Ох уж эти мужчины! - Холли Джейкобс

Он сел, Паркер примостилась рядышком.

— Ни бинокля, ни специальных приспособлений для слежки?

— В моей камере объектив с переменным фокусным расстоянием. Этого вполне достаточно.

— Вот как.

На некоторое время в автофургоне воцарилась тишина, как будто никто из них не знал, что сказать.

Наконец Джейс нарушил молчание и спросил:

— Признайтесь, почему вы все время убегаете, принцесса?

Паркер поразила прямота вопроса и то, что Джейс был третьим, кто за день спросил ее об этом. Будь это кто-нибудь другой, она бы просто не стала отвечать. Но Джейс… Она, конечно, не обязана отвечать ему, но ей хотелось… нет, ей было необходимо, чтобы он понял.

— Честно говоря, вы уже не первый спрашиваете меня об этом. Сначала моя мама сказала, что, хотя я и убежала из семьи, она надеется, что мне удастся совместить личную жизнь с королевскими обязанностями, поскольку по натуре я боец. Потом Кара произнесла небольшую речь о том, что бегать — значит убегать. Теперь вы.

— Вам следует задуматься, раз все говорят об этом.

— Глупости! Я никуда не убегаю. Наоборот, я бегу к той жизни, которая мне нужна. Знаете ли вы, как это ужасно, когда ты можешь узнать все о своей жизни из газет? Как родилась, как крестилась, как проходили дни рождения. Наверное, если бы пресса освещала только эти крупные события, я бы еще стерпела. Но журналисты не оставляют тебя в покое, если видят хоть какую-нибудь возможность повысить спрос на газеты. И по сути дела, продажа газет идет за счет копания в грязном белье известных людей.

— Что же произошло? — тихо спросил он.

Паркер не собиралась исповедываться перед Джейсом, но неожиданно рассказала ему свою историю:

— Мне было шестнадцать, я училась в школе. Моя подруга решила тайком сходить на вечеринку и пригласила меня. Перспектива провести вечер без охранников, следящих за каждым моим шагом, мне понравилась, и я согласилась. Мы вылезли из окна на балкон, проникли в другую комнату, а оттуда незаметно в коридор. Охранники, дежурившие у моей двери, ничего не заметили. На вечеринке я лишь пригубила немного вина, а подруга моя опрокидывала рюмку за рюмкой.

— А что было потом? — спросил он.

— Кто-то узнал меня. Охваченная паникой, я нашла свою подругу и практически вынесла ее из дома, так сильно она опьянела. Мы уже были близко от нашей спальни, когда нас догнал фотограф и сделал первый снимок. Подруга моя опустилась на четвереньки, и ее стало тошнить. А он все щелкал и щелкал. Что это за мужчина, который фотографирует, как тошнит девушку? На следующий день в газете появилась огромная статья с обличительными фотографиями. Из меня сделали чуть ли не распущенную пьянчужку. И это только один случай. А их было несколько. Малейшая моя ошибка мгновенно попадала под увеличительное стекло.

— И поэтому вы приехали сюда учиться и решили не возвращаться домой?

— Нет. Я все-таки собиралась поехать домой после окончания колледжа. Мои родители много сделали, чтобы оградить меня от пронырливых папарацци. Так я стала Паркер Диллон. Нормальная, обычная школьница. Слышали бы вы мои споры с отцом! Он все равно пытался приставить ко мне охрану, но я поклялась, что вообще исчезну из его поля зрения, если он будет настаивать. Так или иначе я собиралась вернуться домой после получения диплома.

— И почему же не уехали?

— Получив диплом, я через несколько дней приехала в аэропорт. Когда уже прощалась с Карой и Шей, увидела рядом вспышки блицев. Как потом мне рассказали, какая-то семья фотографировалась в аэропорту. Меня неожиданно затошнило и охватил приступ паники. Вот именно тогда я поняла, как сильно мне не хочется возвращаться к той, прошлой жизни. Мне неприятно признаваться, что я не могу сделать этого.

— Может быть, ваша сила как раз и заключается в том, что вы знаете, чего действительно хотите и к чему стремитесь?

Паркер покачала головой.

— С вашей стороны весьма любезно так говорить, но я не соглашусь с этим. Я осталась в Эри, потому что так было легче. Шей, Кара и я стали партнерами и открыли книжный магазин и кафе. Мой отец до сих пор не понял, что произошло. Он считает, что я просто капризничаю и, когда образумлюсь, обязательно вернусь домой. Моя мать посоветовала мне сегодня найти способ совместить жизнь, которая мне нравится, с жизнью, для которой я была рождена. Необычайно сложная задача. Уж и не знаю, получится ли это у меня.

— Родители любят вас, и им вас не хватает.

— Знаю. Я тоже люблю их. Но я не могу вернуться. Роль принцессы не для меня.

— Иногда у нас нет выбора. Семья достается нам от рождения, и мы не в силах что-либо изменить.

— В вашем досье я прочитала, что ваши родители разошлись. Я сожалею. — Паркер случайно положила руку поверх руки Джейса. Она хотела отдернуть ее, но не успела, он крепко сжал ее, и девушка замерла, наслаждаясь ощущением волнующего тепла.

— Мне наплевать на то, что они разбежались, — успокоил ее Джейс. — Но мне жаль мою маму. Отец просто ушел и завел новую семью. Он забыл о нас. Мама работала на двух работах, стараясь обеспечить нас. Большую часть времени мы оставались с Шелли вдвоем.

— Вы больше не видели своего отца после этого? — Хоть отец и доводил ее чуть ли не до безумия в последнее время, Паркер не могла себе представить, что не увидит его. Никогда.

— Ни разу. Но я нисколько не жалею об этом.

Она взглянула ему в глаза.

— Как бы я ни вела себя, я всегда знала, что отец с матерью любят меня и что моя семья тревожится обо мне.

— Любить вас не сложно, Паркер. Совсем не сложно.

Джейс медленно наклонился к ней. Паркер догадалась, что он хочет поцеловать ее. У нее было достаточно времени отстраниться, удержать его, но она не шевельнулась. Наоборот, придвинулась к нему. Казалось, как будто время замедлило свой ход, и их губы медленно двигались навстречу… все ближе, ближе…

Раздался громкий стук в окно, и Паркер резко отодвинулась.

— Дядя Джейс, впусти нас.

Около машины, улыбаясь, стояли Бобби и Аманда.

Джейс, что-то пробурчав себе под нос, отпер дверцу, и близнецы, пыхтя, забрались на заднее сиденье.

— Что вы здесь делаете? — резко спросил он.

— Мы пришли помочь тебе вести наблюдение, — объяснил Бобби.

— Как вы нашли меня?

— Ну, ты же не хочешь, чтобы мы выдали все свои секреты, — у Бобби появилась озорная улыбка. — Я хочу сказать, что, если бы мы раскрыли их, зачем тебе тогда брать нас на работу?

— Нам ведь можно остаться? — умоляющим тоном спросила Аманда.

Джейс бросил взгляд на Паркер. Она уловила в нем извинение, но было видно, как сильно он любит ребят. Они ей тоже нравились, хотя и помешали их поцелую. Но как можно было на них сердиться!