Пишущая судьбы - Влада Крапицкая

Время текло ужасно медленно.

Заснув после отъезда Всеволода, я проснулась только поздним вечером, и быстро поужинав, опять вернулась в кровать и проспала до самого рассвета.

Всеволода не было рядом, и кошмар вернулся. Сползая утром с кровати и отогреваясь под горячим душем, я поняла, что при всей его сволочной натуре он мне нужен.

Прокатившись на Хане, чтобы окончательно стряхнуть с себя сон, я почистила его и, послонявшись по дому, решила съездить в посёлок, чтобы пополнить свои запасы продуктов.

В половине первого дня мне стало не по себе. Всеволод в это время должен был проснуться в своей московской квартире, и мне вдруг стало его жалко. Если бы у меня был его телефон, я бы обязательно позвонила и предупредила, чего ожидать, но номера не было, и я стала мерить шагами комнату, постоянно глядя на часы. Когда же пришло время обеда, и его возвращения в офис, я уже испытала страх.

"Мне будет капец! Чем я вообще думала, прописывая ему расстройство желудка? Всё остальное он мне может и простит, но за это мне точно отомстит. Он не раз говорил, что выполняет данные обещания, соответственно быть мне битой. Или нет? В конце концов, он же должен понимать, что я такое никогда не прощу".

Бабушка никогда не наказывала меня физически, и сейчас внутри всё сжималось от страха. "Выполнит Всеволод своё обещание или нет?". Я очень надеялась, что он не будет этого делать.

Чтобы хоть как-то отвлечься от этих мыслей я решила почитать новости в интернете и просидела в сети больше часа, просматривая различные сайты и читая последние новости. А потом непонятно зачем задала имя и фамилию Всеволода в поисковике, и начала читать выданную на него информацию.

Через час мне стало реально плохо. Во-первых, оказалось, что Всеволод намного богаче, чем я думала. Во-вторых — судя по статьям в прессе, он был серьёзный бизнесмен, с репутацией очень жёсткого человека. Прочитав, с чего он начал, когда убили его отца, и что успел сделать за десять лет, я невольно испытала восхищение.

"Боже, я вела себя как дурочка. Он серьёзный человек, а я по сравнению с ним семилетний ребёнок. И как он ещё терпел мои выходки? Нет, он точно не простит мне расстройство желудка. Но с другой стороны, после того, что было перед его отъездом, он не должен распускать руки. Я даже готова попросить прощение за свою выходку. Хорошо хоть не стала заставлять его кричать принести туалетную бумагу" — внутри всё похолодело от этих мыслей.

Но самым неприятным было читать светскую хронику. Заметок о Всеволоде было немного, но мне хватило указания на то, что он входит в сотню самых завидных и богатых женихов России, а также пары фотографий с какой-то вечеринки, на которых он был, со своей девушкой Ингой.

Видеть его в деловом костюме было непривычно, но смотрелся он потрясающе. "Да уж, подлецу всё к лицу" — подумала я, рассматривая снимки.

А его девушка, безусловно, была красавицей — с каштановыми волосами, длинноногая, с идеальной фигурой и миловидным лицом, и я почувствовала себя деревенской простушкой, по сравнению с ней.

"Теперь ясно, почему он разозлился, когда я упомянула Ингу" — в одной из заметок было сделано предположение, что они вскоре могут пожениться и Всеволод, по-видимому, не хотел посвящать её в тонкости нашего договора. "Такая красотка вряд ли простит ему измену, и он специально произнёс её имя с отвращением, чтобы сбить меня со следа". Внимательно рассмотрев девушку и отметив, как она холено и стильно смотрится, а потом, подойдя к зеркалу и внимательно посмотрев на себя, я решила встретить Всеволода во всеоружии. "Подкрашусь, сделаю себе приличную причёску и одену что-нибудь женственное. Он привык к ухоженным девушкам, а я выгляжу как пацанка. Может хоть мой внешний вид спасёт меня от расправы. Вряд ли он растает, но может хоть постесняется применять физическую силу, увидев меня, скажем в каком-нибудь лёгком сарафанчике. Я даже готова хлопать ресница и с обожанием смотреть ему в рот, только чтобы он не кричал и не злился на меня".