Грешник 2. Продолжение - Анастасия Шерр

- А ты не особо спрашивал.

Он усмехается.

- Правильно делал. Я тебя обижал?

- Если только морально.

Шамиль откидывается на сидение.

- И часто меня так клинит?

- Часто. Ты же социопат. Для тебя не существует рамок и границ.

- Это плохо?

- Да.

- А что, если я исправлюсь?

- Боюсь, этому не бывать.

- Не веришь в меня?

- Если честно, то нет.

- Тогда зачем поехала со мной?

- Потому что я умею чувствовать. Да и не хотела, чтобы ты натворил ещё больше глупостей.

- Жалеешь того охранника? У вас что-то было?

- Нет. Не было. И да, жалею. Нельзя резать людей, даже если они тебе не нравятся.

- Он влюбился в тебя. Я его понимаю.

- Ты не умеешь любить.

- Откуда ты знаешь?

- Диагноз у тебя такой.

Он усмехается, обнимает меня за талию и тянет к себе. Зарывается рукой в мои волосы, сжимает пальцы у корней, а потом нежно и невесомо целует меня в губы. Без языка и прочих пошлостей.

- Мы не одни здесь. Прекрати, - прошу Шама, глядя на его брата, сидящего спереди. Марат вроде не обращает на нас внимание, но я уверена, что слышит. Плюс водитель. Мне неловко.

- Прости за то, что изменил тебе. Зря я это сделал. Я будто в каком-то тумане был. Не соображал, что делаю. А потом когда понял…

- Прекрати. Я не хочу этого слышать.

- Почему?

- Потому что ты убил человека. Возможно даже не одного. Это не шутки. Это кромешный ужас, Шамиль.

- Всё уже прошло, Лера. Мы во всём разобрались, - произносит вдруг Марат.

- В каком смысле разобрались? Подчистили следы?

- И это тоже.

- Шамилю нужна помощь.

- Я знаю, Лера. Он сам это понимает. Дома уже всё готово.

Я не расспрашиваю, что там у них готово, а Марат не особо словоохотлив.

Шамиль молчит, запрокинув голову и закрыв глаза. Опять в наушниках. До меня доносятся звуки классики в современной обработке. Похоже, музыка его успокаивает.

А я вся дрожу. То ли от того, что он держит меня за руку, то ли от того, что пережила этим вечером. Одно я знаю точно. Шамилю нужна помощь. И помощь серьёзная. Влажным компрессом тут не обойтись. Хочется верить, что Хаджиевы считают так же.

У огромного особняка Хаджиевых нас встречают София и Надя. Вот кого я рада видеть по-настоящему. Мне бы поучиться у них и поймать свой дзен. Но пока это категорически невозможно.

Все выходят из машин, а водитель нашей, открывает дверь для нас с Шамом. Шамиль вылезает первым, я за ним. Он не подаёт мне руки, потому что нет в нём этого. Но я уже привыкла.

- Добро пожаловать, - здоровается София. – Ужин уже готов.

Надя молча обнимает меня, вглядывается в лицо, взяв за плечи.

- Не буду спрашивать как ты. Просто попытайся отключить эмоции, если не хочешь сойти с ума.

- А это возможно? – слабо улыбаюсь ей.

- Говорю тебе, как доктор. Возможно.

- И ты поможешь мне забыть?

- Забыть не помогу, а вот оставить в прошлом – да.

- Спасибо и за это.

- Добро пожаловать, Шамиль, - Надя здоровается и с ним. Он долго на неё смотрит, пока рука Саида не опускается на его плечо.

- Не надо глазеть на мою жену. Мне это не нравится.

- Вот видишь, я в этой семье не один такой, - обращается ко мне Шам.

Я с ним не спорю. Ни к чему.

От ужина Шамиль не отказывается. Садится за стол, ждёт пока присяду и я. За столом много народу, но все предпочитают молчать. Слышны лишь позвякивания приборов.

- Шамиль, - обращается к нему отец. Тот поднимает голову. – Для тебя приготовлена комната. Какое-то время ты не будешь выходить за территорию нашего дома. Тебе назначат лечение лучшие психиатры. Ты не выйдешь за территорию дома, пока не подлечишься. Лера будет с тобой. Разумеется, если она по-прежнему согласна.

- Я согласна, - произношу тихо, и Надя сжимает мою руку.

ГЛАВА 27

ГЛАВА 27

Сижу в уютном кресле укутанная в мягкий плед. Наблюдаю на спящим Шамилем. Доктор, вколовший ему что-то, сказал, что Шам проспит до утра. А что здесь делаю я? Не знаю. Мне почему-то важно видеть его. Знать, что он не проснётся вдруг и не схватится за нож. Нож, кстати у него забрали охранники. Его обыскивали, а я смотрела и думала, что моему мужу место в тюрьме, а не здесь, в уютном доме. Но он ведь Хаджиев. Для них правила и законы не писаны.

Он красивый. Даже во сне. Но это меня радует меньше всего. Больше меня беспокоит его измена. Да, у него амнезия и манная каша в голове. Но простить измену я, наверное, не смогу. На тот момент он уже знал, что у него есть жена и дети. И всё равно уехал.

То, что он сделал с той девицей… Я об этом даже думать не хочу. Вибрирует телефон и я, вытащив его из кармана, спешу к окну, чтобы ответить.

- Да?

- Привет, Лера, - это голос Андрея Лагунова – партнёра отца. Только этого мне и не хватало. Хорошо, что Шам в отключке.

- Что тебе нужно? – перехожу на «ты», уже и не помня, как общалась с ним раньше. Я помню Лагунова ещё когда училась. Он не стар, чуть старше Шамиля.

- Хотел поговорить. Встретиться и поговорить.

- Ты звонишь замужней женщине почти ночью.

- И что? Меня это должно остановить? Кстати, как там твой псих? Ты бросила своих детей ради него? Что с тобой, Лера? Я всегда думал, что трезвомыслящая девочка.

- Я должна перед кем-то отчитываться о своих поступках? Не рановато ли ты решил, что я твоя собственность? – сжимаю трубку так сильно, что она сейчас затрещит. Я знаю Лагунова и таких, как он. Им, как и Хаджиевым, всё по барабану. Они будут гнуть человека, пока не сломают.

- Что