Ночной огонь - Кэтрин Коултер

— Я хочу продать Рендел-холл, все земли и обстановку. Немедленно.

Мистер Лепуинг и глазом не моргнул. Он много лет оттачивал это бесстрастное выражение, и теперь мог гордиться: на лице не отразилось никаких эмоций. Ничто, сказанное клиентом, не могло вывести его из равновесия.

— Могу я спросить вас, почему? — вежливо осведомился он.

— Я хочу оставить страну и переехать в Париж. Наполеона больше нет, и можно спокойно жить во Франции.

Ариель улыбнулась, и на щеке появилась очаровательная ямочка:

— Я ведь говорю по-французски. Отец настоял, чтобы я выучила язык.

— Понятно, — нахмурившись, кивнул мистер Лепуинг. — Могу я также спросить, почему вы предпочитаете иметь дело со мной, а не с поверенным лорда Рендела?

— Я не знаю его, — пояснила Ариель и солгала лишь наполовину: она не доверяла адвокату мужа просто потому, что тот был человеком Пейсли. — Собственно говоря, сэр, меня здесь ничто не удерживает. Я хочу путешествовать.

Мистер Лепуинг поднялся:

— Но это столь необычное желание для леди, совершенно необычное. Вам необходима охрана и компаньонка.

«Какая чушь; — подумала Ариель. — Меня никто не смог защитить в прекрасной справедливой Англии. Мужчины! Почему они вечно несут всякий вздор?»

Однако ей нужно было добиться своего, и поэтому девушка говорила спокойно и почтительно:

— Конечно, мистер Лепуинг, не волнуйтесь. Я найду компаньонку.

— Но…

— Я все решила, сэр.

— Прекрасно. Кто поверенный лорда Рендела?

— Представляете, его зовут Джефри Чосер! Я слыхала, как он говорил как-то, что его покойная мать была поэтессой. Вы знаете его, сэр?

— Да, — коротко ответил мистер Лепуинг. — Разве можно забыть такое дурацкое имя? Поэтесса, значит? Ну да неважно. Я немедленно наведу справки, дорогая. Кроме того, пошлю человека побеседовать с вашим управляющим…

— Мистером Хэролдом Джуэлсом.

— Да, и пусть он сделает подробную опись имущества.

И не только мебели, но и скота, хозяйственных построек, коттеджей арендаторов, словом, всего.

— Как скоро, по-вашему, я могу уехать из Англии?

— Не знаю… возможно, через месяц. Пока не найдется покупатель.

Значит, придется скрываться целый месяц. Брайтон, решила Ариель про себя. Она и Доркас могут остаться там, пока все не будет улажено. И никто не узнает, где они.

— Хорошо. — сказала она вслух. — Да, и еще вот что, мистер Лепуинг. Покупатель не должен увольнять слуг, выгонять из коттеджей арендаторов или каким-то способом притеснять их.

— Вряд ли кто-то захочет избавляться от слуг и арендаторов, но я доведу до сведения покупателя ваши желания. Кстати, ведь ваша земля граничит на востоке с Рейвнсуорт Эбби, не так ли?

— Да. — внезапно похолодевшим голосом сказала она, — почему вы спрашиваете, сэр?

— Простое любопытство, вот и все.

У мистера Лепуинга возникла превосходная идея, о которой он не хотел говорить с Ариель. К чему излишние разочарования? Нет, он все объяснит, только если удастся договориться.

Они прекрасно пообедали, и поверенный, вернувшись в Ист Гринстед, сразу же договорился о встрече с графом Рейвнсуортом на утро следующего понедельника. Необходимо узнать, заинтересован ли граф в его предложении.

Когда мистер Лепуипг на следующий понедельник вошел в библиотеку Рейвнсуорт Эбби в сопровождении Джорджа Керлью, Берк мысленно спросил себя какого черта хочет от него этот человек.

Долго ждать не пришлось. Но Берк не поверил ушам, не в силах осознать того, что слышит:

— Прощу прощения, сэр?

— Милорд, леди Рендел желает продать все, и возможно быстрее. Ваши владения граничат с ее, и я хотел предоставить вам первую возможность купить Рендел-холл. Правда, мой клерк еще не проводил ни оценки, ни описи, и я не могу снабдить вас необходимыми цифрами. Однако если вы заинтересуетесь моим предложением, можно все уладить. Но Берк. не слушая, махнул рукой:

— Минуту, сэр. Почему леди Рендел так спешно распродает все?

Мистер Лепуинг понимающе улыбнулся. Кто захочет купить кота в мешке? Граф, несомненно, пытается определить, не прогнила ли крыша дома и не понесло ли имение убытки вследствие неумелого управления.

— Намерения леди Рендел не имеют ничего общего с состоянием усадьбы. Она вдовствует уже больше полугода и просто хочет покинуть Англию и жить в Париже, поскольку на троне вновь воцарился Бурбон. Возможно, она скорбит о муже. Ведь этот дом принадлежал ему, знаете ли, и воспоминания, вероятно, еще свежи и ранят бедняжку. Дамы крайне чувствительны насчет подобных вещей.

— Понимаю, — кивнул Берк и несколько минут молчал, собираясь с мыслями.

«Почему?» — снова и снова спрашивал он себя и не находил другого ответа, кроме одного: она хотела избавиться от него, только из-за него старалась убежать подальше. В чем она подозревает его?

Мистер Лепуинг пристально наблюдал за графом, стараясь определить течение его мыслей.

Наконец Берк сказал:

— Я куплю все. И велю мистеру Керлью, своему управляющему, вместе с вашим клерком все оценить. Я дам справедливую цену.

— Я так и представлял себе, милорд. Леди Рендел ставит лишь одно условие — ни один слуга или арендатор не должен быть изгнан из имения.

— Конечно, конечно, — рассеянно согласился Берк.

— Леди Рендел будет очень довольна, что все так скоро уладилось. Я сказал ей, что может пройти не меньше месяца прежде, чем она найдет покупателя. Как я уже сказал, она хочет уехать возможно быстрее.

— У меня тоже условие, мистер Лепуинг. Адвокат поднял брови.

— Леди Рендел не должна знать, что покупатель — я. Вы не должны признаваться ни при каких обстоятельствах.

— Крайне необычное предложение, милорд. Но как мы можем избежать этого, если ваш управляющий будет работать с моим клерком?

— Вы совершенно правы, — согласился Берк, нахмурившись. — Я поразмыслю над этим. Тем не менее вы можете начинать готовить бумаги.

Мистер Лепуинг с готовностью согласился. — Условие, поставленное графом, не имело для него никакого смысла, но, в конце концов, какая разница? На полученное вознаграждение он купит своей бесценной жене Лотти прелестное изумрудное ожерелье, которое ей так понравилось.

Поверенный, весело насвистывая, велел кучеру ехать в Рендел-холл.

Берк направился в Лондон повидать своего адвоката. Тот сможет заняться сделкой. А что потом?

Ариель больше не будет в его власти. Наоборот, получит его деньги.

Что же ему все-таки делать?

Берк удивлялся самому себе. Неужели он действительно хочет, чтобы она очутилась в его власти? Как рабыня, сдавшаяся на милость хозяина?