Мне не нужна любовь - Дмитрий Ребров

Несколько дней Света была сама не своя. Внезапный и нелепый разрыв с Андреем совершенно выбил ее из колеи — она была зла и растеряна. Зла на Оксану, на Андрея, на себя, на весь свет! А растеряна, потому что абсолютно не представляла, что же ей теперь делать.

Муромский адрес Андрея она знала, и, в принципе, разыскать его не составило бы никакого труда. Но с какой стати ей его разыскивать? Чтобы извиняться, просить прощения? Еще чего! Нет, конечно, она могла бы встретиться с Андреем, поговорить, объяснить ему суть того глупого спора, но искать его самой, оправдываться, унижаться?! Да кто он такой, в конце концов! Удрал, слова не сказав, — обиделся, видите ли! Тоже мне, принц!

Все произошедшее назойливо напоминало ей что-то хорошо знакомое, но давно забытое. Света напряглась, стараясь вспомнить, и вспомнила. Ну конечно! «Девчата» — старое-престарое кино. Румянцева с круглыми наивными глазами: «Мама Вера, а разве можно спорить на живого человека?»

Да, девочка, можно. Но только, как и полвека назад, ничего хорошего из этого не выходит…

Без Андрея было плохо. Очень плохо. Одиноко, пусто, тоскливо и бессмысленно… У Светы словно иссякли силы, пропал интерес к любимой работе, вообще к жизни, ее больше не радовали успехи и не огорчали неудачи. Все ее мысли были только с Андреем.

Света отлично понимала, что все равно она вряд ли когда-нибудь согласилась бы выйти за Андрея, что рано или поздно расставание с ним стало бы неизбежным — слишком уж они разные люди. Но, вопреки доводам рассудка, душа ее рвалась к нему, и ничего поделать с этим было нельзя.

Мысли о поездке в Муром навещали Свету все чаще, она думала об этом уже как о вполне возможном событии, без обиды и возмущения. Останавливало ее только одно — с чем приедет она к Андрею, что ему скажет?

А вскоре Света поняла, что беременна. Удивительно, но это открытие принесло ей облегчение, даже радость. Нет, она, разумеется, не собиралась оставлять этого ребенка — как ей поступить, она прекрасно знала. И уж, конечно, радовалась она не предстоящему аборту, а тому, что теперь у нее появилась весомейшая причина немедленно разыскать Андрея.

В самом деле, раз уж он приложил к этому событию руку (или что там он приложил? — ха-ха-ха!), он, безусловно, вправе об этом узнать. Она, как порядочный человек, не может от него скрывать этот факт, сообщить ему все без утайки — это ее долг! Именно так — и не иначе! Значит, решено: в ближайшие же выходные она отправляется в Муром!

Света выехала очень рано. И вовсе не потому, что так запланировала. Просто сама, без будильника, проснулась ни свет ни заря от радостной мысли — сегодня она едет к Андрею! Часы показывали несусветную рань, но сна уже не было ни в одном глазу. Ее охватило легкое возбуждение, нетерпение, она вскочила с постели и, что-то напевая, помчалась в душ. Стоя под освежающими струями, Света по привычке хотела было спланировать предстоящий разговор с Андреем, но почему-то ничего толкового в голову не шло. Была только очень ясная и полная уверенность — все будет хорошо. Он просто погорячился, психанул от обиды. Сейчас наверняка жалеет, что уехал так поспешно. Ведь и спорили-то они с Ксюхой не на него конкретно, а так, вообще, так что и обижаться ему совершенно не на что! Сегодня они встретятся, посмеются над всей этой историей и… Нет, все непременно образуется!

Света быстро позавтракала, наполнила термос кофе, оделась, проверила бумажку с адресом. У двери она взглянула в зеркало и весело подмигнула своему отражению — не грусти, мол, Светка, все будет хорошо!

Едва она тронулась, рассвело. Солнце не спеша вползало на небосклон, наполняя мир радостью и красотой. День обещал быть замечательным, под стать ее настроению — ясным и безоблачным. В такую рань машин было мало, и верный «Гольф» резво нес свою хозяйку в неведомый ей древний город. Дорога давалась легко, позади остались Балашиха, Ногинск, Орехово-Зуево, Света ехала уже по Владимирской области.

И тут начались неприятности. Сначала внезапно испортилась погода: небо затянули сплошные низкие облака, зарядил мелкий и нудный дождь. Но это было еще только полбеды. Сразу за Петушками шел ремонт шоссе. Половина дороги была снята напрочь, движение шло лишь по оставшейся половине — по одной полосе в каждую сторону. И надо же такому случиться — Света оказалась на своей полосе сразу за еле ползущим и нещадно чадящим грейдером! Обогнать его не было никакой возможности, потому что во встречном потоке не намечалось ни малейшего просвета. Оставалось только уныло тащиться за грохочущим монстром и нюхать его копоть.