Нежданная невеста - Мейр Ансворт

Краног резко повернулся и, топча росшие на грядках овощи, быстрым шагом пошел к калитке. Когда та скрипнула, Сара опустилась на колени и продолжила собирать клубнику. Однако сбор ягод прежнего удовольствия ей уже не доставлял. Солнце закрыли тучи, и ей вдруг стало грустно.

Набрав полную корзинку клубники, Сара вернулась в дом, вошла на кухню и поставила ягоды на стол.

– Мистер Краног помогал вам? – поинтересовалась Марта Джейн.

Сара сняла с головы шляпку и пригладила волосы.

– Нет.

– Какие чудесные ягоды! Позже из мелких сварим вкусное варенье.

Окинув взглядом кухню со стоявшими на широком подоконнике окна горшками с красной геранью, Сара ушла. Она поднялась к себе и стала переодеваться. Выглянув в окно, она вдалеке увидела быстро идущего по парку мужчину. Это был Гетин. Встречу с ним она ждала с надеждой и тревогой. Вчера, вернувшись домой вечером, Гетин не зашел к ней. Но она его за это не винила, поскольку понимала, что он занят семейными делами. Ему надо было решать с родными вопросы, связанные с их имением, в том числе и с шахтой.

Сара с неприятным чувством вспомнила недавний разговор с Краногом и причину, по которой он хотел встретиться с ней. А может, Гетин принял во внимание тяжелое положение, в котором окажутся шахтерские семьи, и изменил свое решение закрыть шахту? – подумала она.

Войдя в гостиную, девушка поздоровалась с женихом, разговаривавшим со своей бабушкой, и, наблюдая за ним, отметила про себя, что он прекрасно выглядит.

Позже Гетин повел ее в сад. Погода к тому времени окончательно испортилась. По склонам холмов полз густой серый туман, дул холодный порывистый ветер. В воздухе ощущалась влага. Сара поежилась и плотнее закуталась в шаль.

– Как быстро здесь меняется погода, – сказала она. – Днем, когда пришел Краног…

– Краног? Он что, здесь был? Что он хотел?

– Краног весьма обеспокоен твоим решением закрыть шахту.

– Ты мне нового ничего не сказала, – мгновенно помрачнев, заметил Гетин. – Я уже это знаю.

– Особенно его беспокоит судьба шахтеров и их семей.

– Вздор! Кое-кто из них будет работать у нас в имении. Ведь нам потребуется больше садовников. А потом, здесь есть пустующие фермы…

– Но шахтеров много, – прервала Гетина Сара. – Ты уверен, что им всем найдется работа?

– Сара, дорогая моя, – он обнял ее за плечи, – ты позволила Краногу переманить себя на его сторону. Ты же знаешь, как он заинтересован в этой шахте. Он готов бороться за нее всеми доступными способами. Как наш отец… – Голос у него дрогнул, глаза затуманила печаль. – Я не рассказывал тебе, что в тот день, когда он погиб, мы говорили с ним о шахте. Он обвинил меня в отсутствии к ней интереса, повысил на меня голос. С той поры я думаю, а не я ли стал виновником его гибели. Может, он был так сильно расстроен, что не удержался на лестнице и…

– Дорогой мой, – ласково произнесла Сара, – ты не должен себя за это винить. Никто не может с полной уверенностью сказать, почему это произошло.

Гетин обнял ее и, целуя, сказал:

– Сара, как только закончится траур по отцу, мы с тобой поженимся. Ты станешь хозяйкой Понтравона.

– А твоя мачеха?

– В Понтравоне хватит места для вас обеих, – улыбаясь, ответил Гетин.

– Но она же меня ненавидит!

– Сара, ты все преувеличиваешь. Она очень скоро свыкнется с мыслью, что мы муж и жена.

Долину закрыла сплошная пелена дождя.

– Нам лучше вернуться в дом, – сказала Сара.

В тот вечер в Понтравоне вновь был поднят вопрос о судьбе шахты. Клаудия от Гвиннов вернулась не одна, а с Мэри.

– Конечно, во время траура мы не должны никого у себя принимать и ни к кому ездить в гости, – заметив изумление на лице Кранога, сказала она. – Но я подумала, что будет совсем неплохо, если Мэри пару дней погостит у нас. Разве не мило с ее стороны, что она приняла мое приглашение?

– Да… очень мило, – ответил Краног и перевел взгляд на Мэри.

Та была в ярко-зеленом батистовом платье и повязанном на шее платке.

Красивая девушка! – подумал Краног. Вот только платье она надела не по случаю!

В тот вечер он внимательно наблюдал за ней. За ужином Мэри неожиданно проявила интерес к их шахте и, несмотря на хмурое выражение лица Гетина, постоянно спрашивала о ней. Со своими вопросами она обращалась главным образом к Краногу. Поначалу он спокойно отвечал ей, а потом не выдержал и довольно резко произнес:

– Мэри, что толку спрашивать о шахте, если Гетин ее закрывает? Можно считать, что ее уже нет. Давайте поговорим о вещах более… реальных.

Мэри, как видно, только и ждала такого ответа.

– Гетин! – воскликнула она. – Но это же несерьезно. Закрыть шахту! Но почему? Она же может приносить приличный доход. В крайнем случае, ты мог бы продать ее за огромные деньги.

– Нет, шахту я просто закрою. Вот так-то! – заявил Гетин.

В Мэри, судя по всему, сработала практическая жилка, которая была у всех членов семейства Гвинн.

– Умоляю тебя, пересмотри свое решение, – глядя на него широко раскрытыми глазами, произнесла она. – Ты же добровольно лишаешь себя приличного дохода.

– А этих бедных шахтеров работы, – добавила Клаудия.

Краног перевел взгляд с Мэри на Клаудию, и тут ему стало ясно, что мачеха привезла с собой девушку в качестве поддержки.

– Я не хочу об этом больше говорить, – сказал Гетин. – Решение принято, и пересматривать или обсуждать его с вами я не намерен.

– Гетин, дорогой, Мэри просто высказала свою точку зрения, – пролепетала Клаудия. – Она же естественно удивлена…

– В таком случае я прошу у нее прощения, но говорить я с ней буду о чем-либо другом.

На следующее утро дождь перестал, выглянуло солнце, окрасив холмы в бежевые цвета, а на серых веточках вереска распустились мелкие розовые цветочки.

– А не отправиться ли нам всем сегодня в горы? – спросила за завтраком Клаудия Лерри. – Это была бы приятная поездка!

– У меня дела, – сказал Краног.

– А ты не мог бы их отложить? – вкрадчивым голосом спросила Мэри.

– Боюсь, что нет.

– В таком случае нам придется ехать втроем, – скорбным голосом произнесла Мэри.

– А почему бы вам не взять с собой бабушку и Сару? – спросил Краног.

– Твоя бабушка может простудиться, – поспешно ответила Клаудия. – В последние дни погода такая переменчивая.

– Она рисковала и большим, чем здоровье, – заметил Краног.

– Втроем мы прекрасно уместимся в двуколке, – сказала Клаудия Лерри. – Поедем по противоположному берегу озера.