Фейридейл - Вероника Ланцет

– Тогда что они делают здесь? – спрашивает Изабелла.

– Охотятся за Амоном. Они преследуют его с самого начала. И использовали его единственную слабость. – Миссис Ито делает паузу и поднимает глаза на меня. – Ее.

Миссис Ито начинает рассказывать обо всем, что увидела, прикоснувшись к мечу: о случившемся в Аркгоре, о нашей жизни в этом мире и о фанатичных преследованиях Кресса и Финна.

– В их мире Амон был легендарным воином и благородным мужчиной, – наконец говорит она.

– Вы же не верите в эту чушь, – ворчит мистер Туссен.

– Я верю, – говорит Изабелла. – Зачем миссис Ито лгать? Выдумывать такое?

– Нет… Это не может быть правдой, – бормочет Рианнон, слишком потрясенная услышанным.

Заметив, что все начинают сомневаться в версии ковена, я отпускаю их.

– Вы поможете мне? – через мгновение спрашиваю я. – Я знаю, что Кресс и Финн используют защитное заклинание, но не знаю, как его разрушить.

Мне никто не отвечает.

Они просто смотрят на меня, кажется, целую вечность, прежде чем миссис Ито выходит вперед.

– Я помогу.

Остальные же молча наблюдают, как мы с миссис Ито опускаемся на колени и начинаем перебирать заклинания в поисках нужного.

Один за другим к нам присоединяются другие члены ковена – все, кроме Рианнон.

Пролистав кодексы, мы находим несколько заклинаний, которые могли бы сработать.

– Что ж, придется попробовать все. – Я вздыхаю, а потом беру карандаш и лист бумаги, чтобы собрать части заклинаний из каждого кодекса в одно целое.

Заклинаний пять, и у меня уходит немало времени, чтобы все переписать.

Снаружи тем временем доносятся громкие звуки сражения.

– Мы можем помочь? – спрашивает миссис Ито, когда я встаю, собираясь уйти.

– Если хотите, – пожимаю я плечами.

Пусть делают что угодно. Пока они не стоят у меня на пути, мне нет до них никакого дела. Я в состоянии сама спасти свою пару.

– Так ты правда не Дарси? – наконец спрашивает Рианнон.

Я качаю головой.

– Меня зовут Села.

– Села… – Она медленно кивает. – Почему… Как…

– Амон воспользовался одним заклинанием из оригинального кодекса. Я умирала, но ему удалось спасти меня. Поэтому я сначала вернулась как Элизабет, а теперь как Дарси. Но я все та же… Села.

– Понимаю. – Рианнон с трудом сглатывает. – Значит, это правда? Он не… демон?

Я натянуто улыбаюсь, понимая, что все ее надежды и мечты рухнули в один миг. Главная цель ее жизни оказалась одной большой ложью, которую Кресс и Финн годами навязывали ей ради собственной выгоды.

– В этом мире есть демоны, Рианнон, но мой муж не один из них. Иногда люди могут быть такими же злобными и жестокими, как библейские исчадия ада. Вспомни хотя бы Амброзиуса или Арчибальда. Взгляни на всех, кто был готов распять нас только за то, что мы существуем или отличаемся от остальных.

– Но он убивал людей… он…

– Мой Амон никогда не убивал без причины – только когда его провоцировали. Никогда не отнимал жизни по злому умыслу. Да, он опасен, даже смертельно опасен. Но если ты будешь добра к нему, он ответит тебе тем же.

Ее губы дрожат, пока она обдумывает мои слова.

– Тогда иди и спаси своего мужа. – Рианнон наклоняет голову, удивляя меня.

Кивнув, я выбегаю на лужайку перед домом, где мой Амон и двое мерзавцев затеяли ожесточенную борьбу.

Амон тяжело дышит, он явно измотан, но до сих пор не принял образ Рейва. И это говорит мне о том, что у него еще полно сил.

Держась в тени, я начинаю нараспев произносить слова заклинания и направляю энергию на Кресса и Финна.

Первое заклинание не срабатывает – их щиты все еще успешно отражают удары Амона.

Я перехожу ко второму. Потом к третьему.

Но когда приступаю к четвертому, Кресс замечает меня и бросается ко мне с мечом наперевес.

Увидев, что он целится в меня, я создаю свой собственный щит из чистого электричества, чтобы не подпустить к себе. Стоит Крессу коснуться его, как он тут же отшатывается и активирует защитные барьеры, чтобы не сгореть заживо.

– Ты и правда не понимаешь, с кем имеешь дело, не так ли? – Я улыбаюсь и киваю в сторону Амона.

Одного лишь намерения Кресса напасть на меня достаточно, чтобы Амон вышел из себя. И неважно, что я способна позаботиться о себе или исцелиться после любой травмы.

Одного лишь намерения достаточно, чтобы подписать Крессу смертный приговор.

Мышцы Амона напрягаются, его кожа темнеет, и на ее темном фоне белоснежные волосы кажутся почти ослепительными. Его размеры внушают истинный ужас – и Кресс, и Финн бледнеют при виде него.

– Это… – бормочет Кресс, и его глаза расширяются.

– Рейва, – договариваю я, стоя у него за спиной. – И если ты никогда раньше с ними не сталкивался, то мне тебя жаль.

В тот момент, когда Кресс устремляется к Амону, я перехожу к пятому – и последнему – заклинанию, всем сердцем надеясь, чтобы оно сработало.

Я быстро произношу слова, вкладывая в них всю свою силу.

Пожалуйста, сработай.

Как только последнее слово срывается с моих губ, я поднимаю глаза, опасаясь того, что оно не помогло.

Но затем вижу, как Финн пытается нанести удар Амону, а мой муж хватает его когтями и сдирает кожу с лица.

– Сработало, – шепчу я.

Как раз в этот момент члены ковена выходят из дома и с ужасом смотрят на моего смертоносного мужа.

В обличие Рейва его и правда можно принять за демона, вышедшего из глубин ада.

Финн падает на землю и стонет от боли.

Не давая ему опомниться, Амон тут же оказывается рядом. Обхватывает голову Финна большой ладонью и так сильно сжимает пальцы, что череп просто взрывается под огромным давлением.

Ошметки костей и мозга покрывают Амона с головы до ног. Он отшвыривает безжизненное тело в сторону и нацеливается на Кресса.

И если раньше Кресс был уверен в своей победе над Амоном, то сейчас выглядит так, словно не знает, продолжать ли ему сражаться или просто бежать.

Что ж, лучше ему выбрать последнее и попытаться.

Я качаю головой, глядя на него.

Даже целая виссирийская армия не смогла бы победить Амона в обличье Рейва, а Кресс еще на что-то надеется?

В долю секунды Амон вплотную подходит к нему и вонзает когти глубоко в живот, а свободной рукой отрывает ему голову. Она падает на землю как раз в тот момент, когда Амон вытаскивает окровавленные когти.

Он тяжело дышит, его грудь поднимается и опускается от бурлящего в крови адреналина. Едва заметив, что я несусь к