Из плена прошлого - Клэр Бенедикт

– Не возражаете?

Отрицательно покачав головой, Дункан пошел за мной, и мы остановились в начале крутой тропинки, ведущей на пляж. Я взглянула на остров.

– Вам действительно приходилось спасать ребятишек из пещер?

– Из пещеры. Там всего одна, хотя в ней есть осыпь и, возможно, глубже находится вторая. Да, случалось. Дети верят россказням о тайных ходах и спрятанных кладах контрабандистов. Подзуживают друг друга провести там ночь. Сами знаете, обычные детские шалости.

Мне было приятно видеть его улыбку. Я уже подзабыла, что у него есть чувство юмора.

– Почему же здесь нет предупреждающих плакатов?

– Местный совет их постоянно устанавливает, но всякое хулиганье, местные и приезжие, срывают их и бросают в море.

– Там пещера действительно опасна?

– Не сама по себе. Беда, когда начинается прилив.

«Мы не можем ее здесь оставить, она утонет!»

Крик донесся до меня сквозь годы, разорвав время. На этот раз – никаких картинок, только голос. Но чей? Он звучал истерично, неестественно, на высоких нотах…

«Заткнись. У нас нет выбора…»

Другой голос, низкий, испуганный, еле слышный за криками чаек. А за всем этим – шум моря, огромных масс холодной, серой воды, накатывающихся, приближающихся…

– Ах!

Ощутив резкую боль в правой лодыжке, я пошатнулась и почувствовала, что теряю опору, что песок под моими ногами осыпается, что я начинаю скатываться по крутому склону.

Стремительно набирая скорость, я скользила по песку, вместе с песком, под песком. Казалось, осыпается весь берег. Я выбросила руки вверх, как если бы тонула в море.

– Эй, что случилось? – Новый голос, явно из настоящего, вроде бы знакомый.

– Все нормально, я ее поймал. – С этими словами Дункан схватил меня за руки и рванул к себе с такой силой, что мы оба свалились на траву на гребне дюны.

Я лежала, задыхаясь и отплевываясь, и почему-то по-детски радовалась, что не потеряла сумку, висевшую на плече. Стерев песок с лица, я разглядела пару больших ног. Подняла голову и увидела высоко над собой заинтересованное лицо капрала Маккензи. Дункан встал на ноги, и в этот же момент Маккензи протянул руку мне.

– Держитесь, мисс.

– Вы в порядке, Бетани? – немного погодя спросил Дункан.

– Да, но что случилось?

– Именно это меня и интересует. – Полицейский посмотрел на Дункана.

– Мы стояли и смотрели на остров, как вдруг мисс Лайлл внезапно осела. Будто у нее подвернулась нога. Пытаясь сохранить равновесие, она вызвала оползень.

– Вы тоже так думаете, мисс Лайлл?

– Да, наверное, так все и случилось…

– Но?.. – Это входило у Мака в привычку. Я улыбнулась, вспомнив, как он в первый раз так сказал.

– Да нет, наверное, все дело в моей лодыжке…

– Старая детская травма, я помню.

– Вы знакомы? – Дункан явно удивился.

– Вчера встречались.

Неужели это было всего лишь вчера? Капрал больше ничего не сказал, я была благодарна ему за скрытность. Дункану я не рассказала о вчерашнем происшествии, мне и сейчас не хотелось. Он, похоже, слегка обиделся.

– Хорошо, что мистер Александер сумел вас быстро поймать, мисс Лайлл. Эти оползни могут быть опасными. Люди погибают за несколько минут.

– Погибают? – ужаснулась я.

– Да, их засыпает песком, и они задыхаются. Даже если быстро раскопать, они уже не дышат.

– Проводить вас домой, Бетани? – Дункан говорил сочувственно, и его доброта растрогала меня до слез.

– Да, пожалуйста.

Мы пошли через дюны, Маккензи впереди. Я чувствовала признательность за то, что они не стали допытываться, с чего это я вдруг упала. Мой друг-полицейский удовольствовался моим объяснением насчет лодыжки, но, разумеется, дело было не только в ноге.

Что же я только что вспомнила об острове? Что-то реально там происшедшее, какой-то старый детский кошмар насчет того, что меня бросили? Чайки кричали… Мне никогда не нравилось, как кричат чайки…

– Кстати, – бросил через плечо Маккензи, – вам не встретился в дюнах молодой паренек?

– Нет, – сказал Дункан, – мы никого не видели.

– Да, глупо было на это и надеяться. Его давно и след простыл. – Полицейский не пояснил, что имеет в виду.

Когда мы вышли на дорогу, капрал Робинсон как раз возвращался к патрульной машине со стороны трейлерной стоянки.

– Ничего и никого? – спросил он своего коллегу.

– Нет. Нас вызвали по поводу неприятностей на трейлерной стоянке, – пояснил он нам с Дунканом.

– Как обычно, – с горечью заметил тот. – Пойдемте, Бетани, я провожу вас до дому.

– Нет, не стоит, сэр. Если не возражаете, мы сами отвезем мисс Лайлл домой в патрульной машине. – Я начала было протестовать, но он открыл дверцу машины. – Не возражайте, вы пережили шок и, как я вижу, снова хромаете. Хотите, чтобы мистер Александер поехал с нами?

– Да нет, зачем же. То есть я не хочу его отвлекать, у него работа.

Дункан не настаивал. Он постоял, глядя нам вслед, потом повернулся и вернулся в дюны.

Полицейский проводил меня до дверей, взял у меня ключи, помог отпереть замок.

– А теперь заходите и приготовьте себе чашку чаю.

Меня взбодрило его дружеское обращение.

– Обязательно. И спасибо, что подвезли.

– Я поехал. Но вот еще что, мисс Лайлл…

– Да?

– Постарайтесь, чтобы это не вошло у вас в привычку.

Он улыбался, но в умных глазах сквозило… Беспокойство? Настороженность? Он, видно, решил, что я совсем с приветом, подумала я, закрывая за собой дверь. Вообразил, что я бросаюсь с обрывов и под оползни, чтобы привлечь мужское внимание.

Я прошла через холл, оставляя за собой дорожку из песка. Вспомнила выражение обиды на лице Бетти Доран и рассмеялась. Затем, как наказывал мой друг-полицейский, вскипятила себе чай.

Отсутствовала я значительно дольше, чем собиралась. Уходя из дома утром, я намеревалась сходить на кладбище и навестить миссис Брэдфилд, ту самую приятельницу бабушки, что организовала ее похороны. Адрес мне дал мистер Симпсон. Когда он предложил организовать встречу, я сказала, что не хочу ничего официального. Миссис Брэдфилд я так и не навестила, зато встретила Мэнди и Дункана и провела с ними по очереди кучу времени.

И еще одно. Я дала Грегу номер своего телефона, и он обещал связаться со мной. Интересно, звонил ли он в мое отсутствие? Мне не хотелось, чтобы он решил, будто я его избегаю. Хотя это его вряд ли огорчит, подумала я.