Когда грянет шторм - Эмери Роуз Эндрюс

Я приподнял край ее черной майки, не сводя с нее глаз. Она облизнула припухшие от поцелуя губы, тяжело дыша. Задрав ткань, я прикусил нижнюю часть ее груди сквозь тонкий материал белого топа. Шайло выгнула спину, впившись ногтями мне в плечи. Я втянул в рот сосок, массируя ладонью другую грудь. Она переместила руки мне на затылок, теребя мои волосы пальцами, пока я покусывал и посасывал ее сосок. Крепче обхватив меня ногами за талию, Шайло качнула бедрами.

Я отпустил ее грудь и поцеловал в губы, затем отстранился, чтобы посмотреть на нее.

– Броуди… – прошептала она.

– И где же твой обещанный ужин?

На мгновение она уставилась на меня, затем округлила глаза.

– О черт. Я забыла про джамбалайю. – Она оттолкнула меня, соскользнула со столешницы и ринулась к плите, размахивая передо мной деревянной ложкой. – Если она подгорит – твоя вина.

– Разве я виноват, что ты не можешь держать свои руки подальше от меня?

Шайло фыркнула.

– О, да брось. Ты ничто по сравнению с моим большим мальчиком.

Что ж. Она сама напросилась.

– Твой большой мальчик так же тебя целует?

– Я беру своего большого мальчика в рот и посасываю его. Нежно и усердно. – Шайло подмигнула мне.

Черт. Она дразнила меня, и у нее это получалось. Мой член дернулся в знак признательности.

– Чем еще ты занимаешься со своим большим мальчиком?

Ничего не ответив, она отвернулась от плиты и подтолкнула мне тарелку.

– Вот твой ужин, Ковбой. Ешь.

– Мы будем есть на веранде.

– Как пожелаешь. – Она сделала небольшой реверанс. – Я в твоем полном распоряжении.

Как бы мне этого хотелось. Но вряд ли это возможно. В этой девушке слишком много пыла, чтобы находиться у кого-то на побегушках. Меня это устраивает. Мне нравилось принимать вызов.

Я вынес пиво и тарелку с едой на крыльцо. На улице было прохладнее, чем в доме, воздух благоухал сосной и можжевельником, последние лучи вечернего солнце опускались за озеро, окаймленное кипарисами. Оно было небольшим, занимало всего два акра земли, но вода в нем плескалась прохладная и кристально чистая.

Черт, я испытывал голод, и не только по еде. Столика на веранде не оказалось, так что я поставил пиво на подлокотник кресла и, не дожидаясь Шайло, попробовал джамбалайю. Она оказалась восхитительна на вкус. Даже очень.

Из портативных динамиков на кухне раздалась музыка в стиле ритм-н-блюз. Дверь с сеткой захлопнулась, и Шайло присоединилась ко мне, сев в соседнее кресло и поджав под себя ноги.

– Я забыла добавить креветки, – сказала она, поднося ко рту вилку с джамбалайей. Она снова собрала волосы в хвост, обнажив шею, отчего ее высокие скулы стали более выразительными.

– И хорошо. Иначе все испортилось бы. Это и так вкусно.

Шайло ухмыльнулась.

– Я наложила тебе подгоревший рис со дна кастрюли. Это меньшее, что я могла сделать.

Я посмеялся над ее дерзостью. На мой взгляд, блюдо не казалось подгоревшим. Мы ели молча, она не пыталась поддержать беседу, за что я был благодарен. Закончив трапезничать, я отнес наши приборы и тарелки на кухню, отказавшись от ее предложения помочь. Вымыв посуду и убрав остатки еды в холодильник, я взял еще два пива и присоединился к ней на крыльце. Шайло убрала ноги, чтобы я мог пройти, затем снова положила босые ступни на перила и поблагодарила меня за пиво.

Когда она заметила, что я наблюдаю за ней, то обхватила горлышко бутылки губами и пососала ее. Иисус Христос. Она рассмеялась своим непристойно сексуальным смехом, который только ухудшил мое положение. Я поправил джинсы, чем заставил ее еще сильнее рассмеяться.

– Ты выглядишь слегка возбужденным и взволнованным, Ковбой.

– Не. Я спокоен. – Я отхлебнул пива и положил ноги в ботинках рядом с ее на перила. – А что такое? Ты возбуждена и чем-то обеспокоена?

– Спокойна как удав. – Наступила тишина, и я почти слышал, как крутились шестеренки в ее голове. – У меня есть к тебе предложение.

Я усмехнулся про себя. Складывалось ощущение, что я знаю, о чем пойдет речь.

– Какое?

– Я передумала. Насчет легкой интрижки… секса без обязательств… думаю, это именно то, что мне сейчас нужно.

Я посмотрел на нее.

– Так ты хочешь использовать меня для секса, пока находишься здесь? – Шайло кивнула с улыбкой на губах. – Хочешь сэкономить на батарейках?

Она рассмеялась.

– Возможно. Но разве это не звучит как отличный план? Я стану твоей на все оставшееся время здесь. Ты просто должен пообещать, что не будешь ни с кем другим, потому что я не приемлю подобное. Когда наступит время уезжать, мы оба вернемся к нашей обыденной жизни. Без обид и сожалений. Как тебе идея?

– Слишком хороша, чтобы быть правдой.

– Дареному коню в зубы не смотрят.

Я рассмеялся. Эта девушка. Она обескураживала меня. Я не мог понять ее. В отличие от лошадей. Люди сбивали меня с толку. Слишком много противоречивых поступков. Слишком много скрытых мотивов.

Шайло явно хотела от меня чего-то помимо секса. Я еще не до конца разузнал, зачем она приехала сюда и что ей нужно. Но оставался лишь вопрос времени, когда правда выйдет наружу. Как и всегда.

Я похлопал себя по коленям, проверяя, как далеко она зайдет, чтобы получить желаемое.

– Иди сюда.

Она вздернула подбородок.

– Я не подчиняюсь приказам мужчин.

Я удивился.

– А я ни за кем не бегаю. – Я допил пиво и поставил бутылку на перила, затем встал. Пора уходить. – Спасибо за ужин. Еще увидимся, Шай.

– Подожди. Ты уходишь? Так просто?

– Ты знаешь, где меня найти, – бросил через плечо.

– Броуди.

Я остановился у подножия лестницы и обернулся, чтобы посмотреть ей в лицо. Она стояла на верхней ступеньке, свет фонаря позади нее создавал вокруг нее ореол. Шайло суждено находиться в центре внимания. Ей было суждено стать звездой. Только дурак бросил бы ее. А я как раз и был дураком.

– Безопасно ли купаться в озере?

Я не ожидал такого вопроса.

– Да, вполне.

Она посмотрела через мое плечо на ряд деревьев.

– И это частная территория, верно?

– Никто не придет на мое ранчо и не сфотографирует тебя, если ты это имеешь в виду. – Шайло кивнула. – А что? Подумываешь искупаться?

Она коварно улыбнулась мне.

– Вообще-то, да. Луна здесь светит красиво и ярко.

Я прищурился.

– Хочешь поплавать ночью?

– Мммм. – Она выключила музыку на телефоне, и воцарилась тишина. – Под луной и звездами. Спокойной ночи, Броуди.

Я