Найди себе мужа - Виктория Баринова

Меня бросило в дрожь от ее интонации. Что она может понимать? Не ее выставляли полной дурой на протяжении нескольких недель. Не над ней потешались в телефонных разговорах. Не она мечтала о несбыточном… Что это было? Новая забава скучающего бизнесмена? Спор? Розыгрыш? Милая шутка, которую мне никогда не понять, умом не вышла?

— Не о чем нам с тобой разговаривать! — бросила я в сердцах и вскочила на ноги, не заботясь о том, что подумает Елена да и вся компания, не заботясь вообще ни о чем.

У меня больше не было сил. Я и так достаточно долго притворялась. Лгала всем, в том числе и самой себе. Новая работа, перспективные мужчины, возможность устроить личную жизнь… Пора посмотреть правде в глаза — меня не интересует ни первое, ни второе, ни третье. Единственное, что мне нужно, это… нет, об этом нельзя. Иначе выдержка окончательно покинет меня, и я разрыдаюсь на виду у всех сотрудников.

Значит, пока есть силы, надо бежать… бежать подальше от Серхио, мимо остолбеневшей Елены, мимо Андрея Палыча, заказывавшего коктейли в баре, мимо Спешнева, который попытался остановить меня… Мимо танцующих девушек и курящих мужчин, мимо крепких, привыкших ко всему охранников… Бежать, сшибая с ног официантов и врезаясь в стеклянные двери, спотыкаясь на высокой винтовой лестнице, сражаясь с тяжелой входной дверью…

Я ощутила порыв прохладного ночного воздуха на разгоряченном лице и остановилась. Хотя выскочила я на улицу в одном легком платье, холода не почувствовала. Редкие прохожие удивленно оглядывались на меня, дорогие машины равнодушно проносились мимо. Осенняя Москва величаво взирала на меня с высоты своих мрачных небоскребов и сверкающих торговых центров…

У меня застучали зубы. Я заметно трезвела на холоде. Что я натворила, сбежав, как Золушка или карманная воровка? Машина сплетен наверняка уже заработала на полную мощь. Елена первой пойдет обсуждать это потрясающее, но непонятное происшествие с остальными… Как я в понедельник на работу покажусь?

Я прижала ладони к пылающим от стыда ушам. Призрак моего позора в полный рост встал передо мной. Дважды идиотка! Первый раз, когда влюбилась в этого юнца, и второй, когда не смогла совладать с собой… Нет, но кто бы мог подумать, что Серхио и таинственный Бочагов С.А. — одно и то же лицо?

Тут я не выдержала и расхохоталась во все горло. Проходивший мимо мужчина в теплой осенней куртке шарахнулся от меня, как от прокаженной. Представляю, что он подумал о нравах, царящих в современных клубах, когда девица выскакивает на улицу в одном платье и гогочет, как гусыня!

— Я рад, что ты смеешься, — сказал за моей спиной кто-то, и смех застрял у меня горле.

Значит, он все-таки пошел за мной, и разговора не избежать.

— Да, сегодня на удивление забавный вечер! — воскликнула я, поворачиваясь.

— Ты замерзнешь, — тихо произнес он, снимая пиджак. — На улице минус четыре.

Он кивнул на табло, вмонтированное в стену рядом с вывеской «Танцующей коровы». Я подняла глаза вверх… Кажется, все это уже происходило со мной… Помню этот подъезд с массивными прозрачными дверями, фигуру охранника, мающегося от безделья, дома, уходящие вдаль по обе стороны от клуба, узкий тротуар, заставленный машинами… Я собиралась куда-то ехать, абсолютно не помню, с кем, куда, зачем, а Серхио удерживал меня… Или я все перепутала, и на самом деле я хотела остаться, а он стремился от меня отделаться? Какая разница… Главное то, что все это уже было. И вход в клуб, и залитая огнями ночная Москва, и пропитанный гарью воздух, и дрожь в коленках, и его сосредоточенное лицо…

— Переживу как-нибудь без твоего пиджака, — ответила я непослушными, окоченевшими губами.

Он грустно улыбнулся и накинул мне на плечи теплый пиджак. Легкое, едва ощутимое прикосновение его рук, и я снова предоставлена самой себе.

— Маш, пойми меня…

— Что я должна понять? Что ты издевался надо мной все это время? Скажи, ты с самого начала знал, что я на тебя работаю?

— Д-да, — немного нерешительно кивнул Серхио.

— Может, ты специально подобрал меня тогда на остановке?

— Нет, что ты… Я только потом это понял, когда высадил тебя у здания компании.

Я вспомнила, как видела Серхио у стойки охранников, как приняла его за курьера, в то время как он… Какой же дурой я была!

— Почему ты мне ничего не сказал?

— А что бы ты обо мне подумала? — Серхио попытался улыбнуться. — Хорош директор компании на мотоцикле…

— Действительно, хорош!

— Я знаю, все кажется таким глупым… Но я не умею быть солидным бизнесменом. Если честно, «Скрепку» основал мой отец и передал мне бразды правления… В воспитательных целях… Я стараюсь, как могу… — Серхио с виноватым видом развел руками.

— Ты должен был предупредить меня… — Я запнулась. — Когда…

Когда мы как подростки целовались у моего подъезда, закончила я про себя.

— Да я давно собирался… но все как-то неудобно было… Я надеялся, что ты сама догадаешься…

— Сама догадаюсь? Как???

— Ну… ты могла бы по телефону узнать мой голос…

Я рассмеялась.

— Мне эта мысль в голову не пришла бы!

— Когда ты предложила отметить юбилей в «Танцующей корове», я был уверен, что ты все поняла.

— Этот клуб мне первым в голову пришел, когда ты спросил! — фыркнула я. — Слишком свежи были воспоминания о том, как мы здесь встретились.

— Мне следовало знать, что так все и получится, — вздохнул Серхио. — Но разве можно было предвидеть, что…

Договорить Серхио не успел. В прозрачных дверях клуба замаячил дородный силуэт Спешнева. Он близоруко щурился, разглядывая нас, и явно интересовался больше моим спутником, чем мной.

— Сергей Александрович, вас разыскивают, — подчеркнуто вежливо проговорила я, показывая рукой на Спешнева.

Серхио обернулся. Спешнев немедленно заулыбался и открыл дверь.

— Сергей Александрович, мы ждем вас, — сказал он с преувеличенной бодростью, в упор не замечая меня.

Можно было подумать, что нет ничего особенного в том, что директор компании глубоким осенним вечером разговаривает на улице со своей помощницей, которая кутается в его пиджак. Мало ли какие дела могут возникнуть у деловых людей на корпоративной вечеринке. Спешнев, как и подобает образцовому служащему, притворился, что не происходит ничего особенного. Вот у кого мне нужно было учиться выдержке…

— Мы запланировали ваше обращение к сотрудникам, Сергей Александрович…

— Да не хочу я выступать! — раздраженно рявкнул Серхио. — Оставь меня в покое со своими обращениями!

Спешнев оскорбленно раздул ноздри. При мне, я уверена, он желал быть исключительно Дмитрием Аркадьевичем. Но продолжать «выкать» после слов Серхио он, разумеется, не мог.