Фаворитка месяца - Оливия Голдсмит

– Какое чудо?

– Я налью воду в бак, брошу туда таблетку, и вода мгновенно превратится в бензин.

– Вы можете это делать? – спросил Дин, голос его от удивления стал очень высоким.

– Конечно, следи за мной. Дин позвал сестру.

– Эй, Шарлин! Доуб сейчас заправит свою машину водой. У него есть специальная пилюля.

Лицо Дина расплылось в улыбке, и он внимательно следил за каждым движением Доуба.

Шарлин тоже наблюдала за Доубом: он с видимым усилием нес полную канистру.

Что за шутки он задумал? Или Доуб – один из тех парней, которые пытаются показать свой ум, и теперь дразнит Дина? В Лэмсоне таких было полно. Она подыграет ему, но как всегда постарается защитить чувства мальчика. Впрочем, Шарлин была слегка разочарована в Доубе – так глупо шутить с Дином!

– Конечно, Дин, он может, он единственный в мире, кто это может делать! – Шарлин не выказала ни малейшего удивления, пока Доуб на самом деле не открыл канистру с бензином.

– Мистер, – сказал человек в комбинезоне, сделав два шага в их направлении. – Если вы смешаете бензин с водой, то не сможете выехать отсюда. Бьюсь об заклад – вы не можете этого сделать. Ставлю пять долларов.

Он стоял, засунув руки в карманы, и улыбался – в первый раз с того времени, как они затормозили у его станции.

– Речь идет не о воде, молодой человек. Это будет настоящее топливо, – сказал Доуб, наклоняя канистру и наливая воду в бак.

Дин и человек в комбинезоне открыли рты.

– О, что вы делаете, мистер! Вы испортите машину!

Доуб не обратил ни малейшего внимания на протесты незнакомца и продолжал заливать воду, потом он позвал Дина:

– Сынок, дай мне коробочку с таблетками, она в отделении для перчаток.

Дин кивнул, залез в машину и принес Доубу коробочку, тот поставил ее на крыло и открыл. И Дин, и парень подошли ближе, не спуская глаз с огромных красных пилюль. Доуб взял одну капсулу, медленно поднял ее против солнца и осторожно, как будто выполняя какой-то ритуал, опустил капсулу в бак и закрыл его.

Доуб наклонился к Дину и бросил ему ключи от машины.

– Заводи машину, сынок, а я пойду возьму пару бутылок воды. Он прошел мимо парня к автомату с напитками, а мотор закашлял и взревел.

Шарлин посмотрела на автомобиль, потом на Доуба. Она не была до конца уверена в том, что произошло. Что именно находилось в пилюлях?

– Где вы достаете пилюли, мистер? – В голосе рабочего заправочной станции звучал благоговейный трепет. Он был удивлен ничуть не меньше Шарлин.

– Я сам их сделал, – сказал Доуб, направляясь к машине с четырьмя бутылками холодной воды в руках. – Я изобрел способ превращения воды в бензин. – Доуб передал две бутылки Шарлин и Дину, третью отдал рабочему станции. – Меня зовут Самуэлс – Доуб Самоулс, – сказал он, протягивая парню руку. – Как зовут тебя?

Молодой человек пожал руку и взял бутылку с напитком.

– Эб Клун! – Эб подошел к машине. – И сколько галлонов идет на милю?

Доуб сделал несколько глотков, потом ответил:

– Гораздо меньше, чем если бы это был просто бензин. Один галлон воды с одной пилюлей равен трем бакам простого горючего. Шарлин, мы сегодня хоть раз останавливались, чтобы заправиться?

– Нет, это первый раз, – ответила она. Дин был взволнован.

– На самом деле, ни разу, – сказал он с гордостью.

– А ведь еще сегодня утром я был в Сан-Антонио.

– А из чего ваши пилюли?

– Это забавная штучка, Эб, если тебя можно так называть. – Эб Клун кивнул головой в знак согласия. – Это сделано из разного хлама вокруг дома. В них нет ничего, чего не было бы у тебя в кухонном буфете. Но больше я тебе ничего не скажу. Уже очень многие интересовались моими пилюлями, будь уверен.

– А сколько они стоят? – спросил Эб.

– Они не продаются, молодой человек. Я как раз направляюсь в одну крупную нефтяную компанию, чтобы показать свое изобретение. – Доуб отпил еще глоток и вернулся к автомату, чтобы взять новую бутылку. – Не могу тебе больше ничего сказать, но они весьма заинтересованы в моем изобретении.

– Я бы купил пару таких пилюль, если, конечно, цена была бы мне по зубам, – предложил Эб.

Шарлин наблюдала за тем, как Доуб нацедил напиток в бутылку, затем задрал голову, как будто размышляя над предложением.

– Ты обещаешь мне не пытаться скопировать рецепт пилюли? – спросил он. Эб быстро кивнул головой. – Что же, я мог бы продать тебе несколько штук по пять долларов за каждую, но не больше десяти. Нам ведь нужно еще добраться до Калифорнии, а потом до Монтаны, – сказал он, повернувшись к Шарлин и улыбаясь ей. У него была приятная дружелюбная улыбка. – Но тогда дайте напиться еще и моей собаке, ее мучает жажда.

– С удовольствием, сэр, – воскликнул Эб и, повернувшись, почти побежал к дому. – Берите хоть всю воду, – с опозданием крикнул он.

– Теперь запомни, – сказал Доуб после того, как Опрах выпил ведро воды, а сам он вручил десять капсул парню и получил взамен пятьдесят долларов грязными помятыми бумажками, – один галлон воды и одна пилюля равны трем бакам горючего, может быть, даже четырем. Но не пытайся получить больше! – Эб кивнул. – Иначе ты будешь разочарован.

Доуб приказал Опраху вернуться в машину и сел на освобожденное Дином место водителя; Шарлин опять уселась сзади. Доуб завел мотор, опустил стекло и вытянул руку. Эб пожал ее.

– Я уверен, что ты получишь то, чего заслуживаешь, – сказал изобретатель.

– Мистер Самуэлс, я так вам благодарен, как папа-то будет рад, – пробормотал Эб и отступил, освобождая дорогу.

– Не за что, – ответил Доуб. – Мне жаль, что не могу дать тебе больше.

Он завел мотор и тронулся, помахав Эбу на прощание рукой. Дин молчал недолго.

– Мистер Самуэлс, – сказал он, когда путешественники выехали на шоссе. – Когда мы приедем в Калифорнию, вы станете богатым человеком.

Шарлин увидела, что Доуб поглядел на нее в зеркало.

– Я уже богат, сынок, – ответил он, похлопал Опраха, и подмигнул Шарлин.

Шарлин проснулась рано, рядом с ней еще спал Дин, вторую кровать они не тронули. Девушка медленно поднялась, чтобы не разбудить брата, и вошла в маленькую ванную мотеля, где они остановились прошлой ночью. Простыни на кровати были чистыми и накрахмаленными, и Шарлин застонала от удовольствия, когда наконец улеглась вчера вечером. Усталые и счастливые, Шарлин и Дин уснули сразу же, Дин обнял ее рукой, как будто защищая. Проходя в ванную, Шарлин дотронулась до зеленого покрывала, жалея, что у нее в детстве не было такого же. Зеленые плотные шторы обрамляли окно. Ковер под ногами был мягкий, она чувствовала его босыми ступнями. Все было так красиво, так чисто – как комната в рекламном каталоге. Никогда в жизни девушка не жила в такой красивой комнате. За время недельного пути в компании Доуба это был уже четвертый мотель, в котором они останавливались, и Шарлин ни разу не почувствовала опасности. Бог заботился о них. Как добрый знак, в каждом номере гостиницы Шарлин находила Библию.