Искра - Ребекка Яррос

— Да, но, думаю, с практикой мы можем стать ещё лучше.

— Много практики, — кивнула я.

— Столько, сколько выдержишь, — пообещал он, коснувшись губами моего носа. Потом его улыбка исчезла. — Это было… У меня нет слов. Идеально — недостаточно.

Потрясающе. Срывающее крышу. — Идеально звучит как раз.

Он поцеловал меня, держа так, словно я была для него бесконечно дорога.

— Эй? Ривер? — раздался женский голос снизу.

Мы поспешно начали одеваться, пока он крикнул: — Минутку!

Я споткнулась, пытаясь надеть шлёпанец, и Ривер едва успел поймать меня, прежде чем я грохнулась.

— Всё, чего я хотел...

— Совершенства, — сказала я, легко коснувшись его губ, когда мы наконец привели себя в порядок. — У нас оно есть. А теперь давай посмотрим, кто там.

Мы спустились по лестнице, держась за руки, и увидели на кухне миниатюрную, пышнотелую блондинку, разглядывающую холодильник. Услышав нас, она обернулась, и её зелёные глаза широко распахнулись от радости.

— О боже!

— Харпер? — спросил Ривер.

Судя по тому, как она бросилась к нему в объятия, он угадал.

Он поставил её на пол, и она тут же обняла меня с той же теплотой.

— Ты, должно быть, Эйвери! — Она отстранилась и улыбнулась. — Бишоп сказал, что вы двое буквально созданы, чтобы попасть на стену закусочной. Я Харпер, сестра Райкера.

— Стена закусочной? — переспросила я, пока Ривер обнимал меня за плечи. — Райкер?

Ривер поцеловал меня в макушку.

— Ты ещё не встречала Райкера. Сейчас он на пожаре вместе с Башем. Они ровесники Бишопа, но я учился в одном классе с Харпер. В городе есть традиция: когда хочешь заявить о вечной любви, вырезаешь имена на стене в закусочной.

Моё сердце дрогнуло.

— Наверное, это самая милая вещь, которую я слышала.

Харпер мечтательно вздохнула: — Правда… пока не случается развод или измена, и тогда какая-нибудь безумная жена не начинает срезать имена перочинным ножом.

Ривер кивнул.

— Бывает и такое. Я рад тебя видеть, Харпер, но что ты делаешь здесь, в такой глуши?

— Ну, Нокс сказал, что здесь не включены автоматы, и когда ты не вернулся, они подумали, что тебе вряд ли захочется бродить в темноте, если задержишься.

— И как ты узнала, что мы именно в этом доме?

— Да никак. Я проверила ещё четыре, — призналась она. — В общем, автоматы включены, так что можете возвращаться к… — она выразительно махнула рукой на нас — …своему потрясающему сексу.

Я закашлялась, распахнув глаза.

— Мы не…

Она отмахнулась: — У тебя футболка наизнанку. Ладно. Завтра после обеда церемония, а вечером заседание совета, так что можете резвиться сколько хотите.

Я готова была сквозь землю провалиться. Как в кошмаре, когда тебя застали в школе без одежды… только одежда на мне была, но неправильно надетой.

— Спасибо, что заехала проверить нас. Здесь кто-нибудь вообще делает доставку?

Она склонила голову:

— Может, «Магнолия» и согласится. Сказать Ноксу, что вы берёте этот дом?

— Нокс, значит? — Ривер улыбнулся.

Щёки Харпер стали ярче её красного топа. — Отвали.

Ривер расхохотался, грудь его заметно вздрогнула:

— Рад, что здесь многое не меняется. Эмми уже вернулась к Башу?

— Откуда ты знаешь?

— Да брось. Эмми и Баш — это как аксиома. Почти как ты, вьющаяся вокруг Нокса и молящаяся, чтобы он и твой брат ничего не заметили.

Харпер сузила глаза.

— Козлина. Ты в городе всего день. — Потом посмотрела на меня, на губах появилась лёгкая улыбка: — Мы с тобой будем отличными подругами. Мне нужен кто-то на моей стороне против этого типа.

Я кивнула. — Думаю, мы справимся.

Мне нравилась её прямота, то, что она не флиртовала с Ривером. Впрочем, я видела, насколько горяч Нокс, и если Ривер прав, что именно в его сторону наклонён её мир, то я её понимала.

— Скажи Ноксу, что мы берём этот дом, — сказал Ривер. — Как думаешь, у нас есть нужное число для завтрашнего заседания?

Её улыбка исчезла:

— Будет. Так или иначе.

В её взгляде было то же упрямство, что я видела в глазах Ривера за эти годы, и то же, что сверкало у Нокса, когда он водил нас по клубу. В этом поколении была сталь, упорство, которое чувствовалось одним лишь взглядом.

Я жалела любого, кто встанет на пути возвращения их команды.

Глава девятая

Ривер

Я провёл пальцами по буквам на её надгробии, чувствуя, как горе обвивает моё сердце, не заботясь о том, что прошло уже восемь лет, как мы её потеряли.

— Чёрт, как же я по тебе скучаю, — сказал я ей, а потом поднял взгляд на Эйвери, стоявшую с цветами в руках. — Она бы тебя полюбила.

— Я полный бардак.

— Ты мой бардак, — поправил я её. После того, сколько раз я брал её за последние двенадцать часов, я был почти уверен, что ей будет сложно спорить с тем, что она моя.

Она положила цветы на могилу мамы, а я поднялся, и, когда я протянул к ней руки, шагнула в них. Кладбище было тихим, умиротворённым.

— Мне жаль, что ты потерял их обоих.

— Я рад, что они ушли почти одновременно. Потерять отца в пожаре — это было ужасно, но когда через пару лет рак забрал и её… — он покачал головой. — Долгое время я думал, что проклят. Что мне просто не суждено иметь что-то хорошее.

— Ты заслуживаешь лучшего, — мягко сказала она.

— Всё изменилось, когда я увидел тебя. Злую, с растрёпанным хвостом, борющуюся с баллонным ключом и ржавыми гайками.

— Уф. Я простояла на обочине полчаса.

Я убрал волосы с её лица, радуясь, что они распущены и свободны. — Ты была прекрасна, и в тот момент я влюбился в тебя.

Её губы приоткрылись. — Потому что я не могла поменять колесо? — прошептала она.

— Потому что ты не сдалась. Шансов открутить те болты у тебя не было, но ты не сдавалась. Когда я понял, что ты воспитываешь Адди, заботишься о своём отце… в этом мире не существовало силы, которая смогла бы помешать мне полюбить тебя.

— Почему ты ничего не сказал?

— Ты не была готова, а я был напуган до смерти. Я потерял всех, кого любил, кроме Бишопа. Когда случился лесной пожар, в котором погиб отец, во мне что-то сжалось и стало ждать новой боли. Я не мог этого показывать, конечно. Весь город был в трауре, и два десятка людей остались без отцов. Индиго осталась без матери. В нашем общем горе мы просто не имели права сломаться, не тогда,