Трудный ребёнок по-драконьи - Иринья Коняева

Ишь, какой хитренький!

Ничего не знаю. Никаких признаний с моей стороны, пока я не получу нормальное объяснение в чувствах!

– Без понятия. Я не помню, чтобы мне признавались в любви надлежащим образом. Что там написано в книге по этикету? Кажется, нужно проявить к девушке интерес, встречаться с ней на балах и раутах, приглашать танцевать, говорить комплименты, затем просить руки у родителей, получить согласие и только тогда встать на одно колено…

– И утащить её в свою пещеру! – закончила Роксана с восторгом. – Папа, а давай ты женишься на ней прямо сегодня? Я уже хочу называть её мамой.

– Милая, мы должны пройти все круги аристократических мучений, лишь после этого жениться, – мягко объяснил папа дочери.

– А Дебби сказала госпоже Домис, что достаточно лишь скромпро… кумпру… что–то там сделать такого, чтобы спокойно и быстро жениться! – настаивала на своём активная девчушка.

– Роксана! – вдвоём повысили голос мы с Нортоном.

– Ну–у–у, ла–адно. Я пошла на кухню, попрошу ещё один завтрак, а вы пока целуйтесь.

– Роксана!

– Красивое у меня имя, правда? Мне оно тоже нравится. Рада, что и вы разделяете…

– Роксана!

– Ухожу–ухожу. А вы родите мне братика или сестричку? – уже из фойе спросила эта неугомонная и в дверном проёме показалась счастливая мордочка.

– Роксана! – рыкнула я.

– И братика, и сестричку, если повезёт, – совершенно серьёзно ответил Нортон Ллойд и махнул дочери, чтобы та, наконец, удалилась. Затем повернулся ко мне. – А ты, моя драгоценная, стой здесь и слушай признания.

– Я – одно сплошное ухо! – заверила мужчину и закивала, показывая высшую степень внимания.

– Уважаемая леди Родс, когда я впервые увидел вас…

– Ты издеваешься?!

Я вытаращила глаза, так как именно в такой формулировке мужчине надлежало обращаться к девушке, если придерживаться той самой злосчастной книги по этикету. И обращение там было на три или четыре листа! Если читать с выражением, можно состариться!

– Люблю тебя. Давно и сильно люблю, – признался герцог без лишних слов и взял мои руки в свои, заглянул в обращённое к нему лицо. – Будь моей женой, матерью моей дочери и другом моему окружению. Ты и только ты этого достойна. Тебя хочу видеть рядом, тебя одну.

– Я согласна, – ответила твёрдо. Я не хотела интриговать и бегать дальше. Набегалась уже. И прибежала туда, куда должна была. Теперь я дома. С ним. Моим драконом.

– А мне признание в любви? – напомнил его светлость.

– Моё каменное сердце пока не обрело достаточную чувствительность, – припомнила ему недавнюю фразу и радостно улыбнулась.

– Будем плавить на медленном огне. Может, к пятому ребёнку оно дрогнет и станет чуть более мягким, – задумчиво предположил бесстыжий дракон.

– Пятому? – только и спросила я. – Тебе не кажется, что на первых порах нам хватит и одной Роксаны? А я ещё хотела попутешествовать, увидеть своими глазами море, попробовать тропические фрукты… Полетать на драконе!

– Драконы – не верховые животные.

– Но ты ведь можешь меня прокатить?

– Не уверен. Мы делаем исключения только для влюблённых в нас по уши женщин.

– Всех? – Я недовольно изогнула бровь.

– Только тех, в кого влюблены сами, – уточнил Нортон.

– Ну так это как раз я! И я готова хоть сейчас!

– Элизабет!

– Что? Один маленький полёт, буквально туда–сюда! Над городом или к морю!

– Элизабет!

– Я ведь многого не прошу. Просто покатай меня. А чешуйку можно на память взять? А у тебя есть усы? А правда, что хвост дракона может убить даже слона? А…

– Элизабет!

– Ну что?!

– Я люблю тебя, болтливое ты чудовище! – выдал герцог и, наконец, накрыл мои губы… – Ай! Ты чего толкаешься?

– Я не договорила!

– Посмотри на меня, – строго потребовал дракон, и когда я угомонилась, торжественно произнёс: – Элизабет Родс, не соблаговолите ли вы хоть ненадолго прервать бесконечный список вопросов и выделить буквально минуточку для нашего первого поцелуя? – не скрывая ехидства, проговорил герцог.

– Всего лишь минуточку? – возмутилась я. – Даю пять. Нет, десять. Десять хватит? – поинтересовалась, чтобы не просчитаться, вдруг нужно было больше, я же пока не в курсе.

– Нет, конечно. Я буду целовать тебя всю жизнь.

– Я согласна. Только завтраком накорми.

Его светлость закатил глаза и застонал.

– Древние боги, какие вы милые, – произнесла нараспев Дебора. – Теперь я знаю, как выглядит счастье.

– Счастье – это много сладенького и когда все дома, – не согласилась с ней Роксана, тоже появляясь в столовой.

– Счастье – это семья. Даже вот такая безумная! – рассмеялась я.

– Только такая безумная семья – это и есть счастье, – закатив глаза, уточнил Нортон и, подхватив меня на руки, утащил в кабинет под счастливый смех домашних, где, наконец, показал, что такое настоящий поцелуй! И на этот раз никто ни разу не постучал в дверь! Но это, скорее, исключение из правил в нашей дружной драконьей семейке!

Конец.