В джазе только хулиганы - Dragonfly

это супер редко и без предупреждения, чтобы на Элю не напороться. Или, как в среду, на конкурсах, если Эля сама туда заявится… Только ты меня не предавай! Не дай Эле понять, что я с тобой о ней говорила… я просто сама иногда устаю от её поведения. Все устают, особенно Кирилл.

16:20 А почему бы ему не сказать ей прямо, чтобы она не питала надежды? Ведь это нечестно, водить девушку за нос!

16:20 Он говорил:(

Оу… Самый грустный смайлик, что я когда-либо видела.

16:21 И это, Ра, ты не подумай… я на него видов не имею. Я вмешиваюсь, потому что мы последний раз в поездке выпили. Много выпили. И он попросил на неё повлиять. Мы тут затеяли круговую поруку…

— Жень, давай на сегодня закончим. Иди сегодня пораньше, маме передавай привет. В следующий раз с этих же упражнений начнём.

Я вынырнула из экрана, потерянно наблюдая, как мальчик упрыгал к вешалке, стянул с неё куртку с мешком для сменной обуви и собрался выпорхнуть за дверь.

— А обувь переодеть?! — строго крикнула вдогонку Надин.

— Ай, — он нагнулся и схватил свои ботиночки, с которых капал растаявший снег. — В коридоре переобуюсь. До свидания, Надежда Дмитриевна!

— До свидания…

Вот это скорость самоликвидации! И… мне же не послышалось?! Малец только что удешевил элитарный образ преподавательницы мещанским заезженным именем? У-у-у… Внутренняя дверь громко хлопнула, снаружи скрипнула металлическая. По моей спине под шёлковой бежевой блузочкой принялись расползаться мурашки.

— Чего это с тобой, Регин? — Надин тут же развернулась на стуле в мою сторону и процедила серьёзно уже привычно алыми губами: — То шутки шутишь, улыбаешься, то брови хмуришь?

— Настраиваюсь на продолжительную усердную работу, — нашлась я и отложила телефон.

Неоднозначные получились новости. Хорошо, что Кирилла ничего не связывало с другими девушками в коллективе. Но должного облегчения от этой новости я почему-то не испытала…

— Это правильно. Флэшку мне сюда. Тексты песен с собой. Вставай к пюпитру*, — я согласно кивнула, не решаясь переспросить, что за «пипидр», и вдруг, медленно похолодев, осознала, что забыла распечатать тексты… — Для кого так вырядилась хоть? Для меня, надеюсь?

Нервно сглотнув, я ещё раз кивнула и улыбнулась дрожащими губами.

— Ну, признавайся, — весело кивнула Надин, поднявшись из-за пианино, и направилась на громких каблуках к той потаённой дверце. — Забыла распечатать песни? Смотрю, даже сумки у тебя нет с собой!

Я задержала дыхание и стыдливо поджала губы.

— Я бы удивилась, если «НЕ» забыла, — насмешливо скривилась она и открыла створку.

За ней оказались глубокие полки со старыми магнитофонными кассетами, папками с бумагами и слабо блестящими статуэтками, которые мне не удалось разглядеть за фигурой преподавательницы.

— Песни хоть на флэшку скачала?

— Да.

Надин вытянула одну из папок, отмахиваясь от облака пыли. Покашляла, закрыла шкаф и грозно направилась в мою сторону. Она имела право злиться… Через мгновение толстенная кипа с грохотом приземлилась на журнальный столик, заставив меня скукожиться ещё до начала непосредственного пения и ловить пластиковый стаканчик.

Повезло, что не опрокинулся…

— Ищи свои песни! А я пока тебе проведу вводный инструктаж. И профилактический заодно, — пожарная безопасность? — На мальчиков роток не разевай, вместо макияжа лучше потрать час на репетицию, — пренебрежительно ухмыльнулась Надин Дмитриевна.

