Скандальная репутация - Элизабет Пауэр

Кейн развернул ее лицом к себе. Она затаила дыхание. Он аккуратно взял Шеннон за подбородок и приподнял голову. Ее охватило отчаяние. Сейчас он скажет, что ей пора спать. Она не перенесет этого. Шеннон уронила голову ему на грудь и жалобно вздохнула.

— О, Кейн! Пожалуйста, не оставляй меня! Люби меня!

Он прижал ее к себе. Шеннон почувствовала, как напряглось его тело. Он тяжело выдохнул, взял ее за руку и повел за собой. Она подчинилась. Они спустились по трапу и прошли в его каюту.

Лампа отбрасывала тусклый свет на роскошную двуспальную кровать, накрытую черным с золотым узором покрывалом. Большую часть потолка занимало зеркало.

Шеннон повернулась к Кейну.

Она не знала, кто сделал первый шаг, но снова оказалась в его объятиях. Он целовал ее, а она отвечала на поцелуи. Кейн поднял ее на руки и донес до кровати.

— Шеннон, — прошептал он нежно. — Ты сводишь меня с ума. Ты всегда сводила меня с ума.

Она не знала, звучала ли злость в его голосе или нет. Она была слишком возбуждена, слишком поглощена им, чтобы думать об этом.

Он снял с нее платье, провел руками по обнаженному телу. Шеннон выгибалась навстречу его пальцам, стонала от желания. Она открыла глаза, посмотрела в зеркало над кроватью и удивленно охнула, увидев их отражение. С распущенными волосами, обнаженная, она лежала на шелковых простынях. Шеннон завороженно смотрела, как его смуглая рука гладит ее бедро. Кейн заметил ее взгляд.

— Тебе нравится видеть, что я делаю, дорогая?

— Нет. — Она боялась признаться, что ей действительно хотелось видеть это. Закрыв глаза, она полностью отдалась чувствам, вызванным его прикосновениями.

—Кейн, — прошептала Шеннон, видя, как он снимает рубашку, расстегивает ремень. Сказать ему? — Кейн, я...

— Тсс! — Он приложил палец к ее губам и склонился над ней, мускулистый, красивый. Она никогда раньше не думала, что мужчины могут быть красивыми. Симпатичными — да, но красивыми? — Неужели ты думала, что я не хочу тебя? Ты даже не представляешь себе, как я мечтал об этом.

Он продолжал ласкать ее — руками, губами, — словно хотел доказать, как сильно он ее хочет. Она снова была готова молить, чтобы Кейн взял ее. Когда он наконец сделал это, она вскрикнула от возбуждения и резкой боли, заставив его остановиться в нерешительности от неожиданного осознания происшедшего. Но было слишком поздно.

Шеннон лежала на спине, повернув голову набок — ей не хотелось видеть свое отражение, не хотелось встретить его взгляд. Она ждала, когда же Кейн нарушит молчание.

— Скажи, что мне это показалось, — попросил он, хотя не нуждался в ответе. Пятно на простыне было лучшим подтверждением его догадок. — Шеннон! — (Она свернулась в клубок, как бы защищаясь от его вопросов.) — Скажи, что мне это показалось и я не занимался любовью с девственницей.

— А что? — Она чувствовала себя жалкой и потерянной. Но Кейн увидел прежний огонек в ее глазах и слабую улыбку. — Я у тебя первая девственница?

— Да. — Он взъерошил волосы. — Это неважно. Важно, что я у тебя первый.

— Почему? — Шеннон нахмурилась. Озорной огонек в ее глазах погас. — Это так важно?

— Нет, — успокоил он ее, — просто я думал, что ты...

— Опытная? — подсказала она. — Поэтому ты ничем не воспользовался? Ты думал, что я сама о себе позабочусь? — Она не обвиняла и не упрекала, просто констатировала факт.

— Нет, но... — Он виновато улыбнулся. — Как же твоя интрижка с Маркхэмом?

.. — Не было у нас никакой интрижки. Мы встретились на одной вечеринке. Я знала, что он женат, — рассказывала она, — но он заявил, что разводится. Джейсон был очень мил, мне нравилось с ним разговаривать, потому что он меня слушал. Я не хотела связываться с ним до тех пор, пока он не разведется. Он говорил, что это вопрос двух-трех недель. Поэтому настаивал, чтобы мы не появлялись вместе на публике. Якобы чтобы защитить меня. Меня! — Шеннон усмехнулась. — Находиться дома стало просто невыносимо, поэтому, когда Джейсон предложил мне уехать на лето, я согласилась, но с одним условием — я не буду спать с ним до тех пор, пока он не получит официальный развод. Он согласился. Я удивлялась, как легко удавалось соблюдать поставленное мною условие. Я думала, что со мной что-то не так, поскольку Джейсон не возбуждал меня. Но я успокаивала себя тем, что это не важно. Важнее духовная близость, наша дружба. Со временем он стал намекать, что со мной не все в порядке. Я думала, он беспокоится обо мне, и объяснила, что волноваться не о чем, потому что я способна испытывать желание. Однажды я рассказала ему.

— Рассказала о чем?