Теперь мы вместе - Кэролайн Андерсон

— Меня это вовсе не приводит в раздражение, — глухо произнес Дэн.

— Но вы бродите по дому глубоко ночью. Почему? — не унималась она.

— Представьте себе, захотел пить!

— Это я вас разбудила?

— Я не спал, — признался он. — Вам ведь тоже не спится?

— Наоборот, я спала как сурок. — Бетси поправила соскользнувшую с плеча узкую бретельку. — Но я проснулась оттого, что в моей спальне начало капать с потолка.

Дэн негромко выругался.

— И что — сильно течет?

— Не слишком, но у меня промокла кровать, и я решила вместо того, чтобы разгребать гору мебели во второй верхней спальне, лучше поспать здесь.

— Здесь? — настороженно переспросил он.

— Не беспокойтесь, я вовсе не собираюсь выдворять вас из вашей кровати. Я буду в гостиной на диване. Не думала, что это вызовет ваше недовольство, — сказала она, заметив, что его лицо побледнело и сделалось мрачным. — И кстати, о недовольстве, — добавила Бетси, повинуясь инерции охватившего ее раздражения. — Вам ведь ничто не мешает сократить ваше пребывание здесь и улететь с первым же самолетом, не так ли?

Дэн побледнел еще больше.

— Вы хотите, чтобы я уехал?

— Мне кажется, вы сами хотите уехать, — возразила она.

— Я?

— Вижу, что вы сожалеете о вашем решении отдохнуть на Капри, но если вы грустите о вашей жене, тут уж я ни при чем, — нанесла новый удар Бетси. — Кажется, из Неаполя есть дневные рейсы, так что завтра…

— Я? Грущу о жене?! — перебил ее Дэн.

— Вы до сих пор тоскуете по ней. Она все еще что-то значит для вас.

Дэн покачнулся, опираясь на костыли.

— О чем вы говорите?

— Сегодня утром вы сказали мне, что чувствовали себя свиньей, когда уехали работать в Америку, и вам трудно было вернуться. Но, по-моему, вы очень жалеете о том, что не вернулись и что развелись с ней.

— О боже! Нет, мне необходимо скорее сесть, — сказал Дэн, поворачиваясь и торопливо ковыляя в гостиную. — Если поторчу здесь еще немного, я не выдержу.

Бетси последовала за ним.

— Так, значит, все дело в вашей ноге? — недоверчиво спросила она, глядя, как Дэн опускается в просторное, обитое бежевым велюром кресло. — Зачем тогда вы говорили, что нога уже не болит?

— Нога ни при чем. Осточертело топтаться на костылях. — Он бросил взгляд на каминные часы. — Особенно если это сопровождается допросом в два часа ночи. Так вот… Я уехал в Штаты, потому что почувствовал, что начинаю задыхаться рядом со своей женой. Тяжело было оставлять Джейка, но ее я видеть больше не мог. Не дадите мне чего-нибудь выпить? — попросил он. — А потом продолжим исповедь.

Бетси принесла ему стакан гранатового сока, а себе взяла яблоко. Вернувшись, она села на диван, поджала ноги и накинула на себя плед. Было тепло, но беглые взгляды, которые бросал на нее «подследственный», постоянно напоминали о том, что ночная рубашка слишком откровенна. Бетси прокусила кожицу яблока. Она с волнением думала, что Дэн одет, мягко говоря, условно.

— Вы не хотите что-нибудь накинуть на себя? — предложила Бетси, стараясь смотреть в сторону.

Дэн покачал головой.

— У меня горячая кровь. Но вернемся к моему прошлому, чтобы поставить на этом точку. Единственной причиной, по которой мы с Кэтрин поженились, была ее беременность. Как-то ночью мы оба слишком увлеклись, и вот к чему это привело.

— Сколько лет было вашей жене?

— Девятнадцать.

— Она не захотела сделать аборт? — спросила Бетси.

— Нет, не захотела, и я тоже. Я решил, что наш ребенок должен родиться, и готов был принять на себя ответственность. Когда родители усомнились, разумно ли мы поступаем, и окажется ли такой скоропалительный брак прочным, я уверил их, что все будет хорошо. Я отказывался слушать советы и признавать статистические данные, согласно которым ранние браки часто кончаются разводами. — Дэн протяжно вздохнул. — В двадцать лет кажется, что знаешь все.

— И долго вы были знакомы перед тем, как она забеременела?

— Три месяца. Пока мы просто встречались, все у нас шло прекрасно, но когда зажили одним домом, стало очевидно, что мы несовместимы. Кэт училась на фармацевта, но ее истинной целью и единственным призванием было стать женой и матерью.

— В девятнадцать? — усомнилась Бетси.

— Представьте. И она не понимала моих честолюбивых устремлений.

— Вы продолжали учиться?

— Да, хотя в свободное время подрабатывал в закусочной для пополнения семейного бюджета. Родители, слава богу, помогали, хотя им это было нелегко. Я вел учет суммам, которые мы от них получали, и впоследствии вернул все. Когда Джейк родился, Кэт была на седьмом небе от счастья, — продолжал он, понизив голос. — Вскоре она решила, что хорошо бы родить еще одного ребенка. И побыстрее. Кэт не хотела, чтобы между детьми была большая возрастная разница.

Бетси в раздумье покачала головой.

— Ничего себе…

— И я так думал. Мне приходилось доказывать ей, что мы не можем одного-то содержать нормально, а тем более двух. Я считал, что, прежде чем увеличивать семью, надо укрепить наши отношения, но разубедить ее было невозможно. В течение следующих двух лет я очень старался, чтобы она не забеременела снова. Это стало главной моей заботой, — буркнул он. — Но Кэтрин не отказывалась от своей безумной идеи. Когда я начал работать на телевидении — на очень скромной должности, она усилила нажим.

— Решила, что теперь вам ничто не мешает иметь второго?

— Вот именно. Она стала придирчивой, ворчала по любому поводу. Забудешь какую-нибудь ерунду положить на место и… — Дэн раздраженно махнул рукой. — Она была образцовой хозяйкой.

— Вот почему вам не понравилось, когда я у вас дома стала убирать книги, — догадалась Бетси.

— Ну, конечно! Простите, я напрасно… Просто Кэтрин доводила меня до бешенства. — Он жадно допил сок. — Постоянно наша жизнь превратилась в ад. Я боялся приходить домой. Но скрывал от всех, что развод неминуем.

— Потому что все сказали бы: «А что мы говорили?»

— Да. И еще потому, что я верил в старомодные принципы — нерушимость брака, сохранение семьи ради детей, верность. Потом телекомпания, в которой я работал, предложила мне место на совместной студии в Нью-Йорке. Жена посоветовала принять предложение, а я только того и ждал. Так отчаянно хотел уехать, что мне было не до самооценки. И я не задумался, как мое отсутствие может повлиять на сына. Когда же я это понял и вернулся, Кэтрин сама заявила, что желает развестись.

Бетси была полностью поглощена импровизированным ужином.

— А сами вы не собирались предложить ей развод?