Опальная жена. Пекарня на краю севера - Александра Берг

У меня осталось деньги, и я была готова потратить их на своего друга, который не бросил в трудный момент.

Когда Шторм был устроен, я решила осмотреть остальные постройки, надеясь найти что-нибудь полезное. В сарае обнаружились полуистлевшие мешки, ржавый садовый инвентарь и несколько бочек с обручами, держащимися каким-то чудом.

Вернувшись к дому, заметила ещё одну дверь с облупившейся краской.

“Должно быть черный ход” – подумала я и не ошиблась.

Узкий проход, пропахший сухими травами, вывел меня в просторную кухню. Массивная печь с закопченным нутром и паутиной трещин, занимала здесь почти всю стену. Вдоль тянулись деревянные полки, пустые, если не считать нескольких глиняных горшков и медного чайника с помятым боком.

В одном из ящиков обнаружились железные ложки и вилки, почерневшие от времени, но вполне пригодные к использованию. А в глубоком шкафу у стены нашлись пара сковородок и ножи.

"По крайней мере, готовить будет на чём," – подумала я, с каким-то странным облегчением.

Но что обрадовало меня больше всего – огромное окно, расположенное прямо напротив печи. Настоящий портал света.

За стеклом, покрытым по краям морозными узорами, раскинулись величественные горы. Хребты, подобно застывшим волнам древнего моря, уходили к горизонту, постепенно растворяясь в перламутровой дымке.

В отличие от мрачного, затхлого пространства, из которого я только что сбежала, здесь было по-настоящему спокойно. Ни тревожных шагов в коридоре, ни тяжёлого, спёртого дыхания – только умиротворяющая тишина, нарушаемая щебетом птиц вдали.

– С таким видом, я вполне смогу привыкнуть к этому месту! – твёрдо заявила я.

Вдруг моё внимание привлёк тёмный коридор, ведущий вглубь дома. Сердце снова сжалось.

Набрав в грудь побольше воздуха, шагнула в полумрак. Пройдя несколько метров, остановилась и прислушиваясь. Тишина звенела в ушах. Ни шагов, ни шорохов, ни дыхания. Но почему-то меня всё равно не покидало ощущение чужого присутствия. Словно сам дом следил за мной, изучал, решал, принять ли незваную гостью или избавиться от неё.

Я сделала ещё несколько шагов и вдруг отчётливо услышала, как за моей спиной что-то скрипнуло, но обернувшись, увидела лишь пустой коридор.

– Так, хватит… – прошептала я. – Хватит с меня на сегодня.

Вернувшись на кухню, почувствовала себя значительно лучше. Здесь было светло, просторно, а если растопить печь, то и тепло.

Подойдя к окну, положила ладони на подоконник.

– Ограничусь кухней, – тихо произнесла я.

Меня посетила странная мысль – что если дом действительно обладает сознанием? Что, если он проверяет меня, как я проверяю его? И сейчас между нами взаимное недоверие, которое нужно преодолеть.

Я решила продолжить осмотр кухни. Возле печи обнаружилась небольшая дверь, которую поначалу не заметила. Она была неприметная – того же цвета, что и стены, без ручки, лишь с небольшим железным кольцом вместо неё.

– Интересно, что там, – прошептала я наклонившись.

Лёгкий запах пыли и старого дерева защекотал ноздри. Сквозь узкое отверстие виднелась лишь непроглядная темнота.

Может, кладовая?

Я прижалась к двери и надавила. Старые петли протяжно скрипнули, дверь дрогнула и подалась на несколько сантиметров, но затем застыла, словно вросла в пол.

Пройдя к шкафу, взяла один из найденных ножей и попыталась просунуть его в щель между дверью и косяком. Клинок вошёл на несколько сантиметров, но упёрся во что-то твёрдое. Попробовала провести им вверх-вниз, нащупывая возможную задвижку или замок – безуспешно.

Меня охватило странное чувство – не просто досада от невозможности открыть дверь, но какая-то иррациональная необходимость узнать, что за ней. Словно мне бросили вызов, дали испытание, которое я должна пройти.

– Ну хорошо, – я отступила на несколько шагов, – попробуем иначе.

Разбежавшись, ударила в дверь плечом. Боль пронзила тело, я охнула, но не отступила. Снова разбег, снова удар. Дверь едва заметно подалась, но тут же вернулась в прежнее положение.

После пятого или шестого удара я остановилась. Плечо пульсировало болью, пальцы были в мелких занозах.

Глубоко вздохнув, прислонилась спиной к двери и сползла на пол.

– Знаешь, день выдался не из лёгких. Я проделала долгий путь, чтобы оказаться здесь.

После всех метаний мой голос прозвучал неожиданно спокойно.

– Не знаю, что происходит, но я – законная наследница. Без меня… – я замолчала, подбирая слова. – Без меня тут всё точно придёт в запустение. Хочешь вечность коротать в одиночестве?

Я чувствовала себя совершенно нелепо. Разговаривала с дверью, с домом…

Повисло молчание. Я прикрыла глаза и прислушалась. Казалось, дом тоже вслушивается – старыми половицами, скрипучими ставнями, потрескавшейся штукатуркой.

– Сумасшествие какое-то! – пробормотала я, помотав головой.

Решительно поднявшись и отряхнув складки юбки, направилась к выходу.

Мне необходимо было освежиться, привести мысли в порядок и перестать воображать невесть что. Дом не живой. А шаги… Рассказ капитана, подкреплённый воображением – вот и всё объяснение. Мне просто показалось. В детстве, помнится, мне тоже всегда мерещилось что-то в тенях и скрипах. Это просто игра. Сам разум играет со мной.

В этот момент что-то внутри двери негромко щёлкнуло. Я замерла, задержав дыхание. Ещё один щелчок, затем скрип… и дверь медленно приоткрылась сама по себе.

Пересохший рот наполнился горьковатым привкусом страха…

Сердце рванулось вверх, застряв где-то между рёбрами и гортанью. По спине прокатилась холодная волна, а в желудке будто разом осела бетонная плита.

– Точно сумасшествие, – пробормотала я, сглатывая вязкую слюну.

Ещё пять минут назад я с каким-то детским, почти болезненным упрямством стремилась попасть внутрь.

А сейчас… Всё изменилось в то мгновение, когда дверь открылась сама собой. Качнулась, точно приглашая войти в свою тёмную утробу.

“Так, спокойно”, – мысленно приказала я себе.

Ты не должна бояться! Ничего страшного там нет.

Сделав очередной глубокий вдох, медленно подошла к двери. Протянула руку и осторожно толкнула. Дверь легко, без малейшего сопротивления распахнулась, открыв узкую каменную лестницу, уходящую вниз. Странно, но воздух не показался мне сырым или затхлым.

Я замерла на пороге и вгляделась в зияющую темноту лестницы. В тусклом свете, проникающем из комнаты, удалось различить лишь несколько верхних ступеней, которые стремительно исчезали в непроглядном мраке. Без света спускаться туда было безумием.

Осмотревшись, заметила на полке возле печи старый подсвечник с огарком свечи.

Спичек, как назло, нигде не обнаружилось. Перебрав всё, что лежало вокруг, я с облегчением наткнулась на кресало, завалявшееся среди трутницы и других печных принадлежностей. Пальцы, непривычные к такому инструменту, неловко сжимали холодный металл. Пришлось не меньше