Самозванка в Академии стихий - Кира Легран

Эреза онемела от такой наглости. Я захихикала в чашку. И как их угораздило подружиться? Более разных людей во всём городе не сыскать.

Я с трудом спрятала улыбку, как вдруг раздался ужасный вопль.

Бетель замерла. Эреза вскочила на ноги. Все как по команде повернулись в сторону лестницы.

— Это на втором этаже…

— Кажется, я знаю, что случилось, — выпалила я и побежала вперёд. Не самые благородные чувства наполняли душу. — Крыса попала в крысоловку!

Втроём, толкаясь, мы взбежали наверх.

Может, когда-нибудь мне будет стыдно за то мстительное ликование, что я сейчас испытывала. Нарелия горбилась, стоя возле распахнутого настежь шкафа. Она держалась за лицо и глухо ругалась такими словами, которых не ожидаешь от высокородной дамы.

— Ну как вам конфланское гостеприимство, леди Фламберли? — спросила я и опёрлась на дверной косяк. — Достаточно горячий приём?

Эреза пролезла вперёд и подошла к игнитке:

— Да что здесь происходит? Нарелия? Что ты делаешь в комнате Дарианны? — Она заставила её убрать руки от лица и охнула.

Сигнатура Игни, которую посоветовал Лиам для охранных лент, была безопасна для кожи и глаз. Но любые волосы спаливала подчистую. Я задохнулась от хохота, глядя на лишённое бровей и ресниц злобное лицо Нарелии. Надо лбом волос тоже поубавилось.

— О! — воскликнула Бетель, которую зрелище развеселило не меньше. — Ты теперь похожа на старые портреты!

Если не считать саму опалённую, то не до смеха было только Эрезе. Она переводила взгляд с одной на другую, и вид у неё становился всё более грозным.

— Как это всё понимать? Вы двое, живо объясняйте, как до этого дошло.

Нарелия выдернула у неё руку.

— Кем ты себя возомнила, чтобы мне приказывать? — выкрикнула она дрожащим от злости голосом. Пойманная с поличным, совсем потеряла самоконтроль. — Ты никто и звать тебя никак. Если даже твоя семья так считает, думаешь, сможешь переубедить других? Я не обязана перед тобой отчитываться, мои дела тебя не касаются.

Может, мания Эрезы всё контролировать иногда и переходит границы, но от этих слов я здорово разозлилась. Территка побледнела, съёжилась, словно стала меньше ростом — цветок, выдранный с корнем.

— Придержи язык, если говорить по-человечески не научилась, — сказала я. — Что ты забыла в моей комнате уже второй раз, м? Ошиблась дверью, а потом ошиблась снова? Так сходи к доктору, пусть выпишет тебе снадобья для зрения.

— Да как ты смеешь, ты!.. — задохнулась Нарелия. — Позор Игни, который ничего в этой жизни не заслуживает! Безродная собачонка невесть откуда, которая раскрыла пусть на то, что ей не принадлежит! Да ты же на элементарный щит не способна, что он только в тебе на… В смысле, ты даже стоять рядом со мной не имеешь права!

— Может и так, — нарочито спокойно ответила я, хотя каждое слово било под дых. — Вот только мои-то брови на месте.

Нарелия взвизгнула от бессильной злости. Лицо исказила ярость, она рванулась к двери, словно ужаленная. Я уже приготовилась драться, но та лишь промчалась мимо. Почти сразу хлопнула входная дверь — игнитка покинула дом, замотав голову шалью.

Бетель отошла от окна и хмыкнула с непривычным холодком:

— Так ей и надо. Никто не смеет обижать нашу госпожу-зануду. — Она приобняла Эрезу за плечи и засмеялась, когда та пихнула её в бок.

Я подобрала с пола обугленный хвостик ленты, с благодарностью погладила. Хорошая вещица. Жаль, что второй раз на один фокус не поймать. Теперь эта гадина придумает что-то ещё.

Эреза вытерла подозрительно покрасневший нос. Посмотрела на меня:

— Я так понимаю, она что-то пыталась сделать с твоими вещами? Неужели кража?..

— О, нет. Вряд ли мои вещи для неё представляют ценность. Так что не кража, а всего лишь порча имущества. Она порезала мою одежду.

Эреза прижала пальцы к вискам. Поникла, будто лишённое полива деревце.

— Боги… Я должна была это остановить. Прости, — сказала она слабым голосом. — Я не справилась со своими обязанностями, а пострадала ты. Может, она не так уж и не права насчёт меня.

— Эй! — вскинулась Бетель. — Ты что говоришь такое?! Я же сказала, никто не смеет тебя обижать. И ты в том числе. Да без твоего присмотра я бы уже раз десять на том свете оказалась! Помните перегонный куб? Я не говорила, но он взорвался на пустыре среди ночи. Прихожу утром, а его просто в пыль разнесло… Если бы ты не запретила поставить его в комнате, меня бы тут с вами не было. Так что давай, прекращай слушать глупых людей и слушай умных.

У территки вырвался смешок. Она вытерла глаза и вздохнула, глядя на меня.

Я погладила её по плечу. Вот уж не думала, что наша староста так расклеится. У Нарелии прямо талант находить самое больное место и дубасить прямо в него.

— Не хотела никого вмешивать, — сказала я, чтобы успокоить Эрезу. — Это моя проблема, а не ваша. Так что и винить себя не в чем.

Девушка покачала головой. Она пыталась казаться невозмутимой, но нервозное беспокойство хорошо ощущалось даже на расстоянии.

— Нарелия задирает нос только потому, что из сильного рода, вот и всё, — пробурчала Бетель. — А без него пустышка. Бабушка говорит, она всегда такими были. А когда её дядя женился на де Блас, вообще от земли оторвались.

— Ты не обязана её любить, но не надо перевирать факты, пожалуйста, — возразила Эреза. — Она очень способная игни, даже лорд Морнайт это признаёт. Будь она пустышкой, то не выиграла бы Состязания равноденствия прошлой весной.

Слова Нарелии ещё звенели у меня в голове.

Ты — позор Игни.

Ты даже на элементарный щит не способна!

Брошенные в пылу ссоры фразы жгли не хуже калёного железа. Разумеется, я отставала от тех, кто не просто обогнал меня на целый год, но и жил в мире магии с самого детства. Видел, как управляли даром родственники, читали книги о нём.

Умом я понимала, что не обязана быть на том же уровне. Но острое чувство недостаточности не так просто унять. Недостаточно образованная. Недостаточно изящная. Недостаточно разбираюсь во всём том, что для них — самая обычная жизнь.

Бельмо на глазу, сучок на обструганном бревне.

Хотя бы в магии я должна достичь их уровня.

— Состязания? — спросила я, наливая Эрезе воды из графина. — Расскажите-ка поподробней.

Глава 15

«Одна лишь мысль может быть подобна искре, упавшей в солому» — говорилось в одной из тех книг, которыми лорд-декан пичкал меня на завтрак, обед и ужин. До чего