перевернутыми санями я не могла. Волоком потащила за собой.

— Ты сильная! — выдавил Яромир, глядя на то, как я пыжусь, стараясь извлечь водителя из-под саней.

— Ты тоже, — вернула я комплимент. Парень в одиночку удерживал край многотонной машины, еще и подбадривал меня. Могу представить, как сейчас он покраснел под шлемом, а вены на его лбу набухли от перенапряжения.

— Второй есть, — выдохнула я и упала на утрамбованный снег рядом с пострадавшим.

Надо мной раскинулось чернильное небо, усыпанное мириадами звезд. Изо рта вырвалось облачко пара.

— Не лежи на земле, замерзнешь, — предупредил Яромир.

Пришлось принять сидячее положение. Я подняла глаза на парня. Он без особого труда поднял на руки спасенного из-под покореженных саней водителя и двинулся к нашей машине. Но шагов через пять замер. Я проследила за его удивленным взглядом.

— Сматываемся! — заорал, запрыгнувший в наши сани парень в серебристом комбинезоне.

Другой, не так давно снятый с дерева, очнулся и уже восседал на месте водителя, тыкая по кнопкам пульта управления.

Машина сорвалась с места. За ней потянулся канат. Я проследила взглядом, к чему его прикрепил Яромир. Синие сани! Резвой козочкой я отскочила от покореженной машины в объятиях дерева.

— Идиоты, — простонал Яромир. А потом строго добавил, обращаясь ко мне: — Отойдем подальше. Если мощности наших саней хватит, то в стороны полетят куски дерева и железа.

— Уроды! — выплюнула я. — Даже не смотрят, что творят. Вовремя же мы достали бедолагу из-под саней, иначе эти… — я проглотила ругательное слово, — сейчас раскатали бы его в лепешку.

Канат натянулся. Послышался треск и скрежет. Однако даже бешеной скорости не хватило силы вырвать засевшие в дереве синие сани. Наша машина с угонщиками резко остановилась, выбросив непристегнутый лжеэкипаж из своего нутра.

Послышались звуки победной трубы, оповещающей о финиширующих победителях гонок. С ее сигналом тут же приземлились спасательные кары. Медики забрали из рук Яромира пострадавшего, подняли разлетевшихся в разные стороны угонщиков в серебристых костюмах, а нам предложили долететь с ними до финиша и обследоваться в госпитале. Мы отказываться не стали. С первым же рейсом медкара отправились к финишу, оставив остальных спасателей искать четвертого участника аварии и выгребать обломки машин из пролеска.

Во время полета я приуныла. Не так мне хотелось бы провести вечер с Яромиром. Лицо