Это мгновение - К. С. Отем

Мое тело дрожит, ноги и руки покалывает от напряжения и удовольствия, и я падаю на него сверху. Он мурлычет, когда я вдавливаю его в кровать, и он целует мою вспотевшую голову. Перекатываясь, я забираюсь на кровать и закидываю ногу ему на талию. Моя кровать невелика, но даже если бы она была королевских размеров, я бы все равно хотел быть прямо здесь, прямо на нем.

— Я так рад, что остался на ночь, — говорит Купер, на его губах играет усмешка. Его глаза закрыты, и он выглядит совершенно оттраханным. Ярко-розовые щеки, румянец по всему телу и красные отметины там, где я сжимал его слишком сильно.

— С днем рождения, любимый, — говорю я, притягивая его ближе и перемещая так, чтобы его голова оказалась у меня на груди, прямо над сердцем.

Играя рукой с его черными локонами, я закрываю глаза, напевая мелодию себе под нос и наслаждаясь каждой секундой, проведенной с его теплым телом рядом со мной.

— Что это за песня? — спрашивает он, его рука теребит, рисуя линии на моей обнаженной коже, мой живот трепещет каждый раз, когда он проходит ниже моего пупка.

— Always - Bon Jovi

— Хммм, — вздыхает он, —Это действительно красиво.

Его голос звучит сонно, когда я подтягиваю его повыше, чтобы поцеловать в щеку.

— Когда-нибудь я спою ее для тебя.

Он улыбается, закрывает глаза, а затем прижимается ко мне, сокращя любое пространство между нами, когда закидывает ногу на мое бедро. Я напеваю еще немного, слова песни звучат у меня в голове, пока я тоже не засыпаю.

Было уже больше десяти, когда мы наконец проснулись, нам обоим отчаянно хотелось принять душ. Я все еще прижат к Куперу, но он вырывается из-под меня и перекатывается на бок. Я делаю то же самое, так что мы оказываемся лицом к лицу.

Затем мы целуемся. Медленные, томные поцелуи. Поцелуи, которые говорят о наших чувствах так, как никогда не смогли бы выразить слова. Поцелуи, которые говорят “Ты для меня все и Я бы сделал для тебя все”. Это ленивые воскресные поцелуи, которые согревают каждый уголок моего сердца, тела и души.

— Мне нужно вставать, — выдыхает Купер мне в губы.

— Я знаю, — говорю я в ответ, неохотно отрываясь от его соблазнительных губ. Он близнец, а это значит, что сегодня не просто его день рождения, и я знаю, что у них с Кайденом планы. Они играют в пейнтбол и вместе обедают. Купер объяснил, что каждый год они по очереди выбирают мероприятие на свой день рождения, и в этом году выбор пал на его брата.

Купер потягивается, затем скатывается с кровати и натягивает вчерашнюю одежду, прежде чем взять свежую и полотенце. Моя комната находится через две двери от общей ванной, и как бы мне ни хотелось прыгнуть к нему, я отпускаю его одного, а вместо этого плюхаюсь на кровать и хватаю телефон.

Листая социальные сети, я натыкаюсь на несколько фотографий, загруженных девушкой, которую я знаю по одному из моих курсов архитектуры. Кажется, что это на вечеринке, повсюду люди, красные стаканчики и пивные бутылки разбросаны по столу перед ней, а огромный пивной бочонок отодвинут в сторону. Она сидит на голубом диване с девочкой на коленях, и они обе широко улыбаются в камеру. Я перехожу к следующему фото, и оно почти такое же, как третье и четвертое, только теперь на диване больше людей. Мое внимание привлекает пятое фото. Это селфи с той же девушкой и ее друзьями, но там, на краю, стоит Кайден. Его глаза налиты кровью и блестят, и с высокого ракурса, под которым она сделала снимок, я вижу, что его рубашка порвана. Он единственный, кто не улыбается, вместо этого его взгляд прикован к парню справа от девушки. Он похож на спортсмена, одет в рубашку поло и дорогие часы, которые видны, потому что он обнимает девушку за плечи и целует в щеку.

Чем дольше я смотрю на фотографию, тем сильнее у меня внутри зарождается незнакомое чувство. Чем больше я ее изучаю, тем больше замечаю, что с Кайденом что-то не так. Мало того, что его рубашка порвана, но когда я увеличиваю изображение, я могу разглядеть красное пятно сбоку на его шее. Как будто кто-то держал его слишком крепко или, возможно, ударил. Я со вздохом бросаю телефон на землю. Кайден для меня загадка, но как бы сильно он ни раздражал меня время от времени, я ненавижу этот потерянный взгляд, который появляется у него в глазах, как будто он безнадежен, как будто он ничего не значит.

Вскоре после этого возвращается Купер, только что принявший душ и побрившийся, пахнущий мятой и кокосом. Он садится на кровать верхом на мою талию и обхватывает мои щеки ладонями.

—Ты делаешь самые лучшие подарки на день рождения, — говорит он со смешком. —Я хотел бы подать запрос на то же самое на Рождество, Пасху, День Святого Валентина и Хэллоуин, а также на любой промежуточный день.

— Все, что ты захочешь, детка. — Купер слезает с моих колен, и я хочу притянуть его обратно, но сегодня речь не обо мне и не о том, чего я хочу. — У меня есть для тебя еще один подарок. О, и я кое-что купил Кайдену. Отдам ему позже.

— Ты это сделал? — Купер хмурит брови, натягивая носки и ботинки.

Открываю свою сумку, которая лежит рядом с кроватью, и достаю две маленькие коробочки.

— Это тебе, — говорю я, протягивая бОльшую из двух коробок Куперу.

Он медленно открывает коробочку и поднимает ожерелье, затем пропускает его между пальцами. Это полированная серебряная цепочка с шайбой. На ней выгравированы слова “Всегда и навеки” а затем “Купер и Джейми”

—Это великолепно, — говорит он, глядя на меня невероятно яркими глазами. Он прижимает кулон к губам, затем протягивает его мне. — Наденешь?

Я опускаюсь на колени на кровать позади него и надеваю цепочку ему на шею, целуя тыльную сторону, как только ожерелье застегнуто. Его кожа покрывается крошечными