Месть павших - Ивина Кашмир

Когда бокал наполнили чем-то красным, без раздумий пригубила, ощутив кислинку, на смену которой вскоре пришло пряное цветочное послевкусие.

— Как вам вино? — светским тоном поинтересовался повелитель.

Я впервые после того, как накинулась не еду, посмотрела на него. От того, как он меня пожирал глазами, бросило в жар. Если я ела с аппетитом, почти перепробовав все блюда, стоящие на столе, то его величество, казалось, даже не притронулся к своей тарелке.

— Мне еще не доводилось пить вино, — честно призналась я, покрутив длинную ножку бокала. — Приятный вкус, нежное послевкусие…

— Вы правы, — хрипло произнес он, — очень нежное.

Смутить меня своим чувственным голосом синеглазке не удалось.

Я кивнула, поставила бокал на стол и потянулась к корзине с ароматными булочками.

Запивать вином булочку с кунжутом было немного странным, но что только не сделаешь, лишь бы снова не продолжать вести беседу. В голове шумело, а в груди рассеивался ком, вызванный неловкостью ситуации. Кажется, занятие с драконом все-таки придется отложить…

Когда подданный его величества обновил мне уже третий по счету бокал вина, я с благодарностью ему кивнула. Алкоголь, как говорится, не панацея, но в сложившейся ситуации просто палочка-выручалочка. Напряжение как рукой сняло.

— Думаю, на сегодня хватит вина, — у меня мягко отняли бокал.

Я перевела на дракона возмущенный взгляд. Когда он успел подсесть ко мне?

На губах синеглазки растянулась загадочная улыбка. Он смотрел на меня так, как охотник смотрит на жертву. И этот взгляд мне жутко не понравился… Кажется, пора домой.

— Рэйнар, — начала я, откинувшись на спинку стула, — спасибо за ужин. Все было очень вкусно. Но мне пора домой, — пробормотала я, пытаясь встать.

— А как же занятие? — притворно охнул синеглазка, придержав меня за рукав. Выпитый алкоголь, конечно, расслабил меня, но, к счастью, здравые мысли еще не покинули мою голову.

— Отложим, — хмуро произнесла я, — я не в состоянии.

— Хорошо, Кайниэль, как скажете, — покорно ответил он, поднимаясь следом.

А в моем мозгу внезапно что-то щелкнуло. А что, если всё это представление его величество разыграл специально, чтобы, так сказать, соблазнить меня? Вести дела с влюбленной дурочкой намного проще, чем с непредсказуемой магичкой… Подлечил, накормил, напоил, то и дело флиртуя и томно взирая. Да не одна нормальная девушка не устоит перед таким! Кроме, разумеется, меня… Наверное.

— Вы ведете себя странно, ваше величество, — хмуро произнесла я, сев обратно на стул. — Зачем все это?

— О чем вы, Кайниэль? — удивился он. И я бы поверила, но смешинки в его глазах говорили о том, что всё-то он прекрасно понимает.

— Зачем вы пытаетесь усыпить мою бдительность? — я сузила глаза, окинув его величество подозрительным взором.

— Я ничего такого не делаю, — едва сдерживаясь, чтобы не рассмеяться, ответил он.

— Хорошо, — миролюбиво сказала я, кивнув. — Задам вам вопрос по-другому. — Что вы задумали, Рэйнар? Зачем вам пытаться затуманить мне разум? Я, если вы еще не поняли, итак, в вашей власти. Зачем был нужен этот странный ужин? — на трезвую голову я бы не осмелилась все это сказать. Скорее, рухнула бы в обморок от стыда, чем стала бы задавать столь наглые и провокационные вопросы…

Вся насмешливость синеглазки мгновенно улетучилась. Я закусила губу, продолжая напряженно взирать на него.

— Что вы, Кайниэль, — он медленно сел на стул, и, придвинувшись ближе ко мне, улыбнулся, — разве можно? Мне просто приятно, — прошептал он, заглядывая в мои глаза, — ваше общество…

Я смотрела в его прекрасные глаза, и медленно холодела от ужаса. Боги, только бы он сейчас не предложил стать его любовницей, как когда-то Анарэль… Боюсь, я не вынесу вновь подобного унижения…

— Простите, что отнял время и сорвал занятие, — вздохнул он, отодвигаясь. — Вам уже пора, Кайниэль.

Я не сумела сдержать облегченного вздоха.

— Завтра днем вам доставят папки со всеми имеющимися данными по ордену.

О существовании папок, я, конечно же, уже забыла…

— До встречи, ваше величество, — пробормотала я, вскочив с места.

Могучая фигура Джеймса маячила около дверей, и я поспешила к нему.

— Рэйнар. Для вас я Рэйнар, — донеслось мне в спину.

Оказавшись у себя в комнате, я несколько долгих минут сидела на кровати, пытаясь прийти в себя. Встреча с драконом оказалась не такой, какой я себе представляла. Эрейэль прав, надо сокращать наше с его величеством общение, если, конечно, я не хочу окончательно потерять голову. Синеглазке-то ничего не будет, это для него привычное дело, а для меня, потеряй я голову, станет настоящей катастрофой.

Ночь прошла беспокойно. Несколько раз просыпалась в холодном поту с бешенной тревогой на сердце. Проснувшись в пятом часу утра от очередного кошмара, уже не смогла заснуть. Резко поднявшись с кровати, направилась в душ. Приведя себя в порядок, надела тренировочный костюм и выбежала на пробежку. Минут тридцать бегала, пытаясь привести мысли в порядок, но, как бы не старалась, выходило плохо. Рэйнар Артэнтри плотно засел в моей голове… Самой мне не расставить мысли по полочкам. Как только появится возможность, расспрошу Рин, думаю, она разбирается в тайных знаках, флирте и прочей ерунде.

Завтрак проходил в одиночестве. Госпожа Эшоу с утра пораньше отправилась на рынок, господин Плюмберт уехал по делам еще вчера днем, юристы спали, а Джеймс и вовсе куда-то пропал. Переживать по поводу подчиненного синеглазки было напрасно, стоило мне закончить завтрак, дракон тут же возник перед моими очами.

Ледяной ветер, разбушевавшийся во дворе академии, немного взбодрил меня.

До нужной аудитории добралась без приключений. Джеймс, как и всегда, держался позади меня, делая вид, что его здесь нет. К сожалению, Эрейэль еще не явился на учебу. Не удивительно, ведь до начала занятия оставалось еще минут сорок. Вздохнув, поплелась вглубь аудитории. Внезапно в поле моего зрения попал Нимиэль — сокурсник, с которым мы знатно повздорили в прошлом. Черноволосый эльф сидел на первом ряду в окружении двух бессменных прихлебах. При виде меня Нимиэль не проронил и слова, но недобрый взгляд, которым он принялся буравить меня, заставил поежиться. Присев за парту, отвернулась так,