Я, тут же предпринявшая попытку натянуть край юбки пониже, наверное, побагровела, до оттенка ковра под моими тапками, и понуро уткнулась в папку.

— Надеюсь, мы друг друга поняли. Успех любого вокалиста складывается из двух составляющих: направление, которое задаёт преподаватель, и действия ученика. Не «желание», а конкретные действия. Это железобетонно. Я свои пятьдесят процентов прохожу добросовестно. И, если я замечу, что трачу время впустую на такой безнадёжный случай, как ты, прощальных церемоний устраивать не стану. Отошью по телефону, как любовник с сайта знакомств!

Я не то, что не знала, как отшутиться… я разучилась дышать.

— Сразу развенчаю мифы из интернета. Ни за месяц, ни за два ты петь не научишься, как вам обещают вшивые звездёнки, продающие онлайн-курсы. На большие результаты не замахивайся. В твоём возрасте начинать, считай, что на пенсии… Если метишь на телепроекты… чего греха таить, чтобы туда попасть, уметь петь совсем не обязательно… нужно иметь неограниченный денежный ресурс, либо друзей-бандитов из девяностых, но я сомневаюсь, то у тебя такие есть… ну либо расплачиваться пилоткой!

Мне стало прохладно в полости рта: я его разинула и никак не могла поверить, что Надин Дмитриевна говорит это вслух. Но из-за затянувшейся паузы пришлось сглотнуть слюну и дать ей понять, что на телевизор я не собираюсь. Оставьте мою пилотку в покое!

Я потеряно помотала головой.

— Далее. На твоём месте я бы цеплялась за любую возможность улучшить свои голосовые возможности. Никакой острой еды, семечек, не дай Божé тебе сосать леденцы, — я чуть не икнула. — Как можно меньше сладкого, газировки. При любых обстоятельствах под угрозой смертоубийства воспрещено пить алкоголь, курить всё, что дымится, употреблять то, что нюхается… это, я надеюсь, ясно?.. Всё вышеперечисленное сушит голосовые связки и превращает их брюзжащие отходы твоего жалкого вокального существования!

Офигеть!!! Газировка?! СЕМЕЧКИ?! Да видела бы Надин, какой джингл бэлс происходил в прошлую субботу в караоке! А… а… конфеты с коньяком для соколика? А их вот это: «Выпили в поездке. Много выпили»?! Да они на моих глазах всосали два пузыря! Даша опохмелялась до самой среды!

— Ты меня поняла или нет?

Я резко кивнула, смотря прямо в каре-зелёные прищуренные, как у коршуна, глаза.

— Обернись.

Изумлённо моргнув, я осторожно послушалась, будто упущенная из виду Надин Дмитриевна могла на меня наброситься и надавать чайником по башке…

Стена над диваном была вплотную увешана дипломами.

— Чью фамилию видишь?

— Уштакова Надин Дмитриевна…

— Не мою! На учениц смотри!

— Б-баршина Екатерина…

Катя из австрийской консерватории… я поняла! Пожалуйста, не бейте! Я ещё так молода!

— Во-о-от! Посчитай на досуге, сколько раз её наградили, — гордо дёрнула Надин Дмитриевна крючковатым носом, склонившись ближе и тыкнув пальцем в гран-при. — Всегда помни, кому это место принадлежало до тебя, Регина! И больше… не смей забывать дома тексты!

Преподавательница зло отряхнула складки на своей юбке. Выхватила у меня из рук папку и шумно отлистала пару страниц. Затем облизала указательный палец с блестящим синем ногтем и нырнула в один из файликов.

— На! Бездарность! К пюпитру!

❤❤❤

«Доброе утро» Брежневой не совсем подходило под происходящее далее. Сюда бы вписался Похоронный марш!

— Регина-а-а-а! Мать твою, — снова зарычала Надин. — Открой рот! Шире! Шире… — словно услышав мои молитвы, Боженька заставил стихнуть эту омерзительную песню в колонках. — Стоп! Ещё