Тайный враг для попаданки - Алина Углицкая

– И что это значит?

Я немного воспряла духом. Драмиэль все же сумел позаботиться обо мне! Пусть даже ничего не сказал.

– Это значит, что допрос мы все-таки проведем, – сказал за лису блондин и припечатал меня испытующим взглядом. – Но будем полагаться на ваше честное слово. Постарайтесь, чтобы ваши показания совпадали с показаниями других свидетелей.

У меня от его взгляда мурашки поползли по спине. Но конец тирады едва не заставил захлопать в ладоши от радости.

Ура, мои мысли не будут читать! Никто не узнает мою маленькую… или не маленькую тайну. А вот я, наоборот, расскажу все, что видела. Ничего не стану скрывать.

Через полчаса я вышла из кабинета с чувством выполненного долга. Разговор был долгий и сложный. Меня подвергли не просто допросу, а перекрестному. Видимо, дознаватели решили отыграться за то, что не могут прочитать мои мысли.

Однако я была рада. Драконья кровь оказалась не только проклятием, но и защитой. Эта новость меня успокоила, так что под конец я уже вообще не нервничала. А сейчас испытывала облегчение и немного злорадства.

Облегчение, потому что наконец-то смогла рассказать обо всем, что случилось возле оранжереи, разумеется, кое о чем умолчав. А меня никто не перебивал и не обвинял. Зато внимательно слушали и что-то записывали.

А злорадство, потому что я и Эльзу не обошла стороной. Рассказала про ее планы по проникновению в оранжерею, про маготмычку и про то, как графинька загадочно испарилась.

У меня была цель отвести от себя внимание дознавателей и покинуть им подходящего подозреваемого. Может, и не слишком благородно, но Эльза сама напросилась. Покрывать ее у меня нет желания. Если она невиновна, то ей нечего бояться.

– Все в порядке? – спросила госпожа Гилли, увидев, как я захлопнула дверь, замерла и подняла глаза к потолку.

– Ага, – я широко улыбнулась.

– Вот и славно.

В коридор я вылетела как на крыльях. Чувство было такое, будто сдала сложный экзамен. Едва не танцуя от счастья, направилась к лестнице.

Но там радость моя слегка поубавилась, потому что навстречу мне поднималась Эльза в сопровождении двух подпевал.

Вид у нее был бледноватый. Взгляд взволнованно бегал, а руки мяли ткань юбки.

Она прошла мимо меня без обычных окриков и придирок. Будто вообще не заметила.

Я удивленно остановилась и посмотрела ей вслед.

Неужели, правда, в чем-то виновна? Иначе с чего ей так нервничать…

Следом вспомнились слова ректора, что к аристократам нельзя применять ментальную магию без разрешения. Сначала королевский суд должен признать аристократа подозреваемым. А значит, Эльзу будут допрашивать, как меня. Вот если дознавателям что-то не понравится в ее показаниях, тогда они вернутся уже с разрешением…

Но раз Эльза сама на себя непохожа, значит, ей точно есть что скрывать.

Может, ее снимут с отбора? Было бы здорово. Я пока не знаю, как сама отношусь к Айзену, но такой жены ему точно не пожелаю.

Мысли перекинулись на принца.

Вот уже несколько дней его не было в Академии. Учителя рассказывали, что четвертый курс занял оборону на границе с Руртранарком. Там стояли мертвые деревни, захваченные разной нежитью. И оттуда время от времени совершались прорывы.

Вампиры не оставляли надежды сломить оборону Ленорманна, вернуть себе Оренволд, а следом за ним и другие земли.

Обстановка была сложная, но именно там тренировался выпускной курс. Для них это была “разведка боем”. Только там, в полевых условиях, можно было понять, кто чего стоит.

– Вы можете быть сколь угодно сильным магом, – пояснял нам магистр Широн, ведущий занятия по тактике и стратегии. Мы хоть и не боевики, но основы тоже учили. – Но вся магическая мощь просто пшик, если в критический момент вы испугаетесь и запаникуете. Главное оружие мага это… что?

Задавая вопрос, он скользил изучающим взглядом по нашим лицам.

Ответы сыпались со всех сторон:

– Сила!

– Магия!

– Артефакты!

– Команда!

– Нет, главное оружие мага находится здесь, – он постукивал себя по виску. – Это ясный ум и умение в любой ситуации мыслить рационально.

Ну-ну. Айзен – и мыслить рационально? Да он только и делает, что идет на поводу у своих эмоций и хотелок. Просто невыносимый тип. Как я могла подумать, что мне понравилось с ним целоваться? Пусть теперь с Эльзой целуется!

Мое хорошее настроение резко упало. Остаток дня я чувствовала себя отвратительно. На занятиях все пролетало мимо ушей, за обедом кусок в горло не лез.

Друзья пробовали меня расшевелить, но я только отмахивалась. А по-собачьи преданные взгляды Зигурта и вовсе начали раздражать.

Странный он парень. Старается быть всегда со мной рядом, помогает с учебой и все время молчит. Хотя уже все в нашей компании знают, что я ему нравлюсь.

– Тяжело, – выдохнула, глядя в так и не начатую тарелку.

Аппетит куда-то пропал, хотя за обедом я тоже почти не ела.

– Что тяжелого? – раздался над головой голос младшего принца.

Ничуть не смущаясь, Эльсанир брякнулся на свободный стул рядом со мной. Правда, вид у него был какой-то взъерошенный.

Зигурт, сидевший напротив, отвел взгляд. Арика едва не подавилась печеньем. Вокруг меня тут же образовалось что-то вроде зоны отчуждения.

И это все из-за принца.

– Да так, – я пожала плечами. – Ерунда.

Мои друзья один за другим начали потихоньку сбегать из-за стола. Даже Арика улизнула с виноватым видом, шепнув, что подождет на улице.

Предательница.

А Эльсанир продолжал сидеть рядом, потирать свои пальцы и хмуриться. Я заметила в отдалении Ирраэля и еще пару драконов из его свиты. Парни поглядывали в нашу сторону, но не подходили. Видимо, принц так приказал.

Это показалось мне странным.

– Тебя ждут, – я кивнула в сторону драконов.

– Подождут, – буркнул Эль. Затем посмотрел на меня. – Ты ничего о моем брате не слышала?

– Нет, а должна была?

– Ну…

До меня внезапно дошло:

– Ты о нем беспокоишься? Да ладно тебе, все с ним в порядке, не нагнетай.

Эльсанир покачал головой.

– Что-то не так, – сказал он напряженно.

Мое сердце забилось сильнее. Стало тревожно.

– В смысле?

– Что-то с братом.

– Он же самый сильный дракон.

– Но я чувствую, с ним что-то не так, – с нажимом повторил Эльсанир.

***

Я недоуменно моргнула.

Речь ведь о наследнике трона. С ним не может быть “что-то