Мой сводный дракон - Ирина (Иринья) Коняева

– Библиотека Урграна в твоём полном распоряжении, – в своей неприятной манере закрыл тему брат.

– Хорошо, не стану донимать вопросами, – проговорила, выпрямляя спину и устремляя на мужчину ледяной взгляд.

– Для одного дня их достаточно, – ответил он тихо.

А меня точно пыльным мешком стукнули. Он устал. Пока мы с феечкой развлекались, плавали и смеялись, он общался с местными, разрешал их споры и занимался многочисленными делами приморского городка. И всё это на адской жаре. Тут ещё я донимаю.

– Извини. Спасибо, что позволил мне уйти и отдохнуть. Фроя – настоящая волшебница, с ней забываешь о времени и проблемах. И о подстерегающих на каждом шагу опасностях, – добавила с намёком.

– Она не готова к академии, – влёт разгадал мои намерения уставший, но не утративший остроты ума мужчина.

– Но с фиолетовым ауромо…

– Нет.

– Вдвоём в академии нам будет веселее. И безопаснее, – напомнила о главном.

– Нет, Алессаль.

– Пожалуйста, – попросила, хлопая глазками, как кот из известного мультика.

Рагнар закрыл глаза, показывая, как сильно я его утомила, а затем и вовсе сделал вид, будто спит. Хотя я отлично видела подрагивающие ресницы! Специально испытывает моё терпение!

Пересела на его сторону, оставляя между нами приличное расстояние – не менее двух ладоней, как написано в книге по этикету, но далее поступила совершенно по–детски.

– Рагна–а–ар, ты хо–о–очешь отправить Фрою в акаде–е–емию-у-у, – начала я «программировать» сознание «спящего», надеясь, что он не выдержит и рассмеётся. Не сработало. Изменила стратегию: – Ты спишь. Веки твои наполняются мягким теплом, руки тяжелеют, ноги становятся ватными, ты всегда и во всём слушаешь свою младшую сестричку Алессаль…

Мы захохотали одновременно, да так громко, что стёкла в карете задрожали!

Усталость, злость, напряжение испарились, словно их и не было.

Я попыталась вернуться на своё место и закончить разговор о Фрое, но Рагнар положил руку на дверь карты, преграждая путь.

Смех стих.

– Алессаль, я понимаю твоё желание отправиться в академию в сопровождении феи, но мой ответ однозначен и я его уже озвучил. Я не желаю повторять по сто раз одно и то же, как не желаю объяснять, почему принял то или иное решение. Тебе придётся подчиниться.

– А если я не желаю… подчиняться? – выделила последнее слово, вложив в него максимум негативных эмоций.

– Придётся.

– Не думаю.

Взгляды столкнулись. И я точно уловила момент, когда холодное тёмное серебро его радужек вновь превратилось в расплавленную сталь, вязкую, обжигающе–горячую, гипнотическую.

– Какие аргументы ты готова использовать, Алессаль? – сменив жесткий тон на игривый промурлыкал Рагнар.

Глава 10

Когда он так близко, я схожу с ума. Мозг плавится словно сахарная вата на жаре, опадая тяжёлыми каплями сиропа, уничтожая любой намёк на извилины, которыми нужно шевелить.

Слушаю его дыхание, оно более глубокое и частое, чем обычно. Возбуждён и не скрывает того.

Я дышу ещё чаще. И смотрю так, словно в этом мире не существует никого, кроме нас двоих.

Аромат его тела будоражит и кружит голову. Я пьяна им, хотя мы даже не целовались, и я страстно, до дрожи, до умопомрачения желаю исправить упущение. Любуюсь красиво очерченными губами, представляя, как они коснутся моих. Такие горячие, твёрдые…

Годами отработанная блогерская привычка рассматривать любую ситуацию в качестве контента нарисовала образ для фотографии: пара в мягких закатных лучах, делаем акцент на хрупкости девушки и мужественности парня, показываем их взаимное стремление, голодные взгляды. Он выглядит хищно и мощно. Чистый секс…

Подруги с ума бы сошли, предъяви я им брата.

Намёк на родственные узы отрезвил.

Вынырнула из вязкой паутины возбуждения, выпрямила спину, приподняла голову, непроизвольно облизнула губы.

Определённо, зря.

Рыжие всполохи раскалённого металла в мужских глазах стали ещё ярче, черты лица заострились. Мгновение – и он набросится, сжимая в объятиях, срывая поцелуи, требуя того подчинения, о котором мы говорили мгновением ранее, о котором я практически мечтала.

Только я больше не связана безумием страсти, мозг действует как часы, напоминая содержание беседы, подсказывая аргументы. Нужно выпутываться из ситуации с достоинством, а не глядеть на него и облизываться. В прямом смысле слова! Позорище какое!

– Ты говорил, решение об отказе в обучении Фрои однозначно и обжалованию не подлежит, – произнесла, заглядывая в бушующие от страсти нечеловечески прекрасные глаза.

Мысль о том, что в кои–то веки удалось утереть Рагнару нос, горячила кровь, наполняла пузырьками безумия. Хотелось нагло поцеловать его в нос и сбежать с хохотом, но интуиция подсказывала, что подобную провокацию мужчина не спустит. И вообще в случае с этим конкретным экземпляром правило одно – не прикасаться. Можно примагнититься напрочь.

– Согласен, противоречие присутствует.

Рагнар отстранился и я воспользовалась моментом, чтобы вернуться на своё сиденье и любоваться братцем с большего расстояния. Хотя вряд ли его можно назвать безопасным.

– Вот и я думаю, что ты устал, мысли спутались и помешали тебе выдержать позицию до конца, – согласилась миролюбиво, подкинув мужчине аргумент для оправдания собственной непоследовательности.

– Благодарю за заботу и деликатность, Алессаль, но усталость – не оправдание. Прошу извинить мой поступок.

Хлопнула ресницами, поражаясь, насколько уверенно и веско он произнёс столь непростые слова. Все мои знакомые, предоставь им возможность оправдаться, моментально ухватились бы за неё и радовались. Но Рагнар не такой. Особенный.

Сердце пропустило удар.

Снова. Снова я позволяю себе лишнее.

Он мой брат.

Брат! Родственник! Сын отчима! Мамин пасынок.

– Солнце почти село, зажги светлячок или призови Огонь, – напомнил Рагнар, проявляя заботу.

Я кивнула и, не встречаясь с братом глазами, принялась выговаривать заклинание аэшесс–та. Обычный огонь не шёл, зато Огонёк демонстративно замер на моём плече, хотя его я как раз не призывала.

Укоризненно посмотрела на «попугая» и продолжила вызывать искры. Их был уже не один десяток, когда я сообразила, что допускаю одну и ту же ошибку, потому огонёчки совсем крохотные, но когда посмотрела на Рагнара, чтобы задать вопрос, лишь удивлённо округлила глаза.

Он спал.

В любимых романтических комедиях всегда показывали милых, сладко сопящих красавцев, а героини непременно умилялись их внешнему виду. Рагнар же выглядел во сне не менее грозным и строгим, чем в жизни. И хоть я нашла к нему подход, по крайней мере, так иногда казалось, будить его не решилась совсем не ради того, чтобы иметь возможность любоваться красивым расслабленным лицом.

Знаю я его. Прикоснись – тут же схватит в охапку, затем скажет, что так и было.

Хотя нет, преувеличиваю. Рагнар оправдываться не будет.