Босс. Жена по контракту - Мария Ремур

— Мне уже рассказали о том, как феерично прошло твоё трудоустройство, но я и предположить не мог, что ему в голову стукнет притащить тебя в дом!

Моё появление явно выбивает говорившего из колеи. Да я и сама до конца не понимаю то, как оказалась в этом доме! Смогу ли я объяснить это кому-то ещё?

— Вы не знаете, что произошло там, в центре? — спрашиваю я, наконец-то сделав усилие над собой. Голос мой немного охрип от столь неожиданной встречи.

— Я?! Да я в курсе всех дел своего братишки! — словно вызов, крикнул мужчина, но тут же осекся, как бы прокручивая в голове неожиданно промелькнувшую гениальную идею.

— Михаила нет дома, я видела днём его в офисе, вероятно, он ещё там… — медленно отвечаю я.

— В офисе… — эхом отзывается он, всё ещё мучительно раздумывая над чем-то.

— Вы брат Михаила? Объясните мне, что произошло там, в офисе?

Пытаюсь вновь ухватиться за призрачную нить, чтобы хоть как-то понять структуру этого мира, в котором я невольно оказалась.

— Да, брат. А, что та произошло…я вот пришёл и узнать. Отсюда моя ярость, мне жалко тебя. Он лишил тебя возможности работать в крутой компании. Скажи, ты теперь работаешь на него?

— Да…мне предложили должность помощника.

— Я так и подумал! Не стерпел конкуренции, забрал специалиста себе. Но, так и быть, раз это нужно для брата, не имею претензий.

Пока он говорил, мне удалось вновь рассмотреть этого человека. Как я ошибалась тогда, приняв его за Михаила. Обликом они действительно похожи, но в мелочах совершенно разные!

— А вот и я, надеюсь, никто не порезался, — голос Людмилы заставил нас встрепенуться.

— Раз Миши нет, приду в другой раз. Хозяйка, проводишь гостя?

Я испуганно переглядываюсь с домоправительницей, не понимая, что это адресовано мне.

До моего слуха донесся звук трескающегося стекла. Я всё-таки проглядела и наступила на осколок. Почувствовав укол в ступню, я вздрагиваю всем телом, будто пробуждаясь ото сна.

Почему мне страшно в обществе этого человека? Это ведь брат Лаврова…одна кровь.

— Я сейчас приду, Людмила, — смахнув с подошвы носка осколок, я устремляюсь за гостем.

Мне кажется, что он хочет что-то рассказать за своего брата, а любая информация о нем будет для меня ценной.

Интересно, назвав меня хозяйкой, он знает о том, что сделал его брат? Он знает, что тот женился на незнакомке, то есть…на мне?

— Егор, простите за личный вопрос, — я настигаю гостя на пороге дома, захлопнув за собой тяжёлую дверь, лишая возможности кого-либо подслушать нас. — Таня, вы встречаетесь?

— Да, — кратко отвечает он. — Аналогичный вопрос хочу задать и тебе. Кто ты для моего брата? Что делаешь в его доме? Непросто так же он приютил у себя бедняжку. Я слишком хорошо знаю своего братца.

Прикусив язык, я теряюсь в собственным мыслях.

Получается, этот человек ничего не знает, но почему?! Почему Михаил решил скрыть от родного брата столь важную информацию?

Что мне разрешено говорить, а что нет?..

Тем временем Егор требует ответа, пронизывая насквозь взглядом холодных и бесчувственных глаз.

Что мне ему ответить?!

Глава 23

— Михаил помог мне, я…мне…некуда было идти, — с запинками произношу я, опуская глаза. — Он спас меня. Я ему за это благодарна.

Меня никто не успел предупредить о том, что мне дозволено говорить, а что нет. Хотя, это же брат. Чего плохого в том, если он узнает?

— Точно, Таня рассказывала о твоём положении. Она всё места не находила, металась по квартире как ужаленная.

Егор делает вид, что верит моим словам. Именно делает, так как украдкой подняв на него глаза, я увидела некое изумление на его лице. У меня сложилось впечатление, будто он знал больше, чем я думала.

— Как там Таня? — отметая всё мысли, спрашиваю я, переполняясь переживаниями.

С того самого момента, как мы поговорили на пороге квартиры, связи не было.

— Переживает. Ей неловко от того, что выставила тебя за дверь в такой ситуации.

Речь Егора…она звучит иначе, чем в при первой встрече. Сейчас он делает небольшие паузы между словами, предварительно прокручивая в голове то, что желает сказать. Он будто хочет показаться другим человеком, которым по сути и не являлся.

Окинув мужчину беглым взглядом, отмечаю, что он моложе Михаила. Не могу сказать на сколько, но определенно моложе. В его глазах и мимике присутствует эта искра бурной молодости. Он смотрит на мир так, будто хочет объять его одним взглядом.

А, что же Михаил? Его взгляд для меня еще большая загадка, которую предстоит в скором времени разгадать. Тем более после того, что я узнала о его прошлой жизни, меня невольно начинает подогревать интерес к этому человеку.

Именно тот факт, что я не хочу быть копией его воображения. Я хочу доказать ему свою индивидуальность и неповторимость. Хочу заявить собой, что я не та, что живет в его мыслях. Я другая…

— Слушай, прости Танюху, — перебивает мои мыли Егор, выпадая из своей роли истинного джентльмена. — Она правда там затроила сильно. Меня не хотела отпускать, а я сам не допер уйти. Как-то всё скомкано получилось.

Не успевая за его перестройкой, я начинаю робеть, не находя подходящих слов.

Передо мной вновь появился тот самый человек, с которым я невольно познакомилась на лестничной клетке.

— Я не могу обижаться на нее. Я обязательно ей позвоню, и мы обо всем поговорим, — шепчу я, переминаясь с ноги в сторону.

— Зачем звонить?! — гаркает так громко и пронзительно, что я подскакиваю на месте. — Я ей скажу, она сама придёт сюда. Как никак это дом моей семьи. Беги за тортом, завтра всё будет.

От волнения я не могу ответить на его заявление. Михаил? Он разве согласится на это? Я полагаю, что именно он хозяин этого дома, и всё здесь живёт по его правилам. Или это не так? Егор тоже здесь хозяин?

Я совершенно запуталась.

— Если это удобно. Надо спросить Михаила… Я лучше позвоню ей, и мы всё обговорим. А вы получается, пара?

Мой вопрос заставляет Егора смутиться.

— Как пара…пересеклись пару раз. Потом ещё пару раз. И это…короче, думаю да, пара.

— Она ничего мне не успела рассказать. Но теперь-то, когда мы все познакомились.

— Боялась. Она вся такая правильная, как и ты.

— Я обязательно ей позвоню. А по поводу гостей, об этом нужно спрашивать Михаила.

— Говоришь