Теперь мы вместе - Кэролайн Андерсон

— Ты серьезно? — спросила Бетси, соблазненная столь заманчивым предложением, и вдруг поняла, что ей впервые с тех пор, как она начала набрасывать «Пансионат Тейна», хочется отвлечься от работы.

— Почему же нет? У тебя уже много написано впрок, ты славно потрудилась, а маленькая передышка только поможет новому творческому взлету.

Этот довод был вполне справедлив, но Бетси почему-то заподозрила, что Дэну не очень-то хочется, чтобы она слишком спешила с черновым вариантом линии Крис — Барбара. Ну уж нет! Последнее слово все равно останется за ней.

— Я приступлю к работе завтра, — категорично объявила она.

Дэн стянул через голову джинсовую рубашку и разостлал ее на камнях.

— Как хочешь, детка. — И он беспечно лег на спину.

С самого утра, после того как он, по его словам, впервые за сто лет прекрасно выспался, Дэн был милым и беззаботным. Сейчас, нежась на солнышке, он выглядел невероятно умиротворенным.

— Так почему же ты не хотел приезжать сюда? — решила немного потормошить его Бетси.

— Из-за нас. — Он сдвинул темные очки на кончик носа и многозначительно посмотрел на нее поверх стекол. — Я подозревал, что мы окажемся в постели. Понимаешь? Дело и удовольствие иногда бывают несовместимыми.

Бетси надула губки.

— И потому ты был такой нервный?

— Да, но теперь… — Он лениво вытянулся, будто сытый, довольный тигр. — Теперь я понял, что оба мы — взрослые разумные люди и вполне способны владеть ситуацией.

Бетси уткнулась подбородком в колени. Она далеко не была уверена в разумности своего поведения. Не остается сомнений, что Дэн настроен продолжать их отношения. Бетси сосредоточенно созерцала мерцающую морскую гладь. А хочет ли она сама этого продолжения?

Ей становилось не по себе при мысли о том, что их связь обречена… Оборвать опасный роман, прежде чем она всерьез привыкнет к Дэну и начнет страдать, казалось самым разумным. Так почему же она медлит? На что надеется?

— Не хочешь пойти окунуться? — спросил Дэн.

— С удовольствием! — весело отозвалась она. — Но я не захватила купальник.

— А зачем он? Отсюда тебя только какой-нибудь пограничник может увидеть, да и то в бинокль. — Дэн выразительно вздохнул. — Ну и, разумеется, я.

— А я доставлю этим удовольствие старичку?

— Какому старичку? Я еще в самом расцвете сил! — запротестовал он, делая вид, что обиделся. — Жестокая, сопливая девчонка… Почему ты не бежишь в море?

Бетси колебалась. Она вспомнила, что раньше, когда приходила на этот уединенный пляж, всегда испытывала желание снять с себя одежду и прыгнуть в воду, но никогда этого не делала. Она встала. Довольно строить из себя стыдливую фиалку.

Словно бросая самой себе вызов, Бетси бойко скинула желтый цветастый сарафан и маленькие кружевные трусики. Ведь в конце концов после этой безумной ночи никаких секретов от Дэна у нее действительно не осталось.

— О-ля-ля, — он поцеловал кончики ее пальцев. — Каждый мужчина, начиная с Адама, ценит природную красоту женского тела, а твое… Ты никогда не пробовала сниматься для журналов?

Бетси засмеялась и покачала головой.

— У меня вверху не хватает дюймов. Хотя сейчас это дело поправимое. Можно прибавить себе очарования хирургическим путем.

— Ни в коем случае! Эти две чудесные грудки как раз созданы по размеру моих ладоней, они идеальны.

— Спасибо вам, добрый господин, — сказала Бетси и вошла в воду.

— Не заплывай далеко! — крикнул Дэн спустя несколько минут. — Не забывай, что для твоего спасения мне придется броситься в море в гипсе.

Она подплыла ближе к берегу. Прохладная, кристально прозрачная вода дарила поистине райское наслаждение.

— Хотелось бы и мне присоединиться к тебе.

— В костюме Адама?

— Разумеется.

Бетси загадочно улыбнулась.

— Я тоже была бы не против.

Его откровенное восхищение раскрепощало, делало Бетси беспечной юной девушкой. Дэн заставил ее остро чувствовать радость бытия. Как хорошо быть молодой, красивой и желанной, с восторгом думала она.

Через пару минут, высоко подняв голову, она вышла из моря. Перспектива предстать перед Дэном нагой заставляла сердце трепетать, но она шествовала по пляжу почти с королевским достоинством.

— Силы небесные, — сдавленно пробормотал Дэн. — Ты делаешь из меня настоящего грешника.

— Значит, ты скоро попадешь в ад. — Бетси неспешно вытиралась его рубашкой.

— А ты плавала без купальника, когда приходила сюда с мужем? — спросил он.

— Нет. — Грациозно переступив, Бетси натянула трусики. — В этом отношении Брюс был похлеще любого пуританина.

— Поэтому он предпочитал гасить свет, ложась с тобой в постель?

— Да. Но при всем занудстве… — В ее глазах вспыхнули упрямые зеленые огоньки. — Мы были по-своему счастливы.

— Вот как? — сухо спросил Дэн.

Набросив сарафан, Бетси с фантастической тщательностью принялась расправлять каждую его складочку.

— Наверное, беда была в том, что я… влюбилась не в Брюса, а в свой идеал — воплощение верности и порядочности. Хотя муж был интеллектуалом и фанатично придерживался кодекса чести. И в юморе ему нельзя было отказать, но… — Она закусила губу. — Не хочу быть предательницей, но иногда Брюс относился к некоторым вещам слишком серьезно.

— Например?

Бетси поморщилась.

— Он высчитывал, какая у него будет пенсия, тщательно следил, чтобы мы питались только богатой витаминами пищей…

— Сколько ему было лет?

— Столько же, сколько мне — двадцать семь, когда мы поженились.

— Где ты с ним познакомилась?

— Он продавал мамин дом в Харуэлле после того, как она решила окончательно перебраться в теплые страны. Брюс был агентом по торговле недвижимостью. Коммерсант с хорошими перспективами. Симпатичный, надежный парень, на которого можно положиться во всем.

— Это естественная реакция на ветреных друзей твоей матери, — заметил Дэн, набирая в пригоршню мелкие камешки и просеивая их сквозь пальцы.

— Возможно, — нахмурилась она.

— А его правильность не раздражала тебя?

Бетси сокрушенно кивнула.

— Но только после его смерти осознала, до какой степени. А вначале я вовсе не обращала на это внимания. Меня даже забавляло, когда он делался не в меру щепетильным или начинал диктовать правила. Это было совсем не похоже на богемную жизнь, к которой я привыкла, и мне казалось, что так он проявляет свою заботу обо мне. — Несколько раз она провела массажной щеткой по влажным волосам. — Но когда он начал возражать против моих писательских занятий, это меня уже нисколько не забавляло.