Предатель. В Новый год без меня - Анна Риман

— Нет, помолвку я пока не отменял.

Слово ударило резко.

Помолвка.

Я замерла.

— Да, я помню про дату, — продолжил он. — Мы всё обсудим. Не по телефону.

Его голос стал жёстче.

— Не драматизируй.

Он замолчал, потом коротко:

— Позже созвонимся.

И отключился.

Я стояла, чувствуя, как холод медленно поднимается от живота к груди.

Слова сестры вспыхнули в голове снова:

Ты вообще знаешь, с кем ты?

Он стоял в коридоре, спокойный, собранный.

А я вдруг поняла, что знаю о нём только то, что он сам решил показать.

Глава 27

Он вышел из коридора и замер, когда встретился со мной взглядом. Не удивился. Не попытался сделать вид, что всё в порядке. Просто смотрел — долго, тяжело.

Я не отвела глаз.

— Ты слышала?

Я кивнула. Горло сжалось, пришлось сглотнуть.

— С кем ты разговаривал, Тимур?

Он посмотрел на меня внимательно, будто прикидывал, сколько можно сказать.

— Это старая договоренность, — произнес он.

Слово кольнуло.

— Какая ещё договоренность?

Он провёл ладонью по затылку.

— История, которую я собирался закрыть.

— Закрыть что?

Он шагнул ближе, но не коснулся.

— Это не то, что ты себе представила.

— А что я представила?

Пауза.

— Есть обязательство, — сказал он.

— Перед кем?

Он не отвел взгляд.

— Перед женщиной.

У меня внутри что-то неприятно осело.

— Какое обязательство, Тимур?

Он выдохнул.

— Помолвка.

Тишина.

— Ты сейчас серьёзно?

— Это было решено давно, — добавил он спокойно. — Без всей этой… романтики, если ты об этом.

— То есть вы… вместе?

— Нет.

— Встречаетесь?

— Нет.

Он говорил коротко, без лишних деталей.

— Тогда что это? — голос у меня стал ниже.

Он чуть сжал губы.

— Формальность. Семейная история. То, что должно было случиться.

— Должно было?

— Так решили.

— Кто?

Он не ответил сразу.

— Это не отношения, Алина. Это договоренность.

Я почувствовала, как у меня начинают холодеть пальцы.

— Но слово «помолвка» никуда не делось.

— Это не так просто, но я всё решу, — заверил он.

Я медленно выпрямилась.

— Когда ты собирался мне об этом рассказать?

Он не отвернулся.

— Я хотел сначала всё решить.

— То есть после? — уточнила я. — После того как я уже поверю, что мы… — Я недоговорила.

Он сделал шаг ко мне.

— Я не планировал тебя обманывать.

Я коротко усмехнулась.

— Ты уже.

— Я сказал тебе сейчас.

— Потому что я услышала.

Он замолчал.

— Я не скрывал этого из расчёта, — произнес он. — Это не то, что определяет мою жизнь.

— Но определяет мою, — ответила я.

Он провёл рукой по лицу.

— Это было решено давно. Без чувств. Без всего того, что ты сейчас пытаешься туда вложить.

— Тогда почему это до сих пор существует?

Он не ответил сразу.

— Потому что такие вещи не разрываются одним звонком.

Я кивнула.

— Значит, разорвешь не сегодня.

— Я приеду и всё закрою.

Я почувствовала, как в груди снова неприятно кольнуло.

— И ты собирался приехать и сказать мне: «Кстати, у меня была помолвка, но теперь её нет»?

Он посмотрел жёстко.

— Я собирался рассказать тебе, когда это перестанет существовать.

— Чтобы я не могла решить сама, хочу ли я быть частью этой истории?

Тишина.

Он не отступил.

— Я хотел избавить тебя от лишнего.

— Нет, — тихо выдавила я. — Ты хотел избавить себя от неудобного разговора.

Он дернулся, но не вспылил.

— Я собирался всё закончить еще до того, как встретил тебя.

— Но не закончил.

Он посмотрел прямо.

— Потому что такие вещи решаются не на эмоциях.

Я почувствовала, как пальцы снова впиваются в край стола.

— А со мной ты на эмоциях?

Он подошёл ближе.

— С тобой я по-настоящему.

От этого стало только тяжелее.

— А с ней? — спросила я.

Он не ответил.

И в этом молчании было больше, чем в словах.

Я потянулась за курткой. Руки не слушались, молния заела, пришлось дёрнуть сильнее.

— Ты уезжаешь? — спросил он.

Я не сразу смогла ответить. Горло снова перехватило.

— Да.

— Из-за этого?

Я кивнула.

— Я уже была в похожей ситуации.

— Но я не Марат.

От этого имени меня будто током ударило. Я сжала губы.

— Я тоже так думала, — тихо произнесла я.

Он стоял совсем близко. Его тепло проникало под кожу.

— Я сказал тебе правду, — выдал глухо.

Я посмотрела на него.

— Нужно было раньше.

Он замолчал.

Я натянула ботинки не глядя.

— Я приеду, — сказал он. — Закрою всё и приеду к тебе.

Сердце болезненно дёрнулось.

— Сначала закрой.

Он смотрел так, будто хотел дотронуться. Рука чуть поднялась и опустилась.

— Не делай этого, Алина. Нам хорошо вместе.

Я вдохнула слишком резко.

— Нам хорошо здесь. А за этим домиком у тебя невеста.

— Это не так просто.

Я накинула куртку на плечи.

— Значит, сначала упрости.

Снаружи хлопнула дверца машины. Я вздрогнула. Замерла у двери.

Он молчал.

Я вышла, не оглядываясь. Холод сразу обжёг кожу. Воздух резанул лёгкие.

Снег скрипел под ногами, я почти бежала.

В машине я захлопнула дверь и только тогда поняла, что у меня дрожат руки.

Марина посмотрела на меня внимательно.

— Всё?

Я кивнула.

Машина тронулась. В зеркале мелькнул домик и тёмная фигура у входа.

Я отвернулась раньше, чем он исчез из вида.

Глава 28

В машине было тесно от молчания. Марина вела быстро, резко перестраиваясь, будто пыталась обогнать не машины, а мысли. Я смотрела в окно на белые обочины, на редкие фонари и не чувствовала дороги. Только холод под ребрами.

— Он что… даже не вышел? — спросила сестра, не отрывая взгляда от трассы.

Я сжала ремень пальцами.

— Вышел, — сказала я. — Но не за мной.

Марина фыркнула.

— Мужики… Ладно. Ты уверена, что правильно сделала?

Я повернула голову к стеклу.

— Я не уверена. Просто не хочу снова быть «временной».

Она больше не лезла. Только иногда сильнее включала печку, будто мне могло помочь тепло.

Дома мы разошлись без сцен. Я закрыла за собой дверь, прислонилась лбом к холодному металлу и стояла так пару секунд, пока не отпустила дрожь.

Телефон молчал до вечера. Потом экран вспыхнул: «Тимур».

Я не взяла.

Через час пришло сообщение. Два слова: «Надо поговорить».

Я положила телефон экраном вниз.

Праздники прошли, как будто их и не было. Окна в соседних домах мигали гирляндами, кто-то орал тосты, хлопали петарды. У меня в квартире было тихо. Я ела с ножа сыр, пила воду из кружки и ловила себя на том, что слушаю подъезд — вдруг шаги, звонок в дверь. Ничего.

На третий день Марина спросила, не собираюсь ли я «хотя бы закрыть эту историю».