Наяву как во сне - Джун Боултон

Стефани, успевшая проанализировать каждое сказанное за ужином слово и полностью убедившая себя в собственной правоте, мило улыбнулась.

— На мой взгляд, замечательно. Есть будешь?

— Разумеется! — Мэтью, потирая руки, сел за стол. — Я голодный как волк! Готов умять буквально все, что не осилили вы.

Стефани довольно засмеялась.

— Пожалуйста, буду только рада. — Она наполнила кушаньями большую тарелку и, поставив ее перед мужем, села напротив.

Какое-то время Мэтью молча насыщался, потом принялся расспрашивать:

— Как Сандра себя вела? О чем разговаривали?

— Вела себя вполне прилично, разговаривали… — Стефани представила, как отреагирует на известие о том, что у Сандры нет родителей, сердобольный Мэтью, и сделала печальное лицо. — О воспитании детей, о братике Сандры, Джонни. Как оказалось, они живут с теткой… Их родители погибли…

Рука Мэтью с вилкой застыла в воздухе.

— То есть как?

— Так. — Стефани пожала плечами. — В Баварии, в торгово-выставочном центре. Крыша обвалилась.

Мэтью положил вилку на стол, медленно поднялся, засунул руки в карманы брюк и, сильно насупившись, принялся ходить взад-вперед. Стефани окинула беглым взглядом недоеденный рулет на тарелке и картофелину, к которой Мэтью не притронулся, и вздохнула.

Ну вот, подумала она с недовольством. Будет теперь нервничать, переживать, меня сбивать с толку. Но я не сдамся, ни за что не откажусь от своих планов. Главное, не подавать виду, прикидываться, что я тоже поражена и сильно девчонке сочувствую… Так надо. Ради Кристиана.

— Как же досадно, что я с ней не познакомился, — наконец проговорил Мэтью, продолжая ходить.

— Да успокойся, сядь и доешь, — сказала Стефани. — Ее родителей ведь не вернешь, какой смысл убиваться?

Мэтью остановился посреди кухни, мрачный, как грозовая туча.

— Да, ты права. Ее родителей не вернешь. — Он в глубокой задумчивости сел на место, но о еде больше и не вспомнил. — Надо же… Наш сын встречается с девушкой-сиротой, а мы об этом знать не знаем. Как мало мы друг другом интересуемся! Подумать страшно.

Стефани протянула руку и ласково похлопала его по плечу.

— Ну не переживай ты так! Тебе бы отдохнуть после переговоров, расслабиться…

— Не переживать? — воскликнул Мэтью, устремляя на жену пламенный взгляд. — Да как тут не переживать, Стеф? Мы должны окружить девочку заботой и вниманием и о братишке ее подумать. Раз уж Кристиан полюбил ее, раз она ему настолько дорога! Могли бы давно это сделать, а мы живем себе и в ус не дуем. Мне стыдно, ужасно стыдно, честное слово! — Он опять вскочил со стула и продолжил мерить кухню шагами. — Меняться надо, причем срочно, милая! Ты же сама говоришь, что Кристиан перестал с тобою общаться. А все почему? Мы и не трудимся узнать, чем он живет, кому себя посвящает. Думаем, вырастили его, материально обеспечиваем, значит, родительский долг почти выполнили.

Он остановился, вздохнул настолько тяжело, что у Стефани зашлось сердце, опять опустился на стул и заговорил с пугающей решительностью:

— Значит, так: я разберусь с текущими делами и попробую пересмотреть свой график. Заживем со следующего месяца новой жизнью. Хотя бы один день в неделю я буду полностью посвящать семье. Познакомлюсь с Сандрой, будем как можно чаще приглашать ее в гости, выезжать вместе на природу, устраивать праздники. Сколько лет ее брату?

— Пять, — ответила Стефани, уже зная, что муж сейчас разойдется.

— Господи! — воскликнул тот, хватаясь за голову. — Бедные дети! С кем они живут? Кто за ними присматривает?

— Тетка, я же сказала, — пробормотала Стефани, уже жалея, что поведала мужу о беде Сандры.

— Одна тетка? Незамужняя? — потребовал Мэтью.

— Вроде бы, но это-то здесь при чем?

— Как при чем? Одно дело воспитываться в полноценной семье, где есть мужчина и женщина, и совсем другое… — Он махнул рукой, качая головой. — Вот почему Кристиан все время у них пропадает! Сандра заботится о братике, Кристиан, наверное, ей помогает. Молодец парень, я горжусь им! Не с какой-нибудь куклой связался, а с серьезной, пережившей такое горе девушкой. — Он вдруг резко нахмурился, словно вспомнил о чем-то важном, и вопросительно взглянул на Стефани. — Теперь-то ты, надеюсь, не злишься на нее? Убедилась в том, что Кристиан по-настоящему влюблен? Успокоилась?

Стефани, как могла, естественно улыбнулась.

— Конечно.

Мэтью довольно кивнул.

— Вот и умница. — Он потер руками лицо, словно, прежде чем идти дальше, пытался снять с себя бремя былых ошибок. — Ну так как? Ты со мной согласна?

— В чем? — Стефани, думая только о том, чтобы история с Сандрой поскорее осталась в прошлом, растерялась.

— Попробуем хоть немного уменьшить страдания девочки. Порадуем ее родительской заботой — конечно, насколько сумеем.

Дурачок! — подумала Стефани. Вечно стремишься скрасить несчастье людей чужих, не понимаешь, что самое главное — близкие.

— Порадуем, — твердо сказала она, стараясь не выразить ни взглядом, ни голосом своих намерений и истинного к Сандре отношения.

— Прекрасно. — Мэтью улыбнулся утомленной, но довольной улыбкой. — Значит, решено.

Рубен позвонил в понедельник, а уже во вторник после обеда явился к Сандре с командой работников, тут же приступивших к починке и покраске забора. Сандра ждала Кристиана — они собирались вместе заняться подготовкой к контрольной по физике, — о чем немедленно сообщила Рубену.

— Сейчас мой парень придет, как раз и познакомитесь.

— Сейчас? — Рубен взглянул на часы.

— Ну не прямо сейчас. Минут через двадцать-тридцать.

— С удовольствием бы дождался его, но у меня еще куча дел. — Рубен улыбнулся дружелюбной чуть-чуть грустной улыбкой.

— Может, хотя бы выпьешь кофе? — предложила Сандра, подумав вдруг о том, не тяготят ли его какие-нибудь личные проблемы.

— Нет, спасибо. Тороплюсь. Я тебе позвоню вечером узнать, как ребята справились с работой. За старшего у них Джек, плотный такой, рыжий. Если что, обращайся к нему. Или звони мне на сотовый. План дальнейших действий обсудим по телефону.

— Ладно. — Сандра проводила его до калитки. — Удачного дня!

— Пока! — Рубен помахал рукой и зашагал прочь уверенной пружинистой походкой. А едва свернул за угол, превратился в другого человека. Ехидно усмехнулся, достал телефон и набрал номер.

— Привет, Эммочка! — поприветствовал он незамедлительно ответившую Эмму. — Не вписываемся мы в оговоренную сумму. Эти гады затребовали с меня на треть больше — пришлось доплачивать им из собственного кармана!

— Врешь ведь, нутром чую! — крикнула Эмма, туша сигарету.