Как во сне - Юлия Резник

– Кстати, чуть не забыла! Мне на девятое и десятое нужны отгулы, – отмахнулась я.

– Зачем?

– Братья подарили билет на концерт. Я никогда не была в Белграде, хочу воспользоваться случаем и посмотреть город.

– Какой еще концерт? – сощурился Калоев. Я хорошо знала этот его взгляд. Взгляд даже-не-думай. Точно таким же с разным успехом пользовались мой отец и братья. Наверное, тут не нужно объяснять, да, почему я напряглась?

– Джареда Лето. Я его фанатка. Ты не знал?

– Фанатка? – ошарашенно переспросил Эльбрус, будто, завоевав все более-менее серьезные чемпионские титулы в боксе, он до сих пор не сталкивался с этим словом.

– Еще какая! Ты его видел? Он офигенный!

– Ну, знаешь ли, мне трудно судить.

Я закатила глаза. Еще бы. Это же Эльбрус!

– Так ты дашь мне отгул? Ну, или я могу оформить отпуск за свой счет – как скажешь.

– Не следует с этим спешить…

– С чем – с этим?

– С решением куда-либо ехать.

– Ты не понял, – напряглась я. – Все давно уже решено. У меня билеты куплены.

– Я правильно понимаю, что речь идет о концерте, где слэмит стотысячная толпа оголтелых фанатов?

– Ой, ты тоже запариваешься по безопасности? Перестань. Все будет нормально.

– Ты не можешь быть в этом уверена.

– Почему же? Это звезда первого эшелона. На подобных концертах беспрецедентные меры безопасности, – запальчиво затараторила я, расчленяя ложкой «Наполеон». Что-то подсказывало, что в лице Калоева я заимела себе геморрой. Не надо было ему говорить про концерт. Вот не надо было! Но я-то думала, что отрицательный тест убережет меня от этой пещерной гиперопеки, но где там!

– Я попрошу тебя никуда не ехать.

– Прости. Но это вопрос решенный.

Калоев стиснул зубы, глядя на меня… задумчиво и одновременно с тем зло.

– Я могу просто не подписать твой отпуск.

– Жаль. Мне нравилась моя работа, – взвинтила ставки я, отставляя тарелку с вставшим поперек горла тортом.

– Вот, значит, как?

– Вот так, да, – кивнула, решив, что он реально может катиться к черту со своими угрозами. Во-первых, я не беремена. Во-вторых, даже если бы я была, это, в конце концов, всего лишь концерт. Пропусти я его, уверена, что через неделю Эльбрус найдет куда еще меня не пустить. И буду я до самых родов куковать дома.

– Тогда я поеду с тобой.

– Что-о-о?

– Я составлю тебе компанию на концерте. У тебя же два билета, я правильно понимаю?

– Откуда ты знаешь? – насупилась я.

– Догадался. Когда вылет? Это сколько всего? Три дня? Надо подумать, как перекроить график и…

И решить, что делать с Риммой. Он не договорил, но это и так было понятно.

– Воу-воу. Подожди. Я думала позвать с собой свою бывшую соклубницу. Они туда переехали с мужем.

– Уля!

– Что?

– Я пошел тебе навстречу. Пойди и ты мне. Нам трудно придется без взаимных уступок. Ты же умненькая девочка, все понимаешь, так?

Закусив губу, я опустила взгляд на пальцы ног и все же нехотя кивнула.

– Вот и славно, – не без облегчения в голосе подвел итог Калоев.

– И все равно я не беременна.

– Хорошо. Давай в этом убедимся, и тогда…

– Тогда я смогу делать все, что взбредет в голову?

Мысль, что я сама по себе не имею для него совершенно никакой ценности, была понятной, но оттого почему-то не менее обидной. Губы дрогнули, выдавая мои эмоции с потрохами.

– Боюсь, нет. Я теперь за тебя всегда буду переживать, – проходя мимо, Эльбрус будто вскользь коснулся моей щеки пальцами, я задрожала, он уловил мой трепет и притормозил, пропуская тот сквозь себя. Аа-а-а! Это было так интимно, так… невероятно, мамочки!

– Ты вообще когда-нибудь был на подобном концерте? – промямлила я отстраняясь.

– Если считать Шер. После очередного боя в Вегасе. Она выступала в одном из казино.

– Так это другое, – разочарованно отмахнулась я. – Там же масштабы совсем не те… – развела руками.

– Ну, вот и посмотрим.

– А как же Римма?

– А что она? – переспросил с холодком в голосе.

– Если с ней что-то случится?

– Не случится. Я и раньше уезжал в командировки.

– Это другое. Уверен, что сможешь себя простить, если…

– Что ты мне предлагаешь? – рявкнул. – Разорваться?

– Нет! Мне вообще не нужна нянька. К тому же я не хочу чувствовать себя виноватой, если что-то случится с твоей женой, а ты не окажешься рядом! – заорала в ответ и я.

– Ты вообще не должна вины чувствовать, – сдулся Калоев. – Какой с тебя спрос? Я взрослый мужик, Уля. И ответственность свою понимаю. Сейчас Римме я уже ничем не помогу. А помочь тебе мне вполне по силам. К тому же мне, может, больше тебя нужны эти три дня.

Если бы не эта неожиданная оговорка, я бы, вероятно, еще с ним поспорила, но тут не повернулся язык.

Я кивнула, обозначая тем самым, что приняла его аргумент. И на короткий миг утешающе коснулась рукава его поло.

– Спасибо.

– Не за что. Пойду я, раз все решено, перед отъездом надо кучу дел переделать.

– Мне тоже теперь придется попотеть, перенося твои встречи.

Эльбрус усмехнулся. Набросил на плечи черную парку с белой опушкой по капюшону, которая ему очень шла. Я попыталась вспомнить, отмечала ли это раньше? Как ему идет черный цвет, насколько у него белые зубы и густые волосы? Везде.

– О чем ты сейчас подумала? – сипло спросил Эльбрус, видно, считывая мои реакции. Стыдно-то как! Я зарделась и, конечно же, соврала:

– Ни о чем таком! – и чтобы поскорей сменить тему, добавила: – Я тебе скину номер рейса и название гостиницы.

– Хорошо, – припечатал взглядом. Он всегда так смотрел? Так смотрел, что тонешь… Нет-нет-нет, боже, я не хочу, только не это, блин!

Хорошо, что он практически тут же ушел. Иначе я бы точно опозорилась. Вот и как после такого не начнешь верить во всякие эзотерические бредни о том, что связь с первым мужчиной какая-то особенная, когда именно после нее у меня и произошел этот сдвиг? Какой? По фазе, блин. Как еще можно охарактеризовать тот факт, что