Стервами не рождаются - Валентина Седлова

Трубку Дмитрий снял только с девятого гудка и довольно грубо спросил, кого еще черт несет. Потом, видимо, выронил трубку из рук, в ушах Марины раздался дикий треск, и все оборвалось. Она еще раз попыталась прозвониться, но увы, ответом ей были лишь короткие телефонные гудки. Напился. И основательно. По крайней мере, при ней Дмитрий никогда не общался так по телефону с кем бы то ни было, в каком бы состоянии он не находился. В крайнем случае, просил перезвонить ему завтра.

Костик сразу заметил, что с Мариной что-то не то. Веселья в ней заметно поубавилось, и она спокойно отдала этому болтуну Славке бразды правления за столом. Словно это была его сделка, а не ее. И выглядит неважно. Да и глаза как-то подозрительно поблескивают, и носом нет-нет, да и шмыгнет. Другие-то не видят, им вообще ни до кого дела нет, кроме себя. А у девчонки проблемы, это очевидно. Улучив момент, когда застолье потихоньку стало клониться к концу, он отозвал ее в сторону и спросил:

— Что случилось?

— Да так, ничего особенного.

— Мне-то не рассказывай сказок, я же вижу, что у тебя что-то не так.

— Дима напился.

— Опять?

— Снова. Даже меня по телефону не узнал. Сейчас, наверное, дрыхнет уже беспробудно где-нибудь на полу. И еще сутки будет спать, уже проверено. А я хотела, чтобы он меня у станции встретил, а то меня развезло ни с того, ни с сего. Вот теперь и думаю, как мне быть. Позвонить что ли Юльке, напроситься к ней домой? К Диме идти не хочется. Я боюсь, когда он такой. А телефон у нас в коридоре стоит, значит, скорее всего, он в коридоре и свалился. И не обойти его никак.

— Если хочешь, поехали ко мне. Нет, на самом деле, без проблем!

— А как же твой Василий? Еще заподозрит меня во всех смертных грехах, а мне сейчас меньше всего хотелось бы объяснять кому бы то ни было, что мне в данный момент до мужчин нет ровным счетом никакого дела. Самой бы в себя прийти.

— С Васей тебе ничего выяснять не придется, он не из таких. И давай, соглашайся, сама своими глазами все увидишь. И с Василием познакомишься, он между прочим, о тебе уже много слышал, и сам не прочь тебя воочию лицезреть. Кстати, я отсюда недалеко живу, можно даже пешком дойти. А можно на троллейбусе. И на работу завтра вместе пойдем.

— Все, уговорил речистый меня, твердокаменную. Сейчас, только сумку соберу и пойдем. Да, а к столу что-нибудь купить надо? Неудобно с пустыми руками в гости ходить, я как-то не привыкла.

— Бар у меня полон под завязку, так что разве если только нарезки какой-нибудь. Васька шикарно готовит, в редком ресторане так поужинаешь. Он и работает шеф-поваром, между нами девочками говоря. Да, едва не забыл, если хочешь завоевать его расположение, купи ему сыра с плесенью. По-моему, единственная вещь, которая вызывает у него щенячий восторг. Готов есть его сутки напролет.

— А ты тоже любишь такой сыр?

— Упаси тебя Бог! Такую гадость! Кстати, нам с тобой этого сыра все равно не останется, так что можешь не переживать за свой желудок.

— Да я и не переживаю, просто мне тоже такой сыр очень нравится.

— О нет, я знаю, вы специально. Это называется «спелись заочно». Ты еще скажи, что морскую капусту уважаешь!

— Да, особенно в маринованном виде с мелко порубленным луком и с мелкой же клюквой.

— Нет, вы с Васькой меня точно с ума сведете!

Через сорок минут, обойдя все окрестные магазины в поисках искомого сыра и присовокупив к нему ассорти из сушеных фруктов и жареных орехов, от миндаля до фундука и фисташек, они уже стояли перед металлической дверью, надежно охраняющей квартиру Кости от внешнего мира. Костик поленился достать ключи, и теперь стоял, названивая какую-то одному ему известную мелодию.

Дверь открыл парень роста чуть выше, чем Марина, что-то около ста семидесяти сантиметров, с рассеченной левой бровью. Он приветливо кивнул головой, пропуская их внутрь и захлопывая за ними сразу две двери. «Как в бункере», — подумалось Марине.

— Что же ты меня, раздолбай такой, не предупредил, что у нас сегодня гости? Марина, я не ошибаюсь?

— Да, это я.

— Очень приятно. А меня зовут Василий. Впрочем, вы про меня, наверное, уже слышали от этого ежика. Кстати, вы меня не бойтесь, я не страшный. А бровь еще в детстве рассек на ринге, когда боксом занимался. Давайте, я помогу вам раздеться, а то Константина пока дождешься, от голода умрешь.

— Завязывай ворчать, а то мне впору только покраснеть и умереть от стыда за свое неподобающее поведение. Я тут иду, расхваливаю, понимаешь, твои кулинарные таланты, а ты?

Так шутливо критикуя друг друга, ребята вместе с Мариной прошли в большую комнату. Пакет с продуктами из рук Марины Василий отобрал еще в коридоре, и теперь залез в него, что называется с головой, выкладывая на стол купленные продукты.

— Вау, ты знала, ты знала! «Дор-блю»! Мой любимый!

— Извини, других сортов просто не было, даже «Рокфор» куда-то пропал.

— Ты прелесть! Я тебя обожаю! — и Василий, чмокнул совершенно обалдевшую Марину в щечку и прижав драгоценный пакет к груди, умчался куда-то в сторону кухни.

— Ну, что я тебе говорил? Совершенно помешан на своей плесени, глаза б мои ее не видели! Кстати, как он тебе?

— Классный парень!

— То-то же. А теперь давай, бросай свою сумку куда-нибудь в угол. Мы уже пришли, можно расслабиться. Кстати, переодеться не хочешь?

— А это можно? Откровенно говоря, моя юбка с колготками мне за сегодняшний день уже осточертела. Никогда не приходилось носить столько неудобной одежды, как на этой работе.

— А что ты брюки не носишь? Купи себе брючный комплект, а лучше сразу два, и не мучайся.

— Да, в ближайшие выходные пойду на рынок и куплю. Что-то у меня недосмотр по этому вопросу. Давно я себя одеждой и обувью не баловала.

— На рынок не советую, там в основном одну синтетику продают. Лучше подороже, но в магазине приобрести. И служить дольше будет, и смотрится на порядок дороже. Да и с обувью та же песня. Кстати, рекомендую «Монарх». Там даже гарантию дают и товар в случае чего обменять можно. Так вот, держи Васькин спортивный костюм, он чистый, только что из стирки. Он тебе должен быть почти как раз. В крайнем случае рукава и штанины подвернешь. И на, держи футболку. Между прочим, моя любимая. С Джимом Моррисоном. От сердца отрываю, можно сказать!

— Спасибо, ты — настоящий друг. В смысле — подруга.

— Хватит подкалывать, давай, переодевайся, а я к Ваське на кухню пойду, может быть, помогу чем-нибудь, если не прогонит. Он сейчас за твой сыр из шкурки вывернется, но какой-нибудь деликатес точно приготовит. И не один.

— Ой, слушай, а может не надо было его так напрягать…

— Да что ты, ему только в радость. Я же говорю, совершенно помешанный на готовке хлопец. Мало ему того, что он работе целый день в котлах возится, так приходит домой и еще здесь продолжает